Самба

Абсолют Павел

Я обнял Химари, нежно приложив руку к еще идеально плоскому животику.

— (Кто будет, ты знаешь? Мальчик или девочка?)

— (Мальчик и девочка), — уверенно высказала бакэнэко.

— (Двойня! Здорово!)

— (Нет, не двойня), — покачала головой девушка.

— (М-м, тройня?) — осторожно предположил я.

Химари снова отрицательно покачала головой, ответив с мягкой улыбкой:

— (Я чувствую шестерых).

— (СКОЛЬКО?!)

Жена задумалась, поглаживая свой живот:

— (Нет, на семерых не похоже. Но точно больше пяти.)

— (Но как?!)

— (Ты

уже забыл, кто я?)

— (Я помню… Но все равно в голове не укладывается…)

— (Ты не рад?)

— (Конечно рад! Только немного боюсь, справимся ли мы?)

— (Юто, ты со всем справишься. Я верю в тебя!)

— (Спасибо. Думаю, из тебя выйдет замечательная мама.)

Две тысячи десятый год подходил к своему завершению. Клан вовсю готовился к рождеству. Несмотря на отличия во взглядах, праздновать любили все — что люди, так и аякаси. Приют украсили гирлянды и бумажные фонарики. Местные ноихарцы безвозмездно помогали — у нас ведь ничего не осталось после уничтожения особняка. Стерва вырастила во дворе здоровую ель, которую наряжали совместными усилиями. Наконец-то каникулы, можно хоть три-четыре денька выкроить на ничегонеделанье, сбежав от клановых забот. Сходить куда-нибудь с женой. А то медового месяца у нас так и не было. Триместр закончили неплохо. Возможно, до осени сможем нагнать школьную программу, и уже с сентября посещать положенные по году обучения занятия.

Утро двадцать пятого декабря вышло прохладным и пасмурным. За окном Агеха носилась по воздуху вокруг елки с Тамамо в руках. На удивление хиноэнма довольно быстро сблизилась с кицунэ. Возможно, в ней она нашла замену Саса. Хотя психолог из меня так себе. За время нашего пребывания в приюте, помещения школы обзавелись многочисленными удобствами. Поцеловав не желающую покидать нагретую постель Химари, я направился в душ, насвистывая простенький мотивчик. Все еще до конца не могу поверить, что скоро стану отцом. Да еще и отцом шестерняшек. Но определенно я ни о чем не жалею.

Сначала из воды, в нескольких десятках метров от светлой песчаной полоски побережья, появилась лысая головешка передового дозорного. Не увидев ничего подозрительного, боец передал остальным разрешение выдвигаться. И вскоре из пучины морской начали показываться мерзкие твари, грубо нарушающие сам естественный порядок вещей. Умертвия, скелеты, личи, зомби и костяные гончие. Только затем вынесли предводителя. Как и положено важной персоне, архилич передвигался в палантине из костей, который несли с десяток низших скелетов.

Кощей посмотрел в сторону пляжа: поодаль рядом с берегом на волнах покачивался старинный парусный корабль с продырявленной обшивкой и рваными черными парусами.

— Похоже, мы — последние, — пробормотала нежить на русском.

Архилич достал из непромокаемого мешочка навигатор, и принялся сверяться со следующей точкой маршрута.

— Двигаемся в ту сторону! — властно махнул монстр костлявой рукой.

Подданные радостно закричали и двинулись в путь.

— Людишек не трогать, не затем пришли. Ясно вам?

Послышалось роптание воинства.

— В

порошок сотру! — рявкнул король. Больше недовольство никто не выказывал.

— Эй, Зарядка, подь сюды. Займись навигатором.

К предводителю приблизился лич, владеющий молниевой стихией на слабом уровне. Фактически в бою тот был бесполезен, однако главная особенность нежити была в умении подзаряжать почти любую технику. Что делало его крайне ценным слугой в дальнем походе.

Легкое праздничное настроение оказалось безнадежно испорчено моими волчьими разведчиками. В лесу неподалеку Ноихары стали собираться аякаси. Близко оками не приближались, поэтому не смогли оценить степень угрозы. Только я собирался связаться с союзниками, как мой телефон зазвонил, высветив имя Хитсуги:

— Юто! На тюрьму Тосимо напали е-кай. Несколько умибозу и Ящер.

— Вот дерьмо! У нас тут тоже намечается заварушка. Не отказался бы от помощи.

— Юто, это кайдзю! Совсем недалеко от Токио. Если он нападет, жертвы будут исчисляться сотнями тысяч. Ку-хи-и… Подожди секунду…

Якоин отвлеклась на некоторое время, после чего заявилась с совсем недобрыми новостями:

— В такамийской бухте замечен кайдзю. По всей вероятности, Кракен.

— (Срань господня!) — выругался я на великом и могучем.

— Четвертый отдел будут перебрасывать к портовой зоне…

По второй линии последовал входящий звонок от Кабураги.

— Я понял.

— Мне надо идти собирать народ. Прости.

— Удачи, — скупо высказал я.

— Тебе тоже. Постарайся не умереть, Юто.

— Постараюсь.

Я переключился:

— Хьего-сан, я уже в курсе Кракена.

— Хорошо. Когда сможешь прибыть в Такамию? Ситуация очень серьезная, — напряженным тоном сказал начальник из четвертого отдела.

Внезапно пазл сложился. Настолько легко и просто, что я не удержался от немного безумного хихиканья:

— А мы никуда не пойдем. И Кракен нападать не будет.

— Откуда такая уверенность?!

— У Ноихары собираются аякаси. Скорее всего, по мою душу. Кайдзю — всего лишь отвлекающий маневр.

Некоторое время Кабураги переваривал информацию.

— Я могу послать пару команд, — неуверенно начал мужчина.

— Не стоит. От ваших B и C рангов толку будет мало. Давай так. У тебя ведь есть амулеты света? На случай, если телефонная связь пропадет?

— Да.

— В приюте я могу обороняться достаточно долго. Сначала посмотрим, кто к нам пожаловал. Если что, я вызову подмогу.

— Понял тебя. Будь осторожен, Юто-кун.

— Обязательно.

Печально, что школа, в отличие от особняка, стоит в достаточно населенном районе. Так что возможны случайные жертвы среди мирного населения. Бежать? Некуда уже бежать. Вернее, с помощью Генри я мог бы оказаться хоть на другой точке планеты, но так я никогда не поступлю. Просто не могу бросить доверившихся мне аякаси. Может Химари отослать подальше? Нет, тогда супруга меня и из-под земли достанет.

Некоторое время я дежурил на крыше приюта, с беспокойством осматривая окрестности.