Сам себе клан
Шрифт:
На местных ухабах потрясывало даже «лэнд крузер», и каждый раз по телу Ломтева прокатывалась волна боли. Видимо, царапина оказалась глубже, чем он подумал.
Наконец-то они вкатились на территорию какого-то средней руки коттеджного поселка. У парня из «соляриса» наверняка был пульт управления воротами, потому что никаких манипуляций пытающийся за ним следить Ломтев не обнаружил, а шлагбаумы и ворота открывались перед ним, как по мановению руки.
Их путь закончился во дворе современного двухэтажного дома с плоской крышей. Похититель загнал «солярис» в гараж, а Ломтеву
Когда Ломтев вышел из «лэнд крузера», он обнаружил, что кожаное сиденье стало скользким от крови, а его уже слегка покачивало от слабости.
– Это ничего-ничего, – сказал похититель, заметив ломтевскую бледность. – Много времени я у вас не отниму.
– Где моя дочь? – в который уже раз спросил Ломтев.
– Внутри, – сказал похититель, открывая дверь.
Ломтев вошел, последовал за ним на второй этаж и в одной из спален наконец-то увидел Ирину.
Она лежала в кровати, бледная и неподвижная, и к ней был подключен аппарат для поддержания жизни. Трубки, капельницы, монитор…
Ломтев бросился к кровати, схватил дочь за руку, не зная, что он еще может предпринять.
– Что с ней?
– Я объясню-объясню, – сказал похититель, подходя к Ломтеву сзади и вытаскивая у него из-за ремня пистолет.
Ломтев попытался развернуться и в тот же миг почувствовал, как в его шею входит игла.
Он пришел в себя оттого, что похититель водил у него под носом пропитанной нашатырем ваткой.
Похититель снял шляпу и плащ, и теперь Ломтев мог внимательно его рассмотреть. Рассмотреть и запомнить, чтобы не ошибиться при их следующей встрече.
Человечек был невысок, субтилен, с длинным крючковатым носом, довольно неприятным лицом, а повадками он почему-то напоминал Ломтеву крысу.
– Приношу извинения за некий налет дилетантизма, которым покрыта эта операция, – сказал похититель. – Однако, я хотел бы довести до вашего сведения, что я – профессионал, и в моих действиях, направленных, как вам кажется, против вас, нет ничего личного.
Ломтев попытался дернуться и обнаружил, что примотан к тяжелому креслу строительным скотчем. Тем самым, что по четыреста рублей за рулон, черта с два его порвешь.
Они все еще находились в спальне, в которой держали Ирину, и сейчас Ломтев мог видеть безмятежное лицо дочери.
Дурак, подумал он, какой же дурак. И ей не помог, и сам подставился… Размяк, стал мыслить слишком по-граждански. В былые времена я бы этого типа еще на стоянке скрутил, наверное, и там бы и стал выяснять, чего ему от меня надо.
Хотя, пока у них Ирина… Вряд ли это было бы благоразумно.
– Я нашел в вашем кармане вот это, – похититель показал ему микрофон. – К сожалению для вас, и к счастью для меня, вы забыли его включить. Что же касается второго устройства, которое позволяет отслеживать ваше местоположение, то прямо сейчас оно, к слову, вместе с вашей машиной, уже отдалилось от этого места на десяток километров и все еще продолжает отдаляться. Я не сомневаюсь, что ваши доблестные органы охраны правопорядка найдут этот дом, но произойдет это не сразу,
– Что вам нужно? – спросил Ломтев.
– Сразу к делу? Это хорошо-хорошо, – сказал похититель. – Мне нужно, чтобы вы были в сознании. Мне нужно кое-что вам объяснить, и это критически важно.
Ломтев в очередной раз попробовал скотч на прочность. Рука, другая рука, ноги… Нет, бесполезно, он мог только пальцами шевелить.
– Я должен рассказать вам, что с вами произойдет в ближайшее время, – сказал похититель. – И как вам следует себя вести. От этого, как вы понимаете, будут зависеть целых две жизни. Ваша и вашей дочери.
– Ладно, – сказал Ломтев. – Излагайте.
– Возможно, сейчас я разрушу вашу картину мира, – сказал похититель. – В любом случае, вам будет трудно принять мои слова, но вы уж постарайтесь отнестись к ним серьезно, хорошо-хорошо?
– Мне не нравятся долгие вступления, – сказал Ломтев.
– Как скажете, – похититель посмотрел на часы. – Итак, я начну с простого. Ваш мир – не единственный в этой вселенной.
– Я учил астрономию.
– Это хорошо-хорошо, но я сейчас веду речь не о других планетах, а о других мирах, находящихся не где-то далеко, за сотни световых лет, а здесь, рядом, параллельно вашему. Слышали о теории многомерной вселенной?
– Я иногда смотрю Рен-ТВ, – сказал Ломтев. – Там и не такое расскажут.
– Ближе всего к вашему находится тот мир, из которого пришел я, – сказал похититель – И в котором сейчас находится ваша дочь. Я хочу, чтобы вы сразу уяснили одну аксиому – материя между мирами перемещаться не может, а человеческий дух, человеческая матрица, или, если хотите атман – при соответствующих обстоятельствах вполне на это способен. Вы следите за моей мыслью?
– Пока это похоже на эзотерическо-шизофренический бред, – сказал Ломтев. – Но вы продолжайте.
– У меня есть особый талант, – сказал похититель. – Я – проводник между мирами. Я отправил вашу дочь в наш мир, и теперь я собираюсь переправить туда и вас.
– Зачем? – спросил Ломтев.
Возможно, это и был шизофренический бред, но никакого другого выхода, кроме как принять правила игры, у Ломтева пока не было. Кроме того, ему было нужно знать только одно – что с его дочерью, и как он может ей помочь.
– Вы должны понять, что я – только проводник, – сказал похититель. – Я выполню контракт с другими людьми, которые и спланировали всю эту операцию.
Перекладывает ответственность, подумал Ломтев. Но ему это не поможет. Независимо от того, что будет с Иришкой, если я выживу, я до него доберусь. В этом ли мире или в любом другом.
– Я уже ввел вам наркотик, и когда он подействует, вы впадете в транс, после чего я помогу вам переместиться в разделяющий миры эфир, – сказал проводник. – Далее, я буду сопровождать вас и направлять, но последний этап вам придется пройти самому.
– И что это за этап?
– Наш мир очень похож на ваш, – сказал проводник. – Географически, политическим устройством, в нем тоже есть Россия, только, в отличие от вашего, в нашем мире она – до сих пор империя.