Саломея
Шрифт:
– Хотите, позвоню приятелю, он как раз эвакуирует машины? Мне он кое-что должен, так что ваше авто доставит в ремонт бесплатно.
– Это… – растерялась Елена, сраженная его великодушием, – …было бы даже слишком хорошо! Но как-то неловко, мы даже не знакомы…
Она что-то еще мямлила, твердя какие-то не свои слова, будто повторяя истины, которые когда-то внушала ей мать, – не принимать подарков от незнакомых мужчин, не знакомиться на улице, не, не, не… И вдруг, когда женщина внезапно вспомнила свое детство и юность, задушенные сухими правилами и строгими запретами, ей стало так обидно и горько, будто она обнаружила, что ее обокрали. Мужчина, который стоял рядом и выжидающе на нее смотрел, явно не был
– Ну, так что? – весело переспросил тот, видя ее колебания.
– Знаете, я согласна. – Решившись, Елена почувствовала себя легко, словно ее вдруг освободили от старого, мучительного долга. – Нужно признать честно, сама я не справлюсь!
Следующий час она провела, сидя в машине Михаила – так звали ее спасителя. В ожидании эвакуатора они болтали – сперва о машинах, потом об идиотах на дорогах, а после вообще обо всем, что приходило в голову. Елена не могла припомнить, когда и с кем так быстро находила общий язык. Это было удивительное чувство, она будто встретила старого хорошего друга, скажем, сокурсника или одноклассника, с которым и прежде могла обсуждать любые темы и делиться проблемами… Да только такого друга мужского пола у нее в прошлом не было, а единственная подруга, с которой Елена могла пооткровенничать, недавно в очередной раз вышла замуж, впервые забеременела и теперь была слишком занята собой.
– Странно, я как будто давно вас знаю! – уже спустя полчаса вырвалось у нее. Невольное признание не смутило Елену, вообще смущавшуюся очень легко, и это тоже не вписывалось в норму.
Михаил рассмеялся:
– Вообще-то так и есть. Не удивляйтесь! Мы с вами ездим по этой дороге в одно и то же время уже… дай Бог памяти… с апреля! Я даже вычислил дни, когда вас вероятнее всего встретить в пробке – по выходным или во вторник, вот как сегодня…
– Или в четверг, – разом помрачнев, добавила Елена. – Да, верно, я, начиная с марта, ездила за город в эти дни. Но теперь не придется так часто.
– Извините за любопытство, что-то случилось? Вы прямо в лице переменились!
– Ничего, – сухо ответила женщина. И, поколебавшись, добавила: – С ребенком проблемы.
Ей думалось, что этим заявлением она сразу выстроит некую дистанцию между собой и мужчиной, который явно испытывал к ней интерес. Вышло иначе. Михаил, ничуть не смутившись ее резким тоном, поддержал тему и признался, что тоже испытывает трудности, общаясь по выходным с дочерью-подростком.
– Я ведь воскресный папа, а это, знаете… нечто вроде условно освобожденного преступника, – горько пошутил он. – Тебя все время подозревают в чем-то, никак не угодишь. То мало любишь дочь, то слишком ее балуешь, то зачем такие дорогие подарки, то где обещанные деньги на теннисную секцию… А в общем, чувствуешь себя просто дойной коровой, и девчонка, что обидно, смотрит на тебя так же.
Разговор на интересную тему прервало прибытие эвакуатора. Он полностью перекрыл движение, и Елена пережила несколько особенно неприятных моментов, чувствуя себя главным лицом дорожной драмы, которую представляет собой любое подмосковное шоссе в час пик. Однако все было кончено в считанные минуты. «Девятка» отправилась в мастерскую, а Елена, горячо благодарившая своего спасителя, вновь приняла его помощь и предложение подвезти до дома. Они обменялись телефонами на прощание. Пригласить нового знакомого на кофе женщина не решилась, так как увидела во дворе машину Руслана. В тот день он, против обыкновения, вернулся с работы рано. Михаил, впрочем, тут же понял эту заминку и легко предложил встретиться еще раз, в более спокойной обстановке.
Елене с самого начала казалось неловким
Михаил не просто нравился ей, он с каждым днем занимал все большее место в ее мыслях, и она уже ничего не могла с собой поделать. Женщине казалось, что этот процесс идет сам собой, нарастая, подобно снежному кому, катящемуся с горы, а ей оставалась только роль наблюдателя, почти постороннего. Она уже понимала, что где-то впереди маячат неизбежные последствия этого увлечения – супружеская измена, и с нею – скандалы, ссоры, даже (немыслимое!) развод. Руслан не был ревнивцем, да и попросту слишком уставал, чтобы следить за женой, но и он не мог не заметить, что в последнее время Елена изменилась. Даже как-то спросил за ужином, повергнув жену в немалое смущение:
– Что с тобой случилось?
– С чего ты взял? – нервно возразила она, отворачивая вдруг загоревшееся лицо. Это было перед Новым годом, Елена как раз обдумывала, что купить в подарок Мише, и не сразу услышала обращенную к ней просьбу мужа подать на стол горчицу.
Они с Михаилом давно перешли на «ты», счет свиданиям перевалил за второй десяток, но на этом отношения словно застопорились. Накал взаимного интереса лишь возрастал, но развязка отчего-то не наступала. Михаил не форсировал события, Елена и подавно не стремилась что-то менять. Ей было страшно перейти к решающей стадии романа, как будто это могло роковым образом нарушить установившееся равновесие. Женщине нравилось, что за ней ухаживают, она с удовольствием отмечала все признаки влюбленности, которые демонстрировал ее приятель… Но сделать последний шаг не решалась.
А вот подарок Елена хотела подарить такой, чтобы он запомнился и ясно сказал об ее чувствах. Но что и как подарить человеку, который с каждым днем становится тебе все дороже? Елена сама не понимала, что ценит в нем больше – потенциального любовника или уже состоявшегося друга? Да, он уже стал ее настоящим другом, знал о ней все, с готовностью выслушивал самые длинные истории и давал нужные советы. Самым восхитительным было именно его умение слушать. В самом ли деле он интересовался ее жизнью, или умело делал вид, чтобы завоевать тем самым доверие, – это не имело значения. Главное – такой человек в ее жизни наконец появился, и женщина понимала, как отчаянно ей прежде его не хватало.
– Ты стала какая-то странная. – Намазав горчицей и прожевав очередной кусок бифштекса, муж снова испытующе взглянул на нее. – Улыбаешься часто, думаешь о чем-то, не слушаешь… ты не беременна, а?
Вопрос вызвал у Елены судорожный смех, и она не сразу остановилась, чем даже обидела Руслана. Успокоившись, женщина объяснила, что ее смешит вовсе не перспектива второй раз стать матерью его ребенка, а само предположение, что она могла решиться на это в тот миг, когда…
– Ты же сам знаешь, как нам сейчас непросто. – Елена не лгала, но при этом чувствовала себя отъявленной вруньей, глядя в глаза мужу. – И твоя мама больна, и эти кредиты… И для Артема все время нужны деньги. Мальчику всего девять лет, а уже столько расходов!