Самозванка
Шрифт:
Через несколько часов после приезда в Лондон наемный экипаж вез Виолетту к Хардинг-Хаусу. Виолетта сидела лицом по ходу движения, как и надлежит воспитанным леди, и прижимала к груди Сюзанну. Она строго следовала программе: встать, выйти из кареты, подняться по лестнице и попросить дворецкого позвать графиню.
Выбора у Виолетты не было. Вскоре после того, как Блэйк уехал на родину, она поняла, что не может дать девочке того, что стремится дать, и что называется словом» респектабельность «. Конечно, Блэйк в любом
Виолетту трясло мелкой дрожью.
— Ах, мадам, не беспокойтесь, — тихо сказала няня девочки, имени которой Виолетта так и не смогла запомнить, несмотря на то, что эта добродушная, круглолицая женщина ей очень нравилась.
Экипаж качнулся на булыжниках, которыми была вымощена мостовая возле Хардинг-Хауса, и остановился. Виолетта приготовилась выйти из кареты, и няня протянула руки, чтобы забрать ребенка у матери, но молодая женщина покачала головой: она слишком хорошо понимала, что, передав через несколько минут Сюзанну графине, она лишится ее навсегда.
Она специально выбрала время после пятичасового чая, чтобы встретиться с графиней Хардинг в отсутствие ее младшего сына, который обычно пил чай у себя дома, куда Виолетта даже не поехала, боясь не вынести встречи с возлюбленным.
Молодая женщина так сильно прижала ребенка к груди, что малышка проснулась и захныкала.
— Прости, дорогая, прости. — Она наклонилась и нежно поцеловала девочку. Как-то она перенесет разлуку?
Разрыв с матерью был необходим для блага ребенка.» Ты должна «, — твердила себе Виолетта.
— Прошу вас. — Кучер, спустившись с козел, распахнул перед нею дверцу кареты.
Сюзанна сошла на землю, подождала, пока из экипажа выйдет няня, и приказала кучеру:
— Будьте любезны подождать. Я вернусь через несколько минут.
Поднявшись по широкой мраморной лестнице, Виолетта оказалась у двери в Хардинг-Хаус. Дверь отворилась, и перед ней вырос Талли. Он, не скрывая изумления, смотрел на нее и на малышку.
— Леди Невилл! Какое счастье снова видеть вас! Проходите, пожалуйста!
Виолетта задрожала еще сильнее. Она скромно и тихо вошла в вестибюль. Ее примеру последовала кормилица. Закрыв за ними дверь, Талли улыбнулся и спросил:
— Это и есть ребенок сэра Блэйка?
Значит, решила Виолетта, рождение ребенка уже не новость для домочадцев.
— Какая прелестная девочка, — нахваливал Талли. — И как она похожа на вас!
— Она блондинка, — постаралась Виолетта развеять иллюзии дворецкого.
— И на ее светлость очень похожа, — сказал Талли, имея в виду графиню. — Дети меняются с возрастом, леди Невилл, со временем малышка будет точной копией вас и сэра Блэйка.
— Скажите,
— Она в гостиной, вместе с леди Катариной, — ответил Талли.
Виолетта обмерла. Ей не хотелось встречаться с леди Деафильд. Теперь не время. Конечно, если Талли знает о девочке, следовательно, это известно и Катарине, но ведь всего через несколько недель Катарина выйдет замуж за отца малышки. Должно быть, сейчас леди Хардинг и Катарина обсуждают последние детали брачной церемонии. Молодая женщина прикоснулась губами к гладкому и теплому лобику дочери и почувствовала слезу в уголке губ. Свою собственную слезу, которая незаметно для нее самой скатилась по щеке.
Виолетта распорядилась, чтобы кормилица подождала ее в вестибюле, а сама устремилась за Талли в гостиную. Она помнила каждую картину и каждую скульптуру, украшавшие Хардинг-Хаус. Она слишком поздно поняла, что совершила ошибку, приехав в родовой дом бывшего мужа. Ей следовало бы остановиться в отеле и пригласить графиню к себе.
Талли остановился на пороге гостиной и объявил о приезде леди Невилл. Леди Сюзанна и леди Катарина сидели на диване и обсуждали содержание листочка, который лежал перед ними на низеньком столике. Виолетта была убеждена: дамы говорили о предстоящей свадьбе.
Женщины с удивлением посмотрели сначала на Виолетту, потом на ребенка. Первой вскочила с дивана графиня. С распростертыми объятиями она заспешила навстречу бывшей невестке.
— Виолетта! — приветливо приговаривала она.
Сначала молодая гостья решила, что графиня догадалась, зачем она пришла, и хочет забрать внучку, поэтому она инстинктивно прижала дочку как можно сильнее к себе. Но графиня даже не попыталась дотронуться до малышки. Вместо этого она заключила в объятия одновременно свою внучку и ее мать.
— Дорогая, я так много думала о вас, — прошептала графиня, и Виолетта заметила, что по лицу ее стекают слезы. — Блэйк рассказал нам, что вы довольны своим парижским существованием, и мы порадовались за вас. — Взгляд ее скользнул по личику спящей девочки. — Ах, Господи.
— Это ваша… — зашептала Виолетта.
— … внучка, — умилилась графиня. Катарина смотрела на происходящее издали. Подойти она не решалась. Она казалась расстроенной.
Виолетта боялась даже взглянуть в сторону будущей супруги Блэйка.
— Здравствуйте, Катарина, — наконец глухо сказала она. — Примите мои поздравления.
Катарина была готова разрыдаться. Она только кивнула в ответ, не в силах выдавить из себя приветствие. Виолетта почувствовала себя уязвленной оттого, что бывшая подруга даже не захотела поздороваться с ней.
— Виолетта, дорогая, вы, должно быть, устали, присаживайтесь, пожалуйста, — ворковала между тем графиня. — Расскажите нам подробно о себе и о своей прекрасной малышке.