Сам себе клан
Шрифт:
– Конечно, – сказал Ломтев.
– Значит, говоришь, после заседания с будущей женой знакомиться поедешь?
– Да, пора бы уже, – сказал Ломтев. – Заодно дату торжественного бракосочетания согласуем.
– Отлично, – сказал Менщиков. – Отпусти свой лимузин, я тебя подвезу. Заодно по дороге еще поболтаем. Еще и денег сэкономишь.
– Договорились, – сказал Ломтев.
Менщиков отошел и завел разговор с кем-то еще, Ломтев снова закрыл глаза, делая вид, что вернулся к прерванной дремоте, но предыдущий разговор напрочь отогнал сон.
Знает?
А если знает, то сколько? И что он будет с этим знанием делать? И почему первым задавать вопросы пришел великий князь, а не сотрудники СИБ?
Во время второй части заседания Ломтев полистал новости.
Сообщение о нападении на особняк Громовых обнаружилось только на втором экране сводки происшествий и большими подробностями оно не изобиловало, а об участии спецназа СИБ или сбитом вертолете там и вовсе не упоминалось. Тем не менее, Ломтеву начало казаться, что все собравшиеся уже в курсе. На него смотрели, кто прямо, а кто бросал взгляды исподтишка. Люди перешептывались, и Ломтеву мнилось, что все эти разговоры вполголоса ведутся о нем. Но он не видел в том ничего страшного. Кто бы чего ни говорил, в этом обществе создание зловещей репутации было скорее плюсом, чем минусом.
Может быть, кто-то трижды подумает, прежде чем встанет у него на дороге…
После окончания сессии Ломтев не стал вставать и ждал, пока Менщиков подойдет к нему сам. Великий князь завершил все свои беседы, на что ему потребовалось минут пятнадцать, после чего взял Ломтева под руку и они двинулись на выход. Садясь в лимузин, Ломтев задал себе вопрос, не станет ли это поездкой в один конец.
Время покажет.
Великий князь назвал водителю адрес, и это был правильный адрес будущей жены Ломтева, поднял отделяющую салон перегородку и они с Ломтевым остались наедине. Менщиков хранил молчание, и начал говорить, только когда кавалькада из лимузина и четырех машин сопровождения покинула охраняемую подземную парковку.
– Я не обломаюсь и спрошу еще раз, – заявил он, глядя в окно. – Это был ты?
– Где? – спросил Ломтев.
– Вот только не надо мне дурачка включать, – досадливо поморщился великий князь. – Сегодня ночью на поместье Громовых напали. Погибли люди, разрушено главное здание и часть забора, уничтожен отряд спецназа СИБ, вылетевший по вызову.
– И ты на самом деле думаешь, что я мог бы такое провернуть? – уточнил Ломтев.
– Я почти уверен, что это был ты, – сказал Менщиков. – Характер повреждений и фрагменты мертвых тел достаточно характерны и совпадают с архивными данными о применении силы колебателя тверди.
– Это прямая улика?
– Нет, мон шер ами, но мы и не в суде, – сказал Менщиков. – Я тебя ни в чем не обвиняю. Я просто интересуюсь в целях воссоздания правильной картины происходящего. И ты у меня пока первый подозреваемый. У тебя есть возможность, есть мотив, и ты не говоришь, что ты делал сегодня ночью. В отеле, по крайней мере, тебя не было, ты появился там только к утру.
– Следишь
– Не за тобой, – сказал Менщиков. – За отелем. Это, если ты запамятовал, мой отель.
– Допустим, у меня есть возможность, – сказал Ломтев. – А что насчет мотива?
– Личная неприязнь, которую ты испытываешь к нынешнему князю Громову. Он напал на твой особняк, ты напал на его, нес па? Клановые войны, бывает, начинаются и по меньшим поводам.
– Еще раз допустим, что это был я, – сказал Ломтев, который решил придерживаться самой простой стратегии. Все равно этого старого интригана он не переиграет. – Но в таком случае я действовал в рамках нашего первоначального соглашения. Вы хотели, чтобы я ослабил клан Громовых, так я его и ослабил. Пусть и не изнутри.
– Знаешь, что в этом самое забавное? – спросил Менщиков.
– Нет, – сказал Ломтев.
– Что ты на самом деле поступил так, как поступил бы настоящий князь, – сказал Менщиков. – Ответил ударом на удар. Отстоял свою честь, подтвердил свою репутацию. Но за настоящим князем, каким бы заносчивым мерзавцев он ни был, всегда стоит его род. Его армия. Его союзники и его вассалы, которые готовы поддержать любой его ход. А кто стоит за тобой, мон шер ами?
– Ты? – предположил Ломтев. – И тайное общество, которое ты создал и возглавляешь?
– И ты сотворил это, надеясь, что я тебя прикрою?
– Нет, – сказал Ломтев. – Я сделал то, что должен был сделать, и то, что сделать хотел.
– А последствия?
Ломтев пожал плечами.
– Как-нибудь разгребу, – сказал он.
– А если не разгребешь?
– Значит, не разгребу.
– Смело, – констатировал Менщиков. – А как же дочь? О дочери ты подумал?
– Я подумал, что моей дочери нужен сильный отец, – сказал Ломтев.
– Любой дочери нужен сильный отец, – согласился Менщиков. – Но ты на самом деле помнил об этом, когда принимал решение, или попросту на время забыл о ее существовании?
– Я ничего не забываю, – сказал Ломтев.
– И это хорошо, и это правильно, – сказал Менщиков. – Я вижу, что ты стал сильнее.
– Путь князя – это путь силы, – сказал Ломтев. На его взгляд, такие пафосные изречения вполне соответствовали моменту.
– Ты очень быстро вжился в роль, мон шер ами.
– С волками жить… – пожал плечами Ломтев.
– Волки бегают стаей, мон шер ами.
– А разве я еще не в стае? – поинтересовался Ломтев. – Я думал, что заключил соглашение с вожаком.
– Да, ты заключил, – согласился Менщиков. – Но ты должен понимать, что в тот момент, когда издержки от этого соглашения начнут перевешивать потенциальную прибыль, договор может быть расторгнут. В одностороннем, так сказать, порядке.
– А они превысили? – уточнил Ломтев.
– Пока еще нет, – сказал Менщиков. – Громов получил щелчок по носу, ну и плевать на него. Он – не в моей стае, я на его защиту вставать не буду. Но ты ставишь под угрозу мои инвестиции в тебя, понимаешь? И мне это не нравится.