Сахара
Шрифт:
Манса позвонил в офис своему адъютанту, чтобы тот привез ему мундир и подготовил самолет. Он чувствовал прилив бодрости. Угроза сама собой исчезнет с уничтожением нежеланных иностранцев.
Скоростной катер уже дожидался у причала рядом с какой-то мечетью, когда Манса вылез из армейского джипа, доставившего его из аэропорта. Матрос в форме отдал концы и спрыгнул в кокпит. Он включил зажигание, и мощный морской двигатель «Ситроен-У-8» взревел и ожил.
Яхта Массарда мерно покачивалась на середине реки, стоя на носовом якоре, в волнах
Яхта представляла собой настоящий плавучий дворец в три этажа. Ее плоское днище позволяло с легкостью путешествовать вниз и вверх по реке даже в сухой сезон.
Манса еще ни разу не бывал на борту, но слышал о стеклянном куполе яхты и о спиральной лестнице, ведущей от обширного люкса хозяина к вертолетной площадке.
Десять роскошных кают, обставленных французской антикварной мебелью, столовая с высоким потолком и фресками времен Людовика XIV, перенесенными со стен старинного замка на реке Луаре, бассейны, сауна, коктейль-бар во вращающейся комнате для отдыха, совершенные электронные системы связи, соединяющие Массарда с его разбросанной по всему миру империей, – все это делало дом на воде не похожим на любые другие постройки.
Выбравшись из катера на сходни и ступая по тиковым доскам, полковник надеялся на радушный прием, но его ожидания не сбылись. Казим встретил его сразу же у трапа на палубе. Он держал в руке бокал, до половины наполненный шампанским, но предложить вина гостю не удосужился.
– Надеюсь, вы отвлекли меня от делового совещания с мсье Массардом не по пустякам, а по действительно серьезной причине, как вы сообщили в своем послании, – холодно произнес генерал.
Манса проворно отдал честь и начал торопливо, но с кучей подробностей, преувеличивая и привирая, излагать сообщение Батутты о планах группы Всемирной организации здравоохранения ООН, однако ни разу при этом не упомянув имени капитана.
Казим слушал с возрастающим интересом. Его темные глаза еще больше помрачнели, невидяще глядя на поблескивающие в воде блики огней плавучего дома. По лицу пробежала тень беспокойства, быстро сменившаяся жесткой улыбкой.
После того как Манса закончил рассказ, Казим спросил:
– Когда Хоппер и его караван собираются вернуться в Тимбукту?
– Если они выедут завтра утром, то должны прибыть ближе к вечеру.
– Времени более чем достаточно, чтобы расстроить планы доброго доктора. – Он холодно заглянул в глаза Мансы. – Я уверен, ты проявишь искреннее разочарование и максимум сочувствия, когда Хоппер объявит тебе о неудаче с исследованиями.
– Я выкажу все свои дипломатические способности, – заверил Манса.
– А его самолет и экипаж все еще на аэродроме в Тимбукту?
Манса кивнул:
– Пилоты остановились в гостинице «Азалай».
– Так ты говоришь, что Хоппер собирается выплатить им дополнительную премию, чтобы они приземлились в пустыне дальше к северу?
– Да, так он сказал своим коллегам.
– Мы должны проконтролировать финансовое положение экипажа.
– Вы желаете, чтобы я предложил пилотам больше, чем Хоппер?
– И в самой твердой валюте, – усмехнулся Казим. – Убейте их.
Манса ожидал
– Слушаюсь, мой генерал.
– И замените их пилотами из наших военных, да так, чтобы они были похожи комплекцией и внешностью.
– Гениальный план, мой генерал.
– А также проинформируйте доктора Хоппера, что я настаиваю на том, чтобы капитан Батутта сопровождал их до Каира в качестве моего личного представителя. Он и проследит за всей операцией.
– А что прикажете передать нашим пилотам?
– Прикажите им, – сказал Казим, злобно сверкнув глазами, – чтобы они высадили доктора Хоппера и его группу в Асселаре.
– В Асселаре?!
Язык Мансы вытолкнул это зловещее название с таким отвращением, словно оно было пропитано кислотой.
– Но Хоппер и его группа наверняка будут убиты одичавшими мутантами Асселара, как и участники того сафари.
– На все воля Аллаха, – бесстрастно отозвался Казим.
– А если в силу каких-то непредвиденных причин они выживут? – осторожно поинтересовался Манса.
На лице Казима появилось дьявольское выражение, заставившее Мансу затрепетать. Генерал коварно улыбнулся, и в его темных глазах отразилось холодное удовольствие.
– На этот случай у нас в запасе всегда имеется Тебецца.
Часть вторая
Мертвая земля
15
75 мая 1996 года
Нью-Йорк
Мужчина, одетый как хиппи шестидесятых годов, стоял, прислонившись спиной к многоместному фургону-джипу «Вагонер», на окраине аэродрома Флойд-Беннет, что на берегу залива Ямайка, штат Нью-Йорк. Сквозь зеленые стекла очков он наблюдал, как из легкого утреннего тумана вынырнул бирюзовый самолетик. Машина пробежала по бетонке и остановилась метрах в десяти от него. Мужчина выпрямился, когда из реактивного самолета, принадлежащего НУМА, вышли Сэндекер и Чэпмен, и направился к ним навстречу.
Адмирал заметил автомобиль и удовлетворенно кивнул. Он ненавидел казенные лимузины и добился того, чтобы лично ему и всем прочим сотрудникам руководящего звена выделили полноприводные служебные автомобили. Он улыбнулся одетому в джинсовую куртку фирмы «Ливайс» и с конским хвостом на голове человеку – директору компьютерного центра НУМА. Хайрем Йегер был единственным в руководстве конторы Сэндекера, игнорировавшим официальные костюмы.
– Благодарю тебя, Хайрем, что заехал за нами. И прости, что вытащил тебя ненадолго из Вашингтона.
Йегер подошел к нему и протянул руку.
– Не беспокойтесь, адмирал. Мне не помешает немного отдохнуть от моих машин.
Затем, вскинув голову, он заглянул в лицо доктору Чэпмену:
– Как прошел полет из Нигерии, Дарси?
– Потолок салона оказался слишком низким, а мое сиденье слишком узким, – пожаловался великан-токсиколог. – И в довершение ко всему адмирал обыграл меня в джин-рамми со счетом десять – четыре.
– Давайте я помогу донести ваш багаж до автомобиля, и поедем в Манхэттен.