Саваоф
Шрифт:
— Сам дурак! — сердито говорит та, что на диване. — В нашем отделе, например, работают только пять человек, все они люди проверенные. Порядочные, извините за то, что выражаюсь в обществе. Они дают подписку. И потом, они — главные обвиняемые, если что. Да нет, там все продумано... И пароли меняются каждый месяц.
— А сейчас какие у вас пароли? — хором спрашивают первая и третья женщины. От неожиданности они, посмотрев друг на друга, смеются.
— Я же сказала:
— Стоп, — сказала я. — Остановите. Вот здесь уже неправда.
— Что это еще за новости! — Следователь недоверчиво посмотрел на меня, а затем повернулся к помощнику, наверное, надеясь получить объяснения хотя бы у него.
Разумеется, тот развел руками.
— Я назвала пароли.
— Вы назвали пароли... Вам это, кстати, свойственно — разбрасываться подобной информацией в компании посторонних людей?
— Нет, не свойственно, но...
— Назвали пароли! — перебил меня помощник. — И теперь хотите убедить нас в том, что это более правдоподобно! Вы знаете, что за такое тоже сажают в тюрьму?
— Выслушайте!
— Да, мы слушаем.
— Во-первых, я выпила. В самом деле, сумасшедший коктейль... Во-вторых, это не посторонние люди, это друзья, и они не имеют никакого отношения к нашей корпорации. Я думала, что они не разбираются в этом, понимаете?
—Да я-то понимаю... Мы ведь на том именно и стоим: только вы разбираетесь в этом. Не наша инициатива — свалить все на милую компанию близких друзей. Это ваша инициатива!
— Вы передергиваете! Я просто знаю про себя, что не виновата, и единственное объяснение, которое у меня есть — вот эта запись и этот разговор, когда я назвала эти чертовы пароли, действительные еще на двадцать восемь дней!
— Вы не назвали их, — медленно произнес следователь. — Хотя есть одно обстоятельство...
Помощник фыркнул.
— Посмотрим дальше?
— Вообще-то лучше этого не знать, — сказал третий мужчина, с шевелюрой. — Меньше знаешь, крепче спишь. В баре есть лед?
Коренастый кивнул.
— Эх, — выдохнул третий, поднимаясь с кресла. Он направился к бару, но не дошел до него, а остановился у стойки с техникой.
— А это он и есть, ваш прибор? — спросил он, не оборачиваясь. — Гляди-ка, Елена, это и есть их прибор. Хочешь, посмотрим? Я никогда не видел, как он работает. Как он называется? «Саваоф»? Посмотрим, Елена?
— Да ну, — поморщилась красивая Елена.
— Не советую! — с опозданием отозвалась первая женщина. — И я бы его переименовала. «Люцифер» — это более правильное название. Не вздумай включать его, Антон.
— Почему, Марианна? — вдруг резко обернулся к ней тот мужчина, что делал всем коктейли.
— А потому, Алехан, — сразу же сказала она, словно
— Ты, Марианна, сегодня превзошла саму себя! — Обладатель роскошных волос отошел от прибора и начал стучать контейнером со льдом о барную стойку.
— Что с тобой? У тебя предменструальный синдром?
— Тебя это не касается!
— Да как же не касается? Ты ведь бросаешься сегодня на всех, портишь всем настроение.
— Антон, не надо, — сказала Елена.
— Ты ее лучше не трогай, — засмеялся тот, что стоял у бильярда. — Когда у нее плохое настроение, ей лучше не возражать.
— Вот ты, Микис, ее и разбаловал таким отношением! Ты уж извини, это и правда не мое дело, но все эти намеки на ваши денежные проблемы... Как ты терпишь?
— А как ты ходишь с рогами? — спросила Марианна. — Они тебе не мешают в дверных проемах?
— Тебя предупреждали: не лезь, — меланхолично заметила красивая Елена мужу.
— Ты совсем с ума сошла? — Женщина, спустившая ноги с дивана, оказалась невысокой.
— А вы с ума не сошли? С этим своим прибором вы с ума не сошли? Твой муж каждый вечер смотрит один и тот же фильм! Месяцами смотрит один и тот же фильм! А потом обсуждает с тобой один и тот же фильм!!! И после этого я сошла с ума?!
— Да у нее истерика! — воскликнул Алехан. — Микис, как вывести ее из истерики?
— А вот как! — сказал Микис и, подойдя к жене, изо всей силы ударил ее по лицу. Красивая Елена завизжала. Алехан от неожиданности засмеялся.
— Я тебе этого не спущу, сволочь! — закричала Марианна. — Сволочь, сволочь, сволочь! Импотент, неудачник, дурак! Сегодня же ночью я размозжу тебе голову сковородкой! Ты будешь бояться спать, всю жизнь будешь бояться спать!
— Ба, как удачно получилось! — вдруг произнес Алехан.
— Сука, — сказал Микис. — Я буду спать в другом месте. У моей любовницы.
— Так это у тебя рога, Марианна? — спросил Антон.
— Да оставьте вы ее в покое! — красивая Елена заплакала.
— Я не нуждаюсь в твоей защите! Пусть говорят! Их слова меня не задевают! Я их презираю! Один не может заработать на приличную жизнь, потому что носится со своей липовой честностью, другой двигает по службе любовников жены, чтобы они усерднее ее трахали, третий смотрит один и тот же фильм! Какие все уроды! Я ухожу. Я больше не хочу вас видеть!