Самозванец
Шрифт:
– Сейчас что-нибудь придумаем, - ответил им Игорь, посмотрев на меня укоризненно. Блин, уже и пошутить нельзя.
Пришлось мне заглаживать свою "вину" и нарушить запрет Игоря на использование магии в доме. Рита, будь она с нами, отрыгивала бы от радости до утра от одного только вида всех тех вкусностей, что мне пришлось наколдовать.
Наевшись до отвала, девочки отказались от чтения перед сном и еле-еле доползли до своих кроватей, чему я была очень рада, так у нас с Игорем осталось незаконченное дело.
– Так на чем мы остановились?
–
– Может, на невымытой посуде?
– улыбнулся он.
Я щелкнула пальцами, и посуда исчезла. Ну, что он теперь скажет?
– Хорошая девочка!
Я не давала Игорю спать почти всю ночь, и, конечно же, хорошей девочкой я не была. Это на него девочки повлияли в сторону взросления, мне же было до лампочки, что при детях, спящих в соседней комнате, нужно было вести себя тихо.
Правда, Игорь тоже немного пошумел, но это тоже по большей части была моя заслуга, ведь ничто так не облагораживает даму, как стоны мужчины под ней.
На утро Игорь еле отодрался от кровати, называя будильник последними словами. Я же, чувствуя себя не просто отлично, а суперотлично, совершенно не чувствовала себя невыспавшейся.
– Держи.
– Я протянула ему коробку спичек, - говорят, что их можно вставить...
– Смешно до усрачки, - ответил он, наливая себе кофе.
– Упс! Папа сказал плохое слово!
– хохотнула Вера.
– Папе можно, - ответила я, с улыбкой шлепнув его по пятой точке.
– От вашей мамы и не такого наберешься, - пробурчал он, садясь за стол.
"Мама", "папа" - эти слова девочки произносили с каждым днем все легче, то есть произносила Вера, хотя и вряд ли так уж легче, ведь мать свою, Фаину, она потеряла совсем недавно. Аннушка по-прежнему разговаривала редко, предпочитая общаться жестами и, к счастью, пока приличными.
Первое время нам с Игорем было тяжело это слышать, ведь то, как мы к этому пришли, было отнюдь не радужно, и те события и так напоминали о себе постоянно, но Игорь привык. Причем, привык быстро, а вот я как-то не воспринимала это всерьез.
Думаю, что я просто по большей части блокировала в себе воспоминания о прошлом, к которым прибавились еще и новые, так как порой они были настолько невыносимы, что даже Игорь старался держаться от меня подальше, так как не мог терпеть еще и мои страдания, которые он улавливал.
Спокойное поведение девочек утром заложило хороший фундамент для насыщенного и эффективного рабочего дня. Дела в магазине шли хорошо. Запущенный нами интернет-магазин пользовался среди как старых, так и новых клиентов, популярностью, поэтому после обеда я сгоняла на почту, чтобы отправить накопившиеся за неделю заказы.
Вернувшись обратно в магазин, я отпустила Марка домой пораньше, ведь была пятница, мой любимый день, и даже его колкий комментарий по поводу моей начальской доброты не испортил мне настроение.
Несмотря на то, что магазин мототоваров, в котором я, так сказать,
Высидев до семи, я выключила ноут и, спрятав его в сейф, попрощалась с Максом, чья фотография висела на стене. Закрыв дверь и включив сигнализацию, я достала ключи и застегнула пуховик.
Мерзкая стояла погода. Небо, затянутое тучами, сыпало мокрым снегом. Было сыро и очень неприятно. В такую погоду, как говориться, даже плохой хозяин не выгонит собаку на улицу.
Быстренько покурив, я подошла к машине. В переулке слева от меня, где стояли мусорные контейнеры, раздался громкий стук, как будто кто-то пнул контейнер ногой и, в общем-то, при других обстоятельствах я бы даже не обратила на это внимание, и тем более даже и не подумала бы пойти и проверить, что там за шум, если бы не запах яблок.
Его было не спутать ни с чем другим, и, возможно, снова же при других обстоятельствах я бы даже и не провела никакой параллели, вот только совсем недавно я его уже ощущала, и это не могло быть совпадением.
Положив ключи обратно в карман, я отошла от машины и повернула в сторону переулка, из которого доносился звук. Там было темно. Городские власти не утруждали себя освещением таких мест, чтобы лишний раз бомжи и бездомные животные не попадались на глаза.
Мусорный контейнер стоял перевернутым, но запах яблок перебивал смрад из него. Шаг за шагом я подходила ближе, чувствуя, как нарастает волнение, и вдоль позвоночника медленно поднимается дрожь.
Каких-то два шага отделяли меня от контейнера, и мне уже даже начало казаться, что там никого нет, но тут он как громыхнет!
В один миг я опустилась на четыре лапы, и встретилась глазами с двумя горящими желтоватым светом точками. Животное, сидевшее в контейнере, было намного крупнее обычного кота, но размерами не превосходило моего Севера. Он был худым, грязным, напуганным, но так пахнущим яблоками.
– Миша?
– Кот опустил немного голову и принюхался.
– Миша, это я!
Сработавшая сигнализация моей машины издала противный вой. Я не успела даже понять, что к чему, как кот, испуганно выскочив из контейнера, дал деру.
Я побежала за ним, но добежав до освещенной фонарями улицы, вынуждена была отступить в тень, чтобы меня не увидели прохожие, спешившие укрыться дома от усилившегося мокрого снега.
– Черт!
– рыкнула я, безуспешно принюхиваясь, но запах яблок исчез, не оставив ни малейшего следа или ориентира.
Домой я добралась просто переместившись в гараж. Сил просто не было рулить. Перед глазами так и стояло худое, грязное животное.
Игорь, вышедший меня встречать, сразу почуял неладное, но из-за девочек, наслаждавшихся тем, что завтра не нужно было идти в школу, и бегающих по дому, спрашивать ничего не стал, рассудив, что поговорить будет лучше, когда они пойдут спать.