Шрифт:
Крапивин Владислав
Самолёт по имени Серёжка
Владислав КРАПИВИН
САМОЛЕТ ПО ИМЕНИ СЕРЕЖКА
Памяти старшего брата Сергея,
научившего меня в детстве мастерить
бумажные самолетики.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ТИШИНА БЕЗЛЮДНЫХ ПРОСТРАНСТВ
БАЛКОННЫЙ ЖИТЕЛЬ
Прошлым летом нас чуть не обокрали. Случилось это около десяти часов утра. Я к тому времени как раз прибрался, вымыл всю посуду, сел смотреть передачу "Утренняя звезда", и тут у двери затренькал сигнал.
Я выбрался в нашу тесную прихожую. Глянул в глазок (он сделан
– Кто там?
– Телеграмма, - сказал он тонким голосом.
Вот новости! У меня и у мамы нигде нет родных. А мамины друзья и знакомые телеграмм не шлют, звонят, если надо, по междугороднему телефону. Даже с днем рождения так поздравляют.
– Опустите в ящик внизу. Мама придет и возьмет...
– Да не положено в ящик! Расписаться же надо!.. Слышь, мальчик, ты чего боишься-то? Разносчик я с телеграфа, меня тут все знают! Уж который год хожу...
Ишь ты, уже по голосу определил, что мальчик. А то, что с телеграфа, явно врет. Если бы часто ходил в наш дом, я бы видел его с балкона. Я всех знаю: и почтальонов, и слесарей, и электриков. И они меня знают, даже здороваются иногда...
– У меня ключа нет! Мама ушла и меня заперла.
Он закричал и злым и плачущим голосом, громко. Видно, знал, что в соседних квартирах никого нет, все на работе.
– Чего ты мне мозги-то пудришь! Я же вижу, какой у вас замок, он изнутри без ключа отпирается!.. Эй, парень, открой по-хорошему! Мне расписка нужна!
– Тогда приходите, когда мама будет дома!
– Да когда она будет-то? Небось к вечеру!
– Нет, она на обед придет!..– И тут я спохватился: вот балда! Надо было сказать, что мама ушла в магазин и появится очень скоро...
Разносчик сказал уже негромко и с удовольствием:
– До обеда-то еще ого сколько... Тогда ладно. Не хочешь добром, открою сам. А ты сиди и не пикай, а то придавлю как таракана. Усек?
Я обмер. Потом дернулся, щелкнул запасной задвижкой. Но, если это настоящий взломщик, что ему жиденькая щеколда.
Грабитель хмыкнул за дверью и зацарапал в замке чем-то скребущим, железным...
Дорогих вещей у нас не было. Золотые сережки мама носила на себе. Так что и красть-то особенно нечего. Но ведь последнее унесет, гад! И, наверно, даже телевизор! Как тогда жить?.. Да и придется ли жить после этого? Хорошо, если только заткнет рот и привяжет к креслу, а если... самое жуткое...
– Не смейте!– завопил я.– Убирайтесь! Я... в милицию позвоню!
– Звони, звони, - выдохнул он сквозь скрежетанье.
Телефон был у моей постели. Я, отчаянно дергая колеса, ворвался в комнату, схватил трубку. Надо набрать "ноль два", крикнуть, что ломятся в комнату, назвать адрес... Но в трубке - ни гудка, ни шороха. Этот тип оборвал провод!
Но все же одного он не учел. Того, что с южной стороны дома у нас балкон.
Я толкнул подножкой дверь. Обычно это была такая возня протискиваться
На дворе - как назло, ни души. Даже бабок на лавочке нет. Что же мне делать? Валиться вниз через перила и калечиться окончательно? Или заорать изо всех сил? Но кричать я не мог. И страшно было, и... несмотря ни на что, стыдно...
У гаражей стоял коричневый жигуленок. Я пригляделся - из-под жигуленка торчали дяди Юрины ноги. Дядя Юра - наш сосед с пятого этажа.
Я оглянулся. В длинном деревянном ящике росли лук, горох и помидорная рассада. Это был мамин "огород", она любила возиться с землею. Среди помидорных листьев висели два зеленых шарика. Мама часто говорила: "В августе покраснеют, и съедим в полное удовольствие. Хотя и мало, зато свои..." Ладно, сейчас не до лакомства! Я сорвал помидорчик и очень точно (видимо, со страха) угодил им в крышу жигуленка. Дядя Юра вылез, недовольно заоглядывался. Вторым помидором я попал ему по башмаку. Дядя Юра вскинул глаза, и я с отчаянным лицом замахал руками: идите сюда, скорее! Он прибежал под балкон. Тогда я сделал рупором ладони, сдавленно сказал:
– Какой-то мужик в коридоре ломает у нас замок...
Дядя Юра стоял всего секунду. Потом выхватил из машины монтировку - и в подъезд. За дверью почти сразу - шум, вопли. Дядя Юра показался на дворе опять. Монтировку держал под мышкой, а взломщика - за шиворот и сзади за штаны. Нес по воздуху. Грабитель верещал и барахтался, да от дяди Юры разве вырвешься!
Дядя Юра запрокинул голову, закричал:
– Гриша, а ну давай сюда, мигом!
Гриша - он тоже наш сосед, с четвертого этажа. Недавно вернулся из армии. Он вылетел из дома - в тельняшке, трусах и с недоеденной воблой в руке (наверно, пил с утра пиво). Вдвоем с дядей Юрой они запихали пленника в машину (он выл и ругался по-черному). Гриша втиснулся рядом с ним. Пленник взвыл последний раз и притих. Дядя Юра помахал мне:
– Ромчик, не бойся, мы скоро!
Дверца хлопнула, автомобиль рванул...
Возвратились дядя Юра и Гриша не очень скоро. Где-то через час. Все это время я сидел на балконе, не смел вернуться в квартиру, хотя, казалось бы, чего теперь бояться...
Когда жигуленок прикатил, Гриша бегом бросился допивать пиво, а дядя Юра поднялся ко мне.
Он сказал, что милиция была очень довольна, домушника этого, оказывается, давно уже искали. А еще милиционеры веселились от того, что Гриша появился там без штанов. Но веселились не обидно и наперебой благодарили Гришу и дядю Юру.
– И тебе просили передать громадное спасибо.
– Мне-то за что?– Я вспомнил, какой был перепуганный.
– Отважный, говорят, парнишка...
– Ага, чуть лужу не напустил...
– Не скромничай. Вон как ловко поднял меня по тревоге...
Дядя Юра в два счета починил замок, который успел попортить незваный гость. Соединил телефонный провод... И тут примчалась мама. Оказывается, она целый час звонила с работы, чтобы узнать, как у меня дела. Звонит, а ответа нет!