Самозванец
Шрифт:
Мы так и не поняли, потерял он сознание, заснул или впал в кому, но в руках у серебряного уже красовался бронзовый значок, изображавший куб и символизирующий силу.
— Если так и дальше пойдёт, ничем хорошим для нас не закончатся, — обеспокоенно произнёс Терр.
Я растерянно почесал затылок и выдал:
— Не слушать, не смотреть, не подчиняться.
— Что? — переспросил он.
— Я говорю, надо постараться не слушать, если противником окажется менталист. И не смотреть на их фокусы, им часто требуется какое-то отвлечение внимания, чтобы перехватить
Терр с Шеном покивали, но было видно, что волнение не ушло.
Следующие несколько поединков выглядели более красочными и динамичными. Ядовитый Арни со своей Печатью Тела дрался с парнем из чёрного сектора с Печатью Силы. Стоит отметить, оба держались на высоте, но, как говорится, против лома нет приёма, и Арни всё-таки пропустил удар в ухо, после которого не встал. Ни его многочисленные шипы, ни изворотливость, не помогли ему одержать победу. Хотя, конечно, в навыке трансформации он поднаторел — шипы стали твёрже, длиннее. И сам он стал больше походить на дикобраза, а не на ежа, когда ощетинивался по-крупному.
Следующий бой заставил нас понервничать. На залитом солнцем стадионе показалась хрупкая фигурка Ляси, и я внутренне весь напрягся. Против неё вышел парень из серебряных с Печатью Тела. Оставалось надеяться, что Лясина Печать Разума поможет ей если не победить, то хотя бы избежать увечий. Менталистской она вроде как была неплохой, но чем мог отличиться её соперник, оставалось только гадать.
Парень был из новоприбывших, мне не знаком, и это оставляло надежду, что навыки его пока не отточены. Серьёзное лицо и его боевой настрой намекали, что битва не будет лёгкой.
Ляся же как всегда оставалась сдержанной и спокойной. Когда циферблат на экране перешёл в нули, она вскинула руки вверх, словно в танце, и замерла.
Противник бросился на неё, и мы на мгновение потеряли его из виду. Не то парень умел обращаться в невидимку, не то как-то по-особенному отражал свет, но он становился похожим на размытый полупрозрачный силуэт. И если в движении его можно было заметить, то в спокойном состоянии — очень сомневаюсь. Если такой затаится в комнате в сумерках — не жди ничего хорошего.
Ляся не растерялась, вскинулась, щёлкнула пальцами и прокрутилась на месте, приседая и выбрасывая ногу назад. Такой изящной подсечки мне ещё видеть не доводилось. Её наверняка обучали ещё до школы. Бывшему мафиози наверняка не хотелось видеть свою дочурку беззащитной, а зная её боевой нрав, могу предположить, что она не только поддержала бы такие занятия, но могла и выступить их инициатором.
Полупрозрачный парень от подсечки не увернулся. Неуклюже споткнулся, повалился на землю и стал похож на крупный комок пыли.
Ляся же продолжила свой элегантный танец, описывая невероятные движения кистями рук и плавно меняя своё положение в пространстве. Игривые карие
Перед нами была красавица, исполнявшая экзотический танец, а не студентка Высшей Школы Героев.
— Она гипнотизирует танцем… — дошло до меня, и я даже произнёс это вслух.
Опасно. Просто потому, что при встрече с менталистом а-ля Джонни можно сразу быть наготове, сразу встречать в штыки все его действия. Но когда танцует красотка… Причём танцует так, что боишься вздохнуть, лишь бы не спугнуть. Наслаждаешься зрелищем и недооцениваешь как бойца, потому что не ожидаешь подвоха. А он есть, и ещё какой.
«Пыльный комок» уже поднялся, но нападать не торопился.
Ляся двигалась, едва касаясь земли и не делая ни одного резкого выпада. А потом крутанулась на носочках. Юбка взметнулась вверх, но достоинства хозяйки не уронила, деликатно прикрывая всё самое ценное и нежное.
Призывно улыбнувшись и замерев, красавица выбросила ладонь вперёд в зазывающем жесте, который подкрепила движением пальцами, словно подманивая ребенка.
И противник кинулся в бой в попытке сбить её, повалить на землю и отобрать злосчастный значок, но уже намного медленнее и более неуклюже, чем в прошлый раз.
Она опять увернулась так легко, словно порхала. Если бы лицо парня не было полупрозрачным, на нём наверняка бы удалось прочитать обиду и злость.
— Нападай! — бесстрастно приказала Ляся и подняла одну руку вверх, будто взмахивая платком на корриде.
Из красного на ней был только галстук, который не относился к обязательным атрибутам школьной формы, а был её личным аксессуаром. Он неплохо сочетался с тёмно-синим пиджаком и юбкой в складку, и совершенно превосходно смотрелся на белоснежной выглаженной рубашке.
Наверное, глядя на этот галстук, парень и бросился в атаку, а красотка, словно в замедленной съёмке, медленно опустила руку, проводя кончиками пальцев по щеке, шее, воротнику и затем по небольшой, но привлекательной и высокой груди. Пальцы застыли на значке с эмблемой Печати Разума.
Парень застыл в полуметре от девушки.
Почему он остановился, никто не понял, а Ляся, будто проделывает подобное каждый день, поцеловала ладонь и наклонилась к противнику, отвешивая ему той самой ладонью затрещину по лбу. Затем что-то прошептала, и тот перестал быть невидимым. Весь стадион увидел его раскрасневшееся возмущённое лицо.
Ляся провела пальцами по лацкану пиджака соперника и ловко отцепила значок.
— Красиво она его, — поаплодировал Шен, — здорово обвела вокруг пальца. Смотрел бы и смотрел!
— Не могу не согласиться, — поддакнул я, но уже думал совсем о другом.
На экране среди портретов участников появилась карточка с моим портретом.
Глава 27
Мерный гудящий звук платформы и лёгкие вибрации при движении отдавались во всё тело. Слепящий солнечный свет после подземного зала ожидания ударил в глаза, а раскалённый воздух — в лицо.