Самурай-буги

Таскер Питер

– Ясно, – говорит координатор с сомнением. – И что конкретно вы хотите узнать?

– Прежде всего я хотел бы увидеть папку с данными по персоналу. Мне нужно количество работников, средний возраст, имена, адреса и тому подобные вещи.

– Боюсь, это невозможно. Такая информация не разглашается.

Мори неприятно поражен:

– Не разглашается! О чем вы говорите? Результаты нашего исследования зависят от того, насколько подробно вы ответите на наши вопросы.

Женщина пожимает плечами, все еще стараясь быть приятной.

– Возможно, вы не понимаете

особенностей нашей отрасли, Мори-сан. Разработчики игр – единственный актив таких компаний, как наша. Информация о них – ценный ресурс, так что конкуренты постоянно пытаются им завладеть.

Мори поднимает уровень напыщенности еще на несколько делений:

– Нет, возможно, это вы не понимаете. Это административное исследование, и гражданский долг каждого японца – предложить свое искреннее сотрудничество.

Она качает головой:

– Извините.

Крепкая женщина. Мори одобряет. То, что он намерен сделать, неприятно, однако необходимо. Он поднимает нос и принюхивается.

– А что это за запах тут у вас? – Фальшивое любопытство.

– Ладан?

– Нет, другой запах, смешанный с ладаном. Это конопля? Кто-то из ваших работников употребляет наркотики?

– Нет, конечно!

– Известно ли вам о введении принудительного анализа крови?

– Анализа крови? – Женщина явно поражена.

– Да. В наши дни существует много нежелательных, нездоровых элементов. Мы должны быть начеку. Важно отслеживать состояние умов и физического здоровья наших молодых работников и передавать результаты в полицию, если это необходимо.

При слове «полиция» женщина сплетает пальцы на столе перед собой.

– Это сложная проблема, – сурою продолжает Мори. – В своем отчете я вполне могу порекомендовать провести подобный анализ. Если, разумеется, окажется, что ваша компания не вполне свободна от антисоциальных тенденций…

– Она вполне от них свободна, – говорит женщина, бледнея, но сохраняя спокойствие.

– Вы можете это доказать?

– Как?

– Согласившись на искреннее сотрудничество в двадцать пятом двухгодичном осмотре условий труда работников.

Она все еще пытается улыбаться:

– Конечно, я с удовольствием буду сотрудничать. Мори тяжело кивает. Он удивляется собственному таланту запугивания. Возможно, тот пришелся бы кстати, стань он боссом якудза, или правым интеллектуалом, или тренером «Гигантов».

В папке он находит следующие данные: в «Нова Дрим» только десять сотрудников – шесть мужчин и четыре женщины. Троим из мужчин чуть за тридцать, возраст не подходит. Четвертый работает с Кюсю – тоже выносим за скобки. Остается двое: Абэ и Фурумото.

– У вас есть фотографии этих двух людей?

– Фотографии? Зачем?

Мори снова взрывается:

– Не важно, зачем! Покажите мне фото!

– Я не могу. Их нет.

– Что?! Вы хотите сказать, что ваша компания не ведет надлежащего учета персонала?

– Наш учет персонала в полном порядке, – протестует женщина, краснея от уязвленной гордости. – Зачем нужны фотографии? Мы и так знаем, кто как выглядит.

– Правда? – усмехается Мори. –

Вы знаете, кто как выглядит? В таком случае, пожалуйста, скажите мне точный рост каждого из ваших работников до сантиметра.

– Точный рост? Это невозможно.

– Согласно нашим новым предписаниям, данная информация должна быть обязательно зарегистрирована в Бюро здоровья и благосостояния. Вы это сделали?

Женщина закусывает нижнюю губу. Снова хороший самоконтроль.

– Еще нет.

Мори смотрит на нее с испепеляющим презрением:

– Хорошо, – говорит он, словно уступая упрямому ребенку. – Мне бы не следовало так поступать, но другого выхода нет. Дайте мне ваши собственные оценки роста ваших работников, чтобы я мог убедиться, что вы предоставили верную информацию. Вы меня понимаете?

– Да, я понимаю.

Женщина смущена. Инстинкт велит ей слушаться человека из правительства, но здравый смысл говорит: что-то не то. К счастью для Мори, инстинкт – власти опасны, им нельзя перечить, – берет верх.

Женщина смотрит на стену, пытается представить своих коллег, выстроившихся в ряд. Мори, уже гораздо мягче, выпытывает у нее ответы. Наконец, женщина выдает несколько цифр. Мори записывает их в блокнот. Ему важно только одно: кто выше – Абэ или Фурумото. Со слов женщины, Абэ довольно высокий, на пару сантиметров выше Мори. Однако Фурумото – вообще гигант.

Мори удовлетворенно кивает и убирает ручку.

– Ваше чувство долга впечатляет. Я упомяну о нем в своем отчете.

– Спасибо, – говорит она.

– Не за что.

Она смотрит на него, наморщив лоб. Мори немедленно понимает свою ошибку. Слишком деликатно. Ни один чиновник не произнесет подобных слов подобным тоном.

Он бормочет слова прощания и направляется к дверям. Через несколько секунд в телефоне-автомате в сотне метров от ратуши в Синдзюку начинает звонить телефон. Надевая шлем, Мори воображает, что слышит этот звон на расстоянии. Он заводит мотор и едет по Акихабара, рассекая многолюдный торговый день.

Улицы забиты. Мори требуется час, чтобы доехать по адресу Фурумото, указанному в папке с данными по персоналу «Нова Дрим». Почему в дождь все едут так медленно? Мори в дождь всегда едет быстрее.

Фурумото – тот самый человек, двух мнений быть не может. Тот, кто убил Миуру и Наканиси. Тот, кто напал на Мори на территории храма и поджег квартиру Наоми Кусака. Человек, сидящий на скамейке рядом с дочерью Танигути на той фотографии.

А почему? Мори до сих пор этого не понимает, но очертания начинают вырисовываться. Все начинается с самоубийства дочери Танигути. Вот что толкнуло Танигути за черту. Вот что заставило Фурумото убить высокопоставленного чиновника Министерства здравоохранения и президента крупной фармацевтической компании. Думая об этом, Мори с ужасом понимает, что он не знает почти ничего об обстоятельствах самоубийства. Танигути молчал обо всем этом, лишь однажды сказал несколько слов о «хронической депрессии». Мори не расспрашивал его о деталях. И поэтому их не знал.