Самозванец
Шрифт:
Слизеринская трибуна торжествовала, а три остальных неистовствовали. Скитер вопила:
– Новый ловец принес Слизерину 150 очков! Счет 150:10! Наши победили!
– Грязная была игра.
– резюмировал Снейп.
Нарцисса кивнула, вяло аплодируя. Она хотела сесть рядом с Люциусом, но справа втиснулся Гойл, а слева Снейп, и Нарси пришлось усесться рядом с зельеваром. Малфой, Гойл, Крэбб, Флинт и Макнейр плясали на местах. Толпа хлынула с зеленой трибуны на стадион, слизеринцы устремились к своей команде. Спортсмены соскакивали с метел и принимали
Дамблдор, который болел, конечно же, за Гриффиндор, подозвал к себе Риту и процедил:
– Мисс Скитер, можно вас попросить - когда вы комментируете матч, не говорите «наши». Это звучит предвзято и оскорбляет студентов трех остальных колледжей. Если я еще раз от вас услышу «наши», я вас отстраню от комментаторства и посажу какого-нибудь Лонгботтома.
Эльфы приволокли стонущего Барти в медпункт. Медсестра прощупала его ногу и сказала:
– Перелома нет, у тебя ушиб кости. Закатай штанину.
– Она натерла синяк пахучей зеленой мазью.
Мелден на соседней койке поднял забинтованную голову и слабо, еле слышно, но экспрессивно прошептал:
– Уберите его! Не буду с ним в одной палате лежать...
– А куда тебя девать? Палата общая, - отозвалась Памфри.
– Не нравится - вставай и на выход.
– Отгородите меня ширмой!
– Еще чего захочешь?
Тогда гриффиндорец поднялся с кровати и уковылял из медпункта, кинув на Барти такой взгляд, чтоб ему стало стыдно, что с ним не хотят лежать в одной палате. Барти и не горел желанием лежать в обществе Мелдена, так что стрела взгляда не попала в цель, а на словесную дуэль Мелден не отважился - знал от Поттера, что Барти Крауч - лихой и придурковатый.
Барти остался один.
Ближе к вечеру Барти зло взяло - о его существовании благополучно забыли. Ему не принесли ужин - а ведь староста Люциус или декан Слагхорн должны были послать к нему эльфа с подносом, nicht wahr? <12> Никто из слизеринцев не заглянул его навестить, шоколадку из «Сладкого королевства» не притащил. И родная квиддичная команда не заглянула к своему раненому капитану, даже Регул Блэк, которому Барти поймал снитч. Толку было стараться? Сделал победу Слизерину, Регул прославился как виртуозный ловец, и все это руками Барти, который сейчас лежит в медпункте, хромой, голодный и одинокий. А Бартину метлу и биту, наверно, упрятали в подсобку, а в бите же волшебная палочка, как в прошлый раз.
Кто спит, тот обедает - с этой мыслью Барти заснул.
Через три часа после отбоя Нарцисса выскользнула из спальни. Когда возвращалась из комнатки с буквой Ж, мимо прокрался Малфой.
– Ты куда?
– окликнула его Нарси.
– Я староста - патрулирую коридоры!
Она стукнула в дверь Снейпа:
– Крауч не приходил? За ужином его не было.
– Руквуд и Нотт одни. В медпункте заночевать решил, - дернул плечом Снейп.
– А Люциусу не лень коридоры по ночам патрулировать?
– Староста
– Пошли в медпункт!
– сказала Нарцисса.
Снейп прихватил думоотвод, а Цисси светила Люмосом. В тишине и темноте их шаги казались гулким топотом. Достигли медпункта, Снейп открыл Алохоморой.
Барти спал на спине. Косая полоса лунного света легла на его конопатое лицо. Снейп одними губами прошептал: «Нокс». Барти перевернулся на бок. Нарси вздрогнула - показалось, что Барти сейчас проснется. Снейп шепнул: «Сомнус Стернере» и коснулся палочкой воздуха в сантиметре над глазами Барти, словно зашивая ему веки.
Снейп наставил на Барти палочку, шепнул: «Легилименс!», положил руку ему на голову и сосредоточенным взглядом впился в его лоб. Через пару минут он нашел воспоминание о вчерашнем дне, выудил его палочкой и слил в думоотвод.
– А снять снотворный сглаз? Он же утром не проснется.
– прошептала Цисси.
– Памфри разбудит.
– бросил через плечо Снейп.
– С тебя: за заклинание - 3 галеона, за вытягивание воспоминания - 5 галеонов, за пользование думоотводом - 2 галеона.
Полуночники вернулись в общежитие. Нарцисса сбегала в свою спальню за фиалом (сестра Андромеда сонно буркнула: «Что ты бегаешь? Диарея?»), Северус слил ей Бартино воспоминание из думоотвода, она уплатила Снейпу гонорар за труды и удалилась.
Нарцисса поставила фиал с Бартиным вчерашним днем в тумбочку, рядом с fait par elle <13> приворотным зельем. Она сварила его на каникулах и решила всегда носить при себе, вдруг подвернется случай подлить его Люциусу.
Назавтра она решила отнести фиал Дамблдору.
Барти проспал и завтрак, и три урока, и Памфри пришлось будить его Энервейтом. Мазь подействовала - нога уже не болела.
Когда Барти пришел в большой зал кушать, Регул говорил брату Сириусу:
– Я его не ловил. Его Барти поймал. И отдал мне.
– Чего?
– изумился брат.
– Там Крауча и близко не было. Т.е. был, но не так близко, чтоб поймать снитч...
– Я слышал, как он сказал: «Акцио!» и показал на снитч своей битой. Я только сейчас сообразил, что у него там палочка! Барти в биту палку спрятал!
– А ну парни, гриффы, все сюда!
– завопил Сириус.
– Регул говорит - Крауч магией снитч поймал!
Квиддичная команда Гриффиндора, а с ними и мародеры, моментально окружили Барти, потрясая пудовыми кулаками.
– А ну пошли выйдем, - зловеще произнес Поттер.
Барти аппарировал, но от стресса расщепился.
Дикий вопль боли и ужаса потряс «Кабанью голову», когда по центру помещения материализовалась правая половина Крауча, а левая осталась в большом зале Хога. Слагхорн не сориентировался, зато Кларксон моментально выхватил палку и произнес трехэтажное заклинание, вернув вопящему Барти левую половину туловища.
– Вот видите, молодой человек. Вас же предупреждали. Не зазнавайтесь после первой спонтанной аппарации.