Сашка
Шрифт:
Следующей работой Кох объявил сбор малинового листа. Нужен мешок опять от одного двора. Ну и десялик за труд. Уже распробовавшие халяву крестьяне снарядили детей в лес и на берег реки. За пару дней завалили мешками с листьями малины. Анна ругалась. Их же сушить надо, а где такую прорву высушить? Хорошо бабье лето помогло. Почти высохли листья разложенные прямо на дворе, и в палисаднике. Перед дождями успели собрать и занесли в дом и баню. Там досушивали под ворчание Машки, что дом в сеновал превратили.
Теперь на повестке стояли листья и плоды шиповника, как раз созрели уже.
Событие пятьдесят пятое
Над
Ох и прожорливая штука получилась у тульских оружейников. Самогонный куб — аппарат на пятьдесят примерно литров требовал кочегарить и кочегарить огонь под котлом, подбрасывая полешки каждую минуту, а Машка с Анной и пару пацанов лет пятнадцати непрерывной вереницей сновали от колодца до бочки, что являлась холодильником. Но и производительность была у аппарата роскошная, не капли капали, а струйка настоящая бежала.
Сашка на суету подбрасывания дров и подливания холодной воды не отвлекался. Он столкнулся сразу с двумя проблемами. Да не проблемками, а настоящими проблемами. Десяток лет занимался самогоноварением и думал, что круче крутого яйца. И тут бамс. А двух приборов просто необходимых для получения качественного самогона нет. И даже не придумали ещё должно быть. Историю физики Кох не сильно знал. Если уже и придумали, то до Тулы точно ещё сии приборы не дошли.
Как обойтись без спиртометра и термометра? Ну как-то же все подпольные самогонщики — бабки всякие в горбачёвские времена обходились. Да и сейчас делают хлебное вино. У Сашки в подвале имелось. Он его и осмотрел под всяким углом и обнюхал, и попробовал даже. Мастерство, как говорится не пропьёшь. На вкус дрянь, на запах вонь, а на крепость, ну градусов тридцать. То есть, скорее всего — это продукт одной перегонки. Именно такая штука при первой перегонке и получается, не крепкая и вонючая. А делать нормальную очистку ещё не научились, нет ни активированного угля БАУ, ни кокосового угля… да просто знаний нет. Скорее всего, профильтровали через дерюгу и ладно. Алкашам пойдёт.
При одной перегонке приборы в принципе и не нужны. Можно и на вкус определить момент окончания процесса. Гораздо хуже со второй перегонкой. Там нужно отделить голову и хвосты от тела. Пришлось прибегнуть к объёмному методу. Пятнадцать процентов посчитал Виктор головой, потом семьдесят процентов тело и опять пятнадцать процентов — хвосты. А очищать стал народными методами. Опять же, где взять марганцовку и лимонную кислоту? Может в Москве и есть, хотя не факт, перманганат калия у каких-нибудь профессоров в университете, но не поедешь же за ним в Москву.
Кох решил чистить молоком, в деревне проще ингредиент не найдёшь. На пятнадцать примерно литров залил полный стакан молока. Почти прозрачный самогон стал белым, и стоявшая над душой Машка стала охать. Но когда на следующий день Кох отфильтровал через кучу тряпок полученную жидкость, сначала показав охольшице белые хлопья на дне, то Машка бурчать перестала, чистый как слеза самогон получился. На второй день Кох попробовал очистить яйцом, на тот же объём белок от десяти яиц, тщательно взбитых. Остатки, то есть, желтки пожарили кикиморе. Пусть вес набирает. Опять мутная жидкость и опять бурчание Машки, что продукт испортил. Отстояли, профильтровали и перегнали второй раз с отделением голов и хвостов от тела.
Виктор попробовал. Чистейший самогон совершенно без посторонних запахов получился. Крепостью под семьдесят градусов и с лёгким привкусом яблок.
Как раз к этому времени и бочки пришли из Тулы от Акинфия. Сразу с дубовой щепой. Её он даже прожарил, как Сашка научил. Такой лёгкий серо-шоколадный цвет у кусочков дуба получился. Нужно грамм пять на литр. В бочке двести литров, получается,
Как-то был Виктор Германович в Анапе у родственников, и они его виноградом угостили. Винным, сорта теперь не вспомнить, а вот то, что это гадость, которую есть невозможно — это запомнилось. Там сахара процентов двадцать пять. Есть невозможно, приторный и без вкуса почти. Гадость, одним словом.
На этом эпопея с яблоками и грушами закончилась, и нужно было приступать к гораздо более сложным операциям. Следующим по плану был бурбон или виски из кукурузы. Кукурузы всего два мешка, если на вскидку, то сто кило приблизительно. Это для перегонки отделили от привезённой из Тулы кукурузы, и около мешка Сашка отложил на посадку весной. Всю её мальчишки перебрали, выбирая крупные зёрнышки без дефектов. Часть придётся садить через рассаду. А то может и не вызреть, но сам процесс нужен не для получения кукурузы, всегда можно купить уже готовую. Просто Кох решил районировать кукурузу для Тулы, для местного климата, а способ один пока, до генетики ещё век как минимум, значит — селекция. Посадить и из сотни растений выбрать несколько тех, которые успеют вызреть. Вот и весь метод. На следующий год опять выбрать и посадить самые ранние. Хорошо бы съездить куда в Румынию, не зря их мамалыжниками называют и купить в разных местах у разных хозяев понемногу. Но не те ноне времена, чтобы путешествовать за семенами. Не дешёвое и небезопасное мероприятие.
Событие пятьдесят шестое
— Чтоб вошь, блоха паскудная
В рубахах не плодилася, —
Потребовал Лука.
Некрасов Н. А., Кому на Руси жить хорошо
Этот день, или, правильнее, эти сутки принесли целую кучу неожиданностей. Началось всё с того, что пришла вечером Машка и стала порыкивать за ужином на Андрюху несчастного. Тот и так крутился один на три селения и это осенью, когда самые работы крестьянские в разгаре. Вот и выпустил одну детальку из виду. Всё Сашка — дурень виноват. Он со своим огромным самогонным монстром сжег трёхмесячный запас дров, что имелся в имении. Всё сжёг до последнего полешка. Хоть забор разбирай.
— Смотри, что на дворе творится, черт нерусский! Замёрзнем ночью! — Ткнула «домоправительница» пальцем на окно, грозно встав против неказистого управляющего.
Понятно почему такую видную деваху за бесценок продали. Устали, видно, хозяева от её норова. Машке бы генералом родиться, вот порядок бы в той дивизии был. В армии или корпусе нет, там уже политиком нужно командиру быть, а для полка или дивизии все качества у Машки на месте. Даже грудь колесом имеется. И глотка лужёная, и кулаки пудовые, и глаза молнии пущающие.
— Где же я на ночь глядя дрова возьму? Укроемся двумя одеялами, утром, обещаю, привезу из Басково пару подвод дров. Там-то они без надобности.
За окном выл ветер, хлестал дождь и было холодно. Ну, градусов пять не больше, как-то бабье лето махом в позднюю осень превратилось.
Так и легли в еле протопленном дому, для голландки несколько полешков нашли и щепок всяких.
Сашка завернулся в два одеяла и из сундука достал ещё тулуп заячий и его сверху на одеяла бросил. Поворочался в холодной кровати, но потом угнездился удачно и согрелся. Только заснул, как бедолагу разбудили холодные руки его общупывающие, чуть не заорал с перепугу. Или заорал?