Савва и ангелы
Шрифт:
Машина с сопровождающими Виктории сразу уехала, и гости – Савва и Кеша, осмотрев не особо роскошный дом (на виллу он никак не тянул), устроились в гостиной на первом этаже, соединённой с баром.
Шахова, извинившись, отлучилась на несколько минут. Савва сел на диван, обтянутый материалом, похожим на крокодилью кожу. Кеша, обладавший природным оптимизмом, быстро восстанавливающий настроение, сразу открыл дверцу барного буфета и ознакомился с его содержимым.
– Шампусика хочешь?
– Нет, – отказался Савва.
– Пиво, правда, тёплое, чешское, какое-то
– Ничего не трогай, сядь.
– Да мы по глоточку…
– Сядь! Ты не у себя дома.
Кеша сел в кресло с обиженным видом, но не удержался, когда вернулась Виктория, и спросил:
– Коньячком не угостите? Не мешало бы сбросить стресс.
– Берите, – разрешила начальница Саввы, посмотрела на него. – Будешь?
– Нет. Хочу понять, что происходит. Ты не всё мне рассказала.
– Кое-что ты уже знаешь, по сути – главное.
– Хочу знать все подробности.
– Хорошо, спрашивай, что тебе непонятно.
– Откуда ты?
– Я уже говорила.
– Ангелы. – Он изобразил скептическую ухмылку.
– Не ангелы, сапиенсы, почти такие же носители разума, как и вы. Разве что менее стеснённые в материальном плане, более свободные в социальном общежитии и почти не зависимые друг от друга. Семейной жизни, какая является основой вашего социума, у нас нет как института. Проблем добычи пищи тоже нет. Сапиенсы большие индивидуалисты, редко живут вместе, несмотря на половые различия и тягу к противоположному полу.
– Чем же занимаются эти ваши… сапиенсы?
– Играют, – с улыбкой ответила Виктория. – В вашей реальности социум другой, но таким создал игру Император Иллюзий, и после него ни один оператор не менял базовые установки. – Виктория помолчала. – Кроме Самого Совершенства.
– Конкурента твоего хозяина?
– Архангел не хозяин мне, но оператор. Ему не нравится, что Само Совершенство решился на жёсткую корректировку Искона программы. У вас с некоторых пор началась та же ремиссия половых отношений, что едва не привела к гибели Царцах.
– Ты имеешь в виду вал голубизны?
Виктория улыбнулась.
– Плюс содомия, плюс любовь с животными, плюс любовь с самим собой под секс-программы Интернета.
– У вас такого нет?
– У нас как раз это и процветает пышным цветом, причём без каких-то ограничений. В вашей реальности этого не было до тех пор, пока в игру не ввязались кримгеймеры, которым поспособствовал не кто иной, как…
– Само Совершенство.
– Именно. Кому-то это может показаться детскими шалостями людей с больной или изменённой психикой, но проблема глубже и серьёзнее. Само Совершенство начал внедрять в программу социальные вирусы-фламмеры, способствующие «росту свободы самовыражения», как он утверждает, а на самом деле способствует росту крайнего национализма и психофашизма. Яркий пример – ИГИЛ, Украина, Евросоюз, обе Кореи. У вас насаждают «новый мировой порядок», который, по сути, является всемирным тоталитарным режимом вседозволенности и беспредела. С помощью Самсунга взращена психораковая опухоль США, начат процесс энергоотъёма у зомбированных на девяносто процентов
– Я же говорил? – воскликнул Кеша, падая рядом с Саввой и едва не выплёскивая из рюмки содержимое. – Этого следовало ожидать! Мы всего лишь игровые фигуры в созданной кем-то компьютерной игре. Знаете, к какому я пришёл выводу?
Савва и Виктория с одинаковым любопытством посмотрели на создателя теории моделирования. Кеша сделал глоток, глаза его заблестели.
– Человечество в моей парадигме – разумная система с кодом самоликвидации. Код – отношение людей к природе. Как только мы переступим грань её терпимости, код сработает.
– А разве ещё не переступили? – спросил Савва.
– Ещё нет, но можем в любую минуту, особенно если запустим климатические войны. Разработки, кстати, уже ведутся.
Савва встретил весёлый взгляд женщины, с трудом отвлёкся от её схожести с женой, мучившей его всё время.
– Это тоже дело рук вашего… Самсунга?
– Он не один контролирует игру, геймеров много, но глобальные задачи решает он. И Архангел.
– Дьявол и ангел.
– Что-то вроде того, хотя оба руководствуются благими намерениями.
– То есть имеют право решать – жить нам или нет. Так?
– В принципе поражение того или иного вида разума внутри игровой метареальности действительно может быть спровоцировано операторами. Но до этого ещё не доходило, насколько мне известно. До появления Самсунга никто не спускал в игру убийственные корректировки. Как правило, именно внутрисистемные разборки приводят подчас к гибели разума и кардинальным изменениям игры. Мало того, что ваша Вселенная развивалась от простого к сложному – через плоскую Землю на спине черепахи и трёх китах до сетчато-ячеистой структуры с триллионами звёзд, так и разум на Земле менялся не однажды.
– Атланты?
– Носителями разума становились дельфины, динозавры, лемуры, гекатонхейры, титаны – гиганты Му, гондванцы и чёрт знает кто ещё. Они же после разрыва программы игры становились предками всех ваших животных.
– Почему же от них не осталось следов?
– От нас тоже ничего не останется, – хихикнул Кеша.
– Устами младенца, – посмотрела на него Виктория. – Следы остались, но вы их не видите или ищете не там. Предлагаю не отвлекаться на философские экскурсы в человеческую историю, переписанную не одну сотню раз. Что вас интересует конкретно?
– Что дальше? – спросил Кеша, наслаждаясь коньяком. – Мне скоро надо выходить на работу.
– Боюсь, ничего не получится.
– То есть как? Меня же уволят!
– Пока мы не отобьём вирусную атаку и не изменим программу, возвращаться домой и на работу нельзя.
Кеша скептически скривил губы.
– Это как же мы её изменим, если нами управляют ваши операторы?
– Есть одна возможность – переселиться.
Кеша осклабился.
– Наши фантасты уже писали об этом, и фильмы сняли.