Сахара
Шрифт:
Небо на востоке начало светлеть, когда «Техас», миновав Ньюпорт-Ньюс и достигнув Хамптона, вышел в широкое устье реки Джемс, три года назад ставшее ареной исторической битвы между «Монитором» и «Мерримаком» [3] .
Казалось, весь флот Североамериканских Соединенных Штатов выстроился здесь, ожидая их. Все, что мог видеть Томбс со своей позиции на крыше каземата, – это лес мачт и дымовых труб. Паровые деревянные фрегаты и малые корветы слева, мониторы и канонерки – справа. А дальше узкий рукав между ощетинившимися пушками громадами крепостей Монро и Форт-Вул, да и тот блокированный развернутым
3
Это было первое в истории сражение между двумя броненосными кораблями, закончившееся вничью.
Теперь уже сам Томбс приказал незамедлительно раздраить орудийные порты и открыть огонь. «Техас» ни за что не завершит своего путешествия, не оказав врагу достойного сопротивления. Федеральным военно-морским силам придется сполна отведать «гостинцев» из его пушек. С громадным воодушевлением команда «Техаса» заняла места у орудий; комендоры замерли, готовые в любой момент выдернуть запальные шнуры.
Кревен спокойно расхаживал по палубе, улыбаясь и перекидываясь шутками с матросами, давая полезные советы новичкам и подбадривая приунывших. Томбс тоже спустился вниз и произнес краткую речь, исполненную оптимизма по поводу исхода битвы, в которой преданные и мужественные южане непременно зададут хорошую трепку трусливым янки. Затем с подзорной трубой под мышкой он вернулся на свой пост за рулевой рубкой.
У артиллеристов северян имелось достаточно времени для подготовки и пристрелки. Когда «Техас» появился в пределах досягаемости их орудий, на мачте флагмана взметнулся сигнал открыть огонь на поражение. Томбсу, наблюдавшему за вражескими кораблями в подзорную трубу, на миг показалось, что за их строем даже горизонта не видно. Все вокруг замерло в жуткой тишине и ожидании, схожем с тем, когда волки, загнав и окружив жертву, ждут лишь сигнала вожака, чтобы разом наброситься и покончить с ней.
Приземистый и бородатый, в плотно сидящей плоской фуражке, контр-адмирал Дэвид Портер взобрался на оружейный ящик, откуда ему была видна орудийная палуба его флагманского корабля – деревянного фрегата «Бруклин», – и теперь посматривал на дымок из трубы озаренного первыми лучами восходящего солнца приближающегося броненосца южан.
– А вот и он, – довольно ухмыльнулся капитан Джеймс Олден, командующий флагманом Портера. – Прет прямо на нас, как будто ему сам дьявол не страшен.
– Мужественный и благородный корабль идет к своей могиле, – тихо проговорил Портер, ловя «Техас» в окуляр подзорной трубы. – Такого зрелища мы больше никогда не увидим.
– Он уже почти в пределах досягаемости наших пушек, – возбужденно объявил капитан.
– Не вижу необходимости устраивать грандиозную пальбу, мистер Олден, – сухо сказал адмирал. – Передайте орудийным расчетам, чтобы не торопились, наводили поточнее и дорожили каждым выстрелом.
На борту «Техаса» Томбс инструктировал старшего штурмана, оставшегося у штурвала, невзирая на многочисленные ранения и сочащуюся из левого виска кровь.
– Хант, прижмитесь как можно ближе к строю деревянных фрегатов, чтобы на броненосцах задумались, стоит ли им открывать огонь, рискуя поразить собственные корабли.
Правофланговым кораблем в двух шеренгах строя был «Бруклин». Томбс выждал, пока тот окажется в пределах досягаемости, и только после этого приказал стрелять. Первым вступил в бой стофунтовый «Блейкли» на носу «Техаса». Осколочный снаряд, выпущенный
Однобашенный монитор «Согус» открыл огонь из двух пятнадцатидюймовых «Дальгренов», когда «Техас» был еще недосягаем. Оба снаряда угодили в воду и благополучно затонули, взметнув каскады брызг. Затем к нему присоединились другие мониторы: «Манхэттен», «Нейхент» и «Чиксоу», недавно вернувшийся из залива Мобил, где его огневая поддержка помогла усмирить могучий броненосец конфедератов «Теннеси». Развернув свои башни и открыв ставни орудийных портов, они начали стрельбу, сокрушительной волной огня накрывшую каземат «Техаса». Вслед за ними подключился весь остальной флот, и вода вокруг продолжающего нестись на предельной скорости броненосца превратилась в кипящий котел.
Склонившись над люком, Томбс крикнул Кревену:
– Нам все равно не удастся поразить мониторы! Отвечай на их огонь только одним орудием правого борта. А носовое и кормовое прикажи развернуть на фрегаты!
Кревен передал с вестовым приказ капитана, и через несколько секунд оба «Блейкли» «Техаса» выплюнули парочку снарядов, с легкостью пронзивших многодюймовую дубовую обшивку корпуса «Бруклина». Один снаряд разорвался в машинном отделении, убив восемь человек и ранив оставшихся двенадцать. Другой смел расчет, лихорадочно опускавший ствол тридцатидвухфунтового гладкоствольного орудия. Третий – шестидесятичетырехфунтовый из орудия левого борта – угодил в самую середину орудийной палубы, сея смерть и разрушения.
Каждое орудие «Техаса» работало без устали. Артиллеристы южанина заряжали и стреляли с убийственной скоростью и точностью; на прицел у них уходили считанные секунды. Они не давали промаха.
Атмосфера над заливом Хемптон-Роудз содрогалась от грохота ядер, разрывов снарядов и зловещего посвиста крупной и мелкой картечи и пуль, которые в упор посылали федеральные моряки, буквально облепившие реи. Плотный дым быстро окутал «Техас», мешая целиться артиллеристам противника, которые стреляли на вспышки выстрелов, но чаще всего слышали в ответ только звон и громкий всплеск, когда снаряды и ядра, попадая в броню конфедерата, рикошетом отлетали от нее и плюхались в воду. Томбсу казалось, что он плывет по морю лавы в жерле извергающегося вулкана.
«Техас» уже прошел мимо «Бруклина», послав ему на прощание снаряд из кормового орудия, пролетевший так близко от адмирала Портера, что у того перехватило дыхание в возникшем при этом на несколько мгновений вакууме. Отдышавшись, адмирал пришел в ярость. Больше всего его взбесила та легкость, с которой «Техас» уклонился от бортового залпа, произведенного «Бруклином».
– Подать сигнал всем кораблям окружить и уничтожить противника! – приказал он капитану Олдену.
Тот понимал, насколько это рискованное предприятие. Как и все остальные офицеры флагмана, он был поражен невероятной скоростью броненосца.
– Он слишком быстр для любого из наших кораблей, сэр, – попытался возразить Олден. – Сомневаюсь, что его удастся окружить.
– А я требую, чтобы этого чертова южанина потопили любой ценой! – прорычал Портер.
– А стоит ли беспокоиться, сэр? – возразил капитан. – Даже если они каким-то чудом и уйдут от нас, им все равно не миновать тяжелых орудий фортов и «Нового броненосца».
Словно в ответ на его слова мониторы открыли огонь, как только «Техас» отошел невредимым от «Бруклина» и направился к следующему в строю фрегату «Колорадо».