Сарторис

Фолкнер Уильям Катберт

Но Нарцисса этому не верила. «Я никогда не выйду замуж, – говорила она себе. – Мужчины… Позволить мужчинам войти в твою жизнь – это и есть источник всех бед. И если я не могла удержать Хореса, при всей моей любви к нему…» Баярд спал. Она взяла книгу и стала читать про себя о нелепых людях в нелепом мире, где все происходит так, как тому следует быть. Тени вытянулись к востоку. Она все читала и читала, забыв об изменчивости всего на свете.

Потом Баярд проснулся, и она подала ему папиросу и спичку.

– Вам недолго

осталось это делать, – сказал он. – Я думаю, вы об этом жалеете.

Он хотел сказать, что завтра ему снимут гипс, и он лежал, курил папиросу и говорил о том, чем займется, когда встанет. Прежде всего отдаст в ремонт автомобиль – наверное, придется отправить его в Мемфис. А пока автомобиль будет в мастерской, они втроем – мисс Дженни, Нарцисса и он – поедут путешествовать.

– Это займет примерно неделю, – добавил он. – Автомобиль, наверное, в плачевном состоянии. Надеюсь, хоть внутри все цело.

– Но теперь вы больше не будете ездить с такой скоростью, – напомнила Нарцисса. Он лежал молча, с зажженной папиросой в руке. – Вы ведь обещали.

– Когда я это обещал?

– Разве вы не помните? Тогда», в тот вечер, когда они были…

– Когда я вас напугал?

Она сидела, с тревогой глядя на него своими серьезными грустными глазами.

– Подите сюда, – сказал он.

Она встала, подошла к кровати, и он взял ее за руку.

– Вы больше не будете ездить с такой скоростью? – настаивала она.

– Не буду, – отвечал он. – Обещаю вам.

Они молчали, и рука Нарциссы лежала в его руке. Легкий ветерок раздувал занавески, и листья на ветке за окном поблескивали, трепетали и что-то шептали друг другу. Солнце клонилось к закату. Когда оно зайдет, ветерок утихнет. Баярд пошевелился.

– Нарцисса, – сказал он. Она взглянула на него. – Наклонитесь ко мне.

Она отвела глаза, и некоторое время оба не шевелились и не говорили ни слова.

– Мне пора, – спокойно сказала она наконец и высвободила свою руку.

Гипс сняли, и Баярд снова встал на ноги, но хотя он двигался еще с некоторой опаской, мисс Дженни уже начала с тревогой на него поглядывать.

– Как бы это нам устроить, чтоб он каждый месяц ломал себе какую-нибудь второстепенную кость и сидел по этому случаю дома…

– В этом нет надобности. Он теперь будет вести себя иначе, – сказала Нарцисса.

– А вы почем знаете? С чего вы это взяли? – полюбопытствовала мисс Дженни.

– Он обещал.

– Он обещает что угодно, пока не может встать, – возразила мисс Дженни. – Все они обещают и всегда обещали. Но почему вы решили, что он сдержит слово?

– Он мне обещал, – безмятежно отозвалась Нарцисса.

Первым делом он занялся автомобилем. Автомобиль притащили на буксире в город, кое-как залатали, и теперь он мог идти своим ходом, но нужно было отправить его в Мемфис, чтобы выпрямить раму и

отремонтировать кузов. Баярд – хотя ребра у него только-только успели срастись – твердил, что поедет сам, но мисс Дженни решительно этому воспротивилась, и после получасовой бури он сдался. Автомобиль отвел в Мемфис молодой парень, работавший в одном из городских гаражей.

– Если тебе надо туда съездить, Нарцисса отвезет тебя в своем автомобиле, – сказала Баярду мисс Дженни.

– В этой консервной банке? – с презрением заявил Баярд. – Да ведь она больше двадцати одной мили в час не ходит.

– Слава богу, что не ходит, – отвечала мисс Дженни. – Я уже написала в Мемфис – пусть сделают так, чтобы и твой быстрей не ходил.

Баярд мрачно, без тени юмора на нее посмотрел.

– Неужели ты сделала такую пакость?

– Ах, увезите его, Нарцисса! – воскликнула мисс Дженни. – Уберите его с глаз моих. Мне так надоело на тебя смотреть!

Вначале Баярд ни за что не хотел ездить в автомобиле Нарциссы. Он не упускал случая отозваться о нем с шутливым пренебрежением и упорно отказывался в него сесть. Доктор Олфорд наложил, ему на грудь плотную эластичную повязку, чтобы он мог кататься верхом, но у него появилась поразительная склонность к домоседству, когда в дом приезжала Нарцисса. А Нарцисса приезжала довольно часто. Мисс Дженни решила, что она бывает у них ради Баярда, и однажды без обиняков ее об этом спросила. В ответ Нарцисса рассказала ей про Хореса и Белл.

– Бедняжка! – сказала мисс Дженни, сидя, как всегда, прямо на жестком стуле возле рояля, – Нет, что за идиоты эти мужчины! Вы правы, я бы тоже ни за кого из них замуж не вышла.

– Я и не собираюсь, – отозвалась Нарцисса. – Я бы предпочла, чтоб их вообще не было на свете.

– Хм, – сказала мисс Дженни.

А потом, однажды под вечер, они ехали в автомобиле, и хотя Нарцисса вначале протестовала, Баярд сидел за рулем. Впрочем, вел он себя вполне благоразумно, и в конце концов она успокоилась. Они проехали долину, свернули в холмы, и она спросила, куда он едет, но он ничего определенного не ответил. Она спокойно сидела рядом с ним, глядя на дорогу, которая длинными виражами поднималась вверх между сосен, вырисовывавшихся темными силуэтами в косых лучах заходящего солнца.

Дорога продолжала идти вверх, и за каждым поворотом открывались то солнечные просторы долины, то холмы, и повсюду стояли мрачные сосны и веяло тонким бодрящим запахом смолы. Вскоре они въехали па вершину холма, и Баярд замедлил ход. Отсюда дорога резко спускалась вниз, потом шла ровно к полосе ивняка, пересекала каменный мостик и снова поднималась, рыжеватой дугою исчезая среди темных сосен.

– Вот это место, – сказал он.

– Это место? – рассеянно повторила Нарцисса, но тут автомобиль покатился вниз, набирая скорость, она пришла в себя и поняла, что он хотел сказать.