Саммаэль

Черниговский Антон

А там уже все спали, ручки на стол, головки на ручки, тишь, гладь, и нечего рифмовать… Саммаэль остановился в замешательстве. Один мнемостенд во всю стену — похоже, электропитание. Второй, на противоположной стене — охлаждение. Третий, над входом, — планирование задач. И линий-то, линий на этих стендах, полосок, блоков, вентилей, лампочек, надписей!.. Ох, распроёб твою в рот, в нос и в уши, да как же здесь без стакана-то разберёшься…

А хрен, без стакана; да вон же! Вон же, на этом столе… да нет, не стакан, а тот, кто рядышком дрыхнет! Это не просто так человек отдохнуть прилёг, это доблестно спит здешний Главный

Системный Администратор! А ну-ка, скажи-ка ты мне, приятель, в костюмчике с иголочки да с модной причёсочкой…

Административный пароль. И график смены административных паролей.

Ссуки. Раз в три дня меняют… параноики. Хорошо, зайдём с другой стороны…

Заводской сервисный пароль.

Ну так скажи!..

Я его не знаю.

А кто…

Завод-изготовитель. И там ещё, в сейфе, аварийная карточка…

Главный администратор и первый помощник — чудо, что оба оказались на месте! — не открывая глаз, подошли к сейфу, повернули каждый свой ключ, набрали два кода. Лампочка над дверцей сейфа; сигнал на пульте охраны — запись потом сотру!

Аварийная карта доступа. Ага. Вот теперь подключай её к любой линии связи — и администрируй хоть систему электропитания, хоть планировщик задач, да хоть пароли тут всем поменяй! Да хоть перешей микропрограмму на любом из блоков компьютера! И позволяет стереть даже внутренний аудит: на хрена заводу-изготовителю, чтобы кто-то знал, где они там налажали, и чего они там прямо на ходу правили!..

И — да, конечно же, карта электронная. И — да, разумеется, существует в единственном экземпляре. И копию с неё не снять, сгорит при попытке копирования [12] , — вот тут-то разработчики и постарались!

12

Ага, есть такие микросхемы. Её читаешь — а она стирается.

…Хорошо. Копию не снять — так забираем оригинал. Я надеюсь, господа, в ближайшие дни никто из вас не полезет в сейф?

Нет.

Ну, тогда никто и не заметит, что сейф пустой!

Эх, брат-технократ, вся власть инженерам. И толку было городить брандмауэры и смену паролей, если заводской доступ позволяет потрошить эту машину как хочешь! Карту — в карман, сейф — закрыть, всем — спать. Ещё минуту… нет, пять минут, иначе не выспятся. И — осталось ещё одно дело:

Катя-Катя-Катерина. Старший сержант войск планетарной самообороны, дежурный диспетчер службы безопасности.

Вниз по лестнице, под лестницей неприметная дверь. Катя-Катя-Катерина… спи, моя милая.

…Бляди. Бляди космические. Четыреста лет в космос летают, пол-Вселенной колонизовали, — а здесь всё аналоговое! Магнитофоны, мать их, все на магнитной ленте, и телевизоры чёрно-белые… а вон, блядь, и самописец стоит! Ага, самописец, елозит разноцветными перьями по рулону бумаги. Как где дверка открылась — так пёрышко-то и того…

Ё-моё. Ну вот как прикажешь такое подделывать?

Хе, а рулон бумаги-то клееный!

Клееный-переклеенный! Рвёт бумажку-то ваш самописец, рвёт; вот липкой лентой её и клеят. Ну, раз так — да подотритесь вы своей бумажкой; а магнитофоны… а их люди делали — и люди потом будут записи смотреть. Ииии… оппа! — штекера все из разъёмов, повисли все в воздухе. Оппа! — в другом порядке их всех перемкнуть. Оппа! — а ленточки-то назад, на три с половиной минуты, и копию мне, пожалуйста, копию! Копию, пожалуйста… с прошлого обхода территории, сейчас как раз время, вот он, патруль. А теперь штекера обратно, и — на паузу их, на паузу! Точнее, нет, не на паузу… пусть покрутятся вхолостую, не затирать копию, покуда я не выйду из института. Метки времени… вроде, в порядке. Вот эти переключатели — пусть включатся сами как надо.

Теперь, бумажку из самописца — оппа! — и гори, детка, гори. А теперь — запиши-ка ты мне копию, будто и в вычислительный центр дверь не открывалась, и в сейф никто не лез, и в диспетчерскую никто не ломился, — ага, заелозил самописец перьями. Метки времени в порядке? В порядке. Ну и до свидания.

Погладил ещё по головке Катю-Катерину, — спит она сладко, и видит во сне своего суженого… точнее, как она его «видит», они же, вроде бы, раком… и, не успел Саммаэль даже подумать, как он собирается выходить теперь с территории, и кто подчистит за ним плёнки, — как мягко подхватило, мягко потемнело в глазах, — а в следующий момент стоял колдун в своей серверной, а напротив него стояла Милена, в демонской форме, в чёрной, блин, чешуе, и с распростёртыми крыльями. И улыбалась, зараза, во все сорок четыре зуба…

***

— …Нет, ну какого хрена?! Ну какого хрена, скажи ты мне, было меня оттуда вытаскивать?! Договорились же — я саам вернусь!

— Ты хрупкий!

— Да какой я, нахуй, «хрупкий»!

— А я говорю — хруууупкий!

— Отдай коньяк!

— Да на!

— Нет, ну ты посмотри… да посмотри ты! Вот одна волна, вот вторая волна, вот третья волна — а вот тебе и распааад! Вот этот фронт усиливается, этот подворачивается, а вот тут нас и накрыло!

— Да отстань ты со своими волнами!

— Нет, ну ты посмотрии. Вот здесь мы посчитааааем…

— Да поди ты нахуй со своей математикой!

— Да не пойду.

— Дай бутылку.

— На… Здесь мы посчитаем… посчитаааааем… Во, ну ты посмотри, как она считает! Как она считает! Опс — и готово! Вот это, нахуй, машина! Не зря мы её!..

— Это ты её! А я тут, блядь, сидела, как… Сидела, как…

— Ничегоо, ещё навоюешься. Вот, мы тут посчитаааем. Вот этот фронт подворачивался, и вот он, блядь! Вот он, его источник!

— Дай!

— Если всем подряд давать, то развалится кровать!

— Дааай!

— Так, широтаа… «Эр» тире «Тэээ». Долготааа… Шестьдесят тире воооосемьдесят…

— Ну так где? Где он? «Эр-шестьдесят»? Или «тэ-восемьдесят»? Ты мне скажи — куда идти?! Уж я там письку-то всем налимоню!..

— Ага, «или». Там вообще-то квадрат. Квадрат от «эр-шестьдесят» до «тэ-восемьдесят».

— Триста… восемьсот… четыре тысячи? Четыре тысячи мировых линий?! Ну ты охуел? Да я ж такую зону и за пятьсот лет не обследую…