Саммаэль
Шрифт:
— Что такое «Саламандра»? — спросил Саммаэль у капитана «ведьмаков».
— Сверхтяжёлый транспорт, — ответил тот, — Тип «К-124». Полная масса двести тысяч тонн…
— Груз?
— Вы правильно поняли. Пятьдесят тысяч тонн дейтерида лития. Топливо для Восемнадцатого флота. Ну, и ракет… по мелочи. Тысяч десять, двадцать… разных калибров.
Восемнадцатый флот — это который на Хайнаке, догадался вдруг Саммаэль. Это оттуда прибыл МакЛаффлин, прибыл за топливом и за ракетами. И потому он здесь и заправляет, вместе со своим «ведьмаком», отставив в сторону коменданта.
А тем временем на тактическом индикаторе происходило что-то непонятное! Потому что — Саммаэль поискал взглядом отметку «Саламандры» — эта отметка и не собиралась отходить от треугольника орбитальной станции! И вообще, она из зелёной сделалась жёлтой…
— «Стервятник»! — МакЛаффлин тоже это заметил. — Да что ты там, мандавошек ловишь?!
— Закусило замки стыковочной фермы, — подсказал Саммаэль.
— Что?! Закусило ферму? Так отстрели её нах! Что значит — «нечем»?!
— На стыковочной ферме под «К-124» пиропатроны не предусмотрены, — колдун устало откинулся в кресле и прикрыл глаза.
…Белый рассвет… белый рассвет…
— Ах ты ж мать твою, — МакЛаффлин отложил гарнитуру, — А при стыковке «сто двадцать четвёртых» пиропатронов-то нету.
…Белый рассвет, белый рассвет, светлеет небо на западе…
— Генерал, — закричал Саммаэль, -
…Белый рассвет, красный дымок над посёлком…
— …расстреляйте… -
…Белый рассвет, пляшет земля в припадке…
— …расстреляйте борт к ёбаной матери!
— Да что ты мелешь! Это горючее для Восемнадцатого флота!..
— Оно не дойдёт, — а это кричали уже хором с капитаном. — Ни до какого там флота!
— Вы ебанулись?! Груз детонирует!..
— От «термики [22] »?! Поплавится и полетит в разные стороны!
— Открыть огонь, — сказал капитан. Сказал негромко; но Саммаэль почувствовал, что «ведьмак» взял генерала на ведение.
22
Термический боеприпас, (сравнительно) малой мощности (до 0.5 КТонн). Обычно «термикой» снаряжаются ракеты «корабль-корабль».
— «Скорпена», «Скорпена», здесь «Лис», — заговорил МакЛаффлин, прижав ларингофон к горлу. — Убрать «Саламандру» от станции! Что?! Да, убрать! Блядь, любой ценой, хоть зубами её грызи! Что?! Подтверждаю: при невозможности перерубить стыковочную ферму — расстрелять транспорт! «Скорпена», как понял? Повторяю: расстрелять транспорт!
— Сто десять секунд до выхода на цель, — генерал отложил гарнитуру. — И съебись уже из моих мозгов… блядь сухопутная!..
Капитан отвёл глаза в сторону.
А вот теперь было сделано уже по-настоящему всё, подумал вдруг Саммаэль. Теперь оставалось
Мучительно потянулись секунды.
— Капитан Верс, — негромко сказал генерал, — Напомните мне ваши расчёты по катастрофе.
— Преимущественно, радиационный разогрев атмосферы, — как по-писанному заговорил «ведьмак». — В полосе три с половиной на восемь тысяч километров. Реакция будет идти несколько минут; и на протяжении трёх тысяч километров огненный шар будет достигать поверхности планеты, то есть, выкопает изрядную борозду. Диаметр получается не шестьсот камэ, — кивок в сторону Саммаэля. — А чуть-чуть побольше. Разумеется, ударная волна в атмосфере; и, разумеется, тектоническая волна. Потом — уход части атмосферы в космос, и обратная волна расширения…
— Время прохождения ударной волны?
— Полное? Восемь часов.
— Выжившие?
— Не будет, — помотал головой «ведьмак».
— Надо было объявлять эвакуацию, шестьдесят тысяч народу вывезли бы в один рейс…
— Вы слышали, что на это сказал комендант. Чёрт. Да где же там эта ваша «Скорпена»?!
Белый рассвет! Белый рассвет!!!
И тут диспетчерская взорвалась криками:
— …Неопознанная цель!
— Выход из джампа в охранной области…
— Да как он туда попал?! Как он туда попал?!
— Дистанция?! Дистанция до цели?!
— Скорость!
— Где индикация?! Доложить обстановку!
— Генерал, — сказал «ведьмак» в наступившей вдруг тишине. — Обстановку докладывать некому. На рейде больше нет кораблей.
— Чёрт… а на что резервные станции наблюдения?! Спутники?!
— Господин генерал, «Матра-4»…
— Что?!
— Господин генерал, «Матра-4» подходит к горизонту…
— «Матра»? Метеоспутник?! Перенацелить камеры!
— Есть…
Чёрный экран. Звездное небо. Черный полукруг понизу, загораживающий звездную филигрань. Светлая полоса по границе. Разгорается. Светлее, толще и ярче. Белая точка в середине полосы. Яркая белая точка. Чёрный экран.
— Потеряна связь с «Матрой-4».
— Сожгло камеры и антенны.
Белый рассвет! Белый рассвет! Белый рассвет!
А небо светлело. И светлело, сука, на западе. Поднималось над горизонтом насыщенно-синее зарево…
— Что сидим? Что смотрим?! Ударную волну рассчитали, а орбиту станции нет?! Покинуть диспетчерскую!!!
…Тянулось синими сполохами к зениту, силилось оторваться от земли…
Короткий взрёв сирены. Топот ног за спиной. Перекошенное лицо «ведьмака» — уходим, колдун, уходим!..
…Потом зарево пересилило, оторвалось от линии горизонта — и пронеслось синею вспышкой над головой; ввысь, ввысь, и далее — на восток…
А небо светлело. Светлело на западе. И разгоралось, теперь уже не синим, теперь уже белым. И поднималась с той стороны к горизонту яркая белая точка. Карабкалось в гору, катилось, катилось огненное колесо…