Саманта

Кейн Андреа

Андерс проследил глазами, куда указывала тетушка, и, заметив лорда Гришэма, вопросительно взглянул на Саманту.

Сэмми вспыхнула. Она избегала встречаться глазами с виконтом, чувствуя за собой вину. Секунды молчания уходили одна за другой, образуя вечность. Наконец Андерс откашлялся и, запинаясь, произнес:

— Танец уже начался, мисс Баретт. Каково ваше решение относительно этого танца?

— Я согласна, сэр, — вымолвила девушка и позволила спутнику провести ее в центр зала. Она всеми силами старалась не замечать никого

вокруг, хотя прекрасно видела, что за нею неотступно следят глаза Ремингтона. Ей казалось, что он смотрит на нее с жалостью и раскаянием. Более того, ей уже стало казаться, что по залу поползли сплетни о ее распущенности и вызывающем поведении, о том, что вмешательство в ее жизнь графа Гришэма сделало ее падшей женщиной…

А что бы сказал он, если бы узнал, что, несмотря на все это, она мечтала снова очутиться в его объятиях и почувствовать на губах вкус его поцелуя?.. Исполнится ли его взор холодным порицанием, как это произошло в пивной, или потеплеет, согреваемый чувством юмора, как это произошло в доме тетушки Герти, когда она решила хватить бренди? А впрочем… ей все равно…

— Если вам снова станет жарко и захочется на воздух, я буду счастлив сопровождать вас, — говорил в это время Андерс. — Вам не следует одной прогуливаться по дворцу.

— Большое спасибо. Я обязательно обращусь к вам, — вежливо ответила Саманта, ища глазами Ремингтона, которого нигде не было видно.

— И что же… вы потерялись?

— Простите, я не расслышала, — извинилась Саманта.

— Вы вышли из танцевального зала на воздух и не могли найти обратной дороги? — Виконт милостиво указывал ей путь отступления. Он не упрекал, он защищал ее.

— Нет, сэр, — ответила девушка, всеми силами стараясь говорить правду, — по пути в зал я зашла в крошечную гостиную и привела себя в порядок.

— Я понял. А она что… была свободна? Может быть, ему все известно?

— Да, свободна… когда я туда вошла. — Саманта готова была сама себя наказать.

— Дамам следует быть очень осторожными. Далеко не все присутствующие обладают честью и достоинством джентльмена — Андерс пристально вглядывался ей в лицо. — Я бы чувствовал себя спокойнее, если бы был уверен, что, когда в следующий раз вам захочется покинуть танцевальную комнату, вы обратитесь ко мне.

— С удовольствием, сэр, — выдавила из себя Сэмми и замолчала.

Несмотря на все внутренние запреты, она снова искала глазами Ремингтона. Наконец она нашла его, но лучше бы этого не случилось.

Прислонившись к стене. Ремингтон был поглощен интимной беседой с такой сногсшибательной женщиной, какой Саманте не доводилось видеть никогда.

Долго ли она сможет выдержать?

— Вы же знаете, что вы намного привлекательнее ее.

— Простите? — в который уж раз не расслышала своего собеседника Саманта.

Андерс бросил взгляд туда, куда только что всматривалась девушка.

— Леди Шелтен не может сравниться в красоте

с вами. Сэмми едва не рассмеялась вслух.

— Сэр, вам следует носить очки!

— Уверяю вас, вы ошибаетесь.

Тон, коим были произнесены последние слова, напомнил Саманте о том, что ее реплика была грубой и не достойной истинной леди.

— Простите меня, я допустила невероятную грубость. Это потому, что я чувствую себя не в своей тарелке по соседству с такой блестящей дамой.

— Саманта, поверьте мне, вам нечему завидовать. Девушка была огорошена.

— Почему же? Кто эта дама?

— Я не могу назвать ее именем, которого она заслуживает. Это слово не предназначено для ушей девушки.

— Ах вот оно что… — вспыхнула Саманта.

— А вы становитесь как-то по-особенному очаровательны, когда краснеете, — мило улыбнулся виконт.

— Сэр…

— Стефен.

— Стефен, — повторила Саманта, гадая, к чему может привести столь близкое знакомство. По взглядам, которые она ловила на себе, девушка поняла, что многие дамы были бы рады тому вниманию, которое ей оказывает молодой виконт. К несчастью, она оставалась холодна: он ведь не был ее героем.

Внезапно до ее уха донесся довольно громкий смех, и, обернувшись, Саманта увидела, что Ремингтон, обняв даму за плечи, хохочет вместе с ней. Сомнения не было: эту парочку связывают близкие отношения.

— Сэр… Стефен… скажите все-таки… кто эта леди Шелтен? Мне кажется, я уже слышала это имя.

— Не сомневаюсь. Припомните-ка прошлый сезон, когда старейший представитель семьи, маркиз Шелтен, поверг свет в изумление, едва не сокрушив Ньюмаркет.

— Неужели?! — Глаза у Сэмми стали величиной с блюдце. — А что… леди Шелтен… приходится маркизу родственницей? Она его внучка? Нет, в этом случае она бы не обладала таким титулом…

— Она его жена.

— Жена? — Сэмми едва не вывернула себе шею, разглядывая обворожительную женщину с волосами цвета льна. — Это невозможно! Она не выглядит старше двадцати пяти!

— Все правильно. А лорду Шелтену под семьдесят, но он несметно богат!

— Не сомневаюсь. Где же сам маркиз?

— Дома. Ему все время нездоровится.

— И она осмеливается… — не договорив, Сэмми прикрыла рот ладонью.

— Да, осмеливается. — Андерс взял Сэмми под локоток и закружил ее в танце. — От вас веет освежающей наивностью, моя дорогая. Вы редкое сокровище.

Дорогая, позвольте мне дать вам совет… Слова Ремингтона звучали в ушах Саманты так явственно, будто он произносил их, склонившись к ее ушку. Вы собираетесь открыть свой первый сезон. Десятки мужчин постараются завладеть вашей рукой и сердцем… и еще чем-нибудь, чем смогут поживиться, пока будут волочиться за вами. Я бы советовал вам слегка умерить вашу искренность… потому что, если вы обнажите свое сердце перед всем светом, вы не сможете защитить себя от негодяев, которыми кишит высшее общество.