Сандэр. Дилогия

Теоли Валерий

— А принцесса, вероятно, остаётся жива, — будто читала мысли Авариэль. — В противном случае о гибели дочери уже знал бы Эльрунн. Чары крови и всё такое прочее…

Она права. Наложенные на наследницу чары сообщили бы венценосному родителю о её смерти, и в королевстве поднялся бы шум. За использование Натиэль король Эльрунн Смелый не побоялся бы сместить верховного жреца Карубиала, а то и сотворить с ним чего похуже. За жизнь старого эльфа, пославшего единственного ребёнка правителя во враждебные леса троллей тогда никто не даст и ломаного гроша.

Однако, другого выхода у служителей

Крылатого Единорога не было. Лишь Видящая способна определить, где находится Враг и кто он такой. Без неё не имело смысла отправлять команду охотников.

— Где убили Стражей? — перешла к вопросам касательно непосредственного дела эльфийка. — По амулетам вы должны знать.

Амулеты, "привязанные" к посланным охотникам на астральном плане, передавали сведения о них в столичный храм Карубиала. Отследить передвижение команды не составляло труда, что и делали жрецы.

— Возле Лысого Холма в двух седмицах пути от эладарнской границы. В тех краях живут племена озерников Зеркального озера. Улиточники, — вспомнил название служитель.

— Вам известно, где принцесса? Синекожие могли принести её в жертву, разорвав астральную связь с амулетом.

— Невозможно. Она соединена астрально со Звёздным Камнем. Видящая всё ещё в окрестностях озера, насколько мне известно. Ты сможешь помочь?

Авариэль задумалась, обходя кольцом верховного жреца.

— Чего именно ты хочешь? — спросила она, наконец. — Спасения принцессы?

— И спасения Натиэль тоже, — превозмогая гордость, эльф склонил голову. — Я, Габрилл Радужный, прошу найти её и вернуть в Эладарн, а также — это основная задача — уничтожить либо запечатать нашего общего Врага.

Янтарноокая кошка остановилась, неприветливо глядя на просителя.

— Ты понимаешь, о чём просишь? Для тебя жизнь дочери правителя, наследницы престола второстепенна по сравнению с ликвидацией какого-то непонятного врага, память о котором почти стёрлась у нашего народа?

— Ты не представляешь, насколько важно его уничтожение, — позволил себе повысить голос жрец. — Благодари Звёзды за то, что тебе не довелось жить в ужасе, вызванном нашим древним Врагом.

— Дом Лунного Клейма всегда ставит перед собой цели защиты прежде всего, — прижимая уши к голове, произнесла кошка. — Я переговорю о спасении принцессы с правителем, раз уж на то пошло. Если он попросит, я с радостью выполню его просьбу.

Служитель Карубиала слегка побледнел. Он затем и явился сюда, дабы не ставить в известность короля и провернуть операцию по спасению принцессы и ликвидации Врага без лишнего шума.

— Разве Дом Лунного Клейма не самый верный в Эладарне? — вкрадчиво спросил он. — Если он откажет в помощи жречеству королевства, то о какой верности идёт речь? Точнее, верности кому?

Кошка неожиданно расслабленно потянулась и медленно обошла старого эльфа по кругу, не сводя с него хитрого взгляда.

— Мы всецело преданны народу Эладарна и Его Величеству Эльрунну Смелому, — промурлыкала Авариэль. — И нам ни к чему обвинения в предательстве, исходящие из уст служителей Высшего круга. А вам ни к чему огласка, правильно ли я понимаю?

Такой тон нравился жрецу куда больше.

— Правильно.

Так зачем нам ссориться? Ссоры не приводят к добру.

— К благоденствию приводит согласие, взаимное доверие и взаимопомощь, — закончила за него глава Клеймённых.

Чего-то подобного эльф ожидал от неё. Она не боялась ложных обвинений, на её веку их не перечесть. Каждый второй житель королевства подозревает Дом Лунного Клейма в предательстве. Раньше вообще большинство светлых эльфов не доверяло Клеймённым, хотя в их преданности ни верховный жрец, ни правитель не сомневались. Но подозрение и прямое обвинение в измене, причём исходящее из уст высокопоставленного духовного лица, вещи разные. Если на первое можно наплевать, то второе создаст массу проблем.

Дом Лунного Клейма имеет древнюю историю, начавшуюся с Раскола. В те годы существовали три Дома, поклонявшиеся Ночи и лунам. Они обладали магией, основанной на манипулировании лунными энергиями. В гражданскую войну их патриархи откололись от высокорождённых, перейдя на сторону тёмных эльфов. Но поддержали властителей не все члены Домов. Некоторые остались верны древнему эльфийскому государству. За происхождение из отринувших Свет Звёзд родов их презирали, и они объединились под новым именем. Каждый из них носит особое клеймо — печати на челе и груди, активирующиеся при плохих намерениях против высших эльфов и королевства и убивающие предателя. Клеймённые стоят на страже по ночам, когда бушуют призванные колдунами троллей злые духи. Кроме того, им нет равных в шпионаже и тайных операциях. Поэтому верховный жрец обратился за помощью именно к ним, а не воспользовался услугами Стражей Границы или храмовников Дома Алых Шипов.

— До меня долетели слухи, Дом Лунного Клейма желает заполучить один из утерянных им при Расколе свитков Ночи, — проронил жрец. — По-моему, свиток хранится в нашем архиве. Я буду рад поспособствовать его передаче вам в случае успешного завершения нашего общего дела. Разумеется, при соблюдении тайны. Никто, даже правитель, не должны узнать об участии Натиэль в охоте на Врага.

— Естественно, — от внимательного эльфа не укрылось, как вспыхнули янтарные глазищи при упоминании старинной реликвии. — Я лично займусь поисками принцессы. Только не нанимайте посторонних, как в прошлый раз.

II

Погребальный костёр догорал, отдавая серому зимнему небу последние клочья чёрного пепла. Выпавший накануне снег тонким белым покрывалом укрыл деревню троллей, принадлежащую клану Чёрного Копья, и разлетающийся пепел лежал на нём вороньими перьями.

Вокруг костра собрались все жители селения и вожди племени с охранными дюжинами. Старший сын погибшего Варн-Джакала сам подносил факел к хворосту, возжигая огонь. Он стоял ближе других к горе обгоревших дров. Лицо его застыло маской холодности, и лишь в глазах таилась скорбь по безвременно ушедшему в Серые Пределы отцу. В руках он сжимал оружие, как и подобает воину. Татуировки, оплетающие грудь, виднелись из открытого ворота меховой накидки. За ним столпились шестеро его младших братьев, не претендующих на место предводителя племени.