Савва и ангелы
Шрифт:
– Бога?
– Это он для вас бог, нам он известен под именем Империл.
– Сокращение?
– Конечно, длинное имя – Император Иллюзий.
Савва засмеялся.
– Я так и думал, опять же – скромненько, даже обыденно, можно сказать. Непонятно только, почему ваш Империл создал нас такими… – Савва поискал слово, – несовершенными. Неужели по образу и подобию?
– Он создавал игровое поле с большим числом заданных параметров, но появившиеся в метареальности живые существа не являются программами в полном смысле этого слова. Вы, люди, обладаете некоторой свободой воли, хотя и далеко не всегда пользуетесь ею. С другой стороны, ты прав, Император предусмотрел появление
Из ванной донёсся взрыв негодующих воплей Кеши:
– Только не холодная! Хватит! Прекратите!
Дверь открылась, вышел светлоголовый молодой человек по имени Лёша.
– Всё в порядке, ожил ваш приятель.
– Уходим, – направилась к двери Виктория. – Выводите его.
Из ванной выбрался дрожащий Кеша с мокрыми волосами, вытираясь на ходу полотенцем. Его подталкивал в спину второй спутник Виктории, брюнет; это был водитель её служебного «Мерседеса».
– Дайте мне собраться, – возмущённо объявил Кеша, лязгая зубами от холода. – И вообще я никуда не хочу ехать!
– А жить хочешь? – мягко спросил его конвоир.
Это подействовало. Кеша глянул на пол, где недавно лежал «Петров» (кровь на полу уже исчезла), передёрнул плечами и поспешил в спальню. Вернулся через минуту переодетый, с белой сумкой в руке.
– Я готов. Куда поедем?
Савва посмотрел на Викторию, приостановившуюся на пороге.
– Может, ко мне?
– Твоя квартира под наблюдением, как и Кешина. Для вас приготовлено жильё за МКАД. Пока мой шеф не предпримет определённые шаги для нейтрализации ПСП, жить будете там.
– Он здесь, твой шеф?
– Он там. – Виктория ткнула пальцем в потолок. – Программу воздействия можно изменить только оттуда.
– Что же, мы так и будем прятаться, пока он не побеспокоится о нас?
– Идёмте. – Виктория вышла. За ней бесшумно исчезли ее спутники.
Савва и Кеша переглянулись.
– Терпеть ненавижу давление! – пробормотал завлаб.
– Они хотят нам добра.
– Навязанное добро – это зло!
– Скажи спасибо, что тебя не превратили в зомбированного халдея товарища Петрова.
– Я их не просил вмешиваться.
Савва молча подтолкнул приятеля к двери.
Глава 19
Алгоритмы смерти
Озонированный душ освежил, глоток виччино освободил голову от накопленных за день пси-шлаков. Захотелось развлечься с женщинами, о которых он последние несколько дней не думал вообще. Много времени и энергии отнимали заседания Сената Царцаха, направленные на преодоление духовного кризиса верховных каст, но ещё больше времени и энергии отнимала возня с игровой матрицей, переставшей подчиняться коррекции, требующей вводить в игру всё новые персонажи и воевать с волеизъявлением других геймеров, и более всего – Архангела.
Это обстоятельство выводило из себя, коллега не хотел слушаться голоса разума, опираясь на расхожие штампы этических установок, жалея игровые фигуры с фанатическим упорством. Предупреждения он не понял, и настала пора переходить к активной фазе вразумления, то есть к физическому ограничению.
О том, что он сам действует вопреки базовым принципам игры, Самсунг не задумывался. Он считал себя чуть ли не «Абсолютным Духом», полностью усвоившим важнейшие уроки жизни предыдущих сотворений и вносившим в земную метареальность важнейшие и тончайшие штрихи в вечном стремлении сделать новый космос более совершенным. А для этой цели не следовало создавать человечеству режим наибольшего благоприятствования, способный сделать людей счастливыми
Последние новости из России, по-прежнему не подчинявшейся общим игровым императивам, насаждаемым на Земле программами Соединённых Штатов Америки и Евросоюза, окончательно испортили настроение и заставили Самсунга ещё в Сенате принять решение усилить апгрейд ситуации как в игровой зоне, так и в реальном мире Царцаха. Действия Архангела требовали немедленного реагирования, иначе все благие намерения Самсунга шли насмарку.
На третий день после встречи с коллегой в павильоне Меру Самсунг встретился в своём имении за Граничными Мхами Царцаха с главой Службы Защиты по имени Великий Слуга Народа, или Веснар. Выбирая себе второе, характеризующее, имя, Веснар, он же урождённый ирвеец-марух Шпанаже – Шалун Падкий На Женщин (первое имя выбирали родители либо воспитатели родового инкубатора в соответствии с генетическими предрасположенностями), считал, что он имеет право не только на ношение фамильных отличий (он гордо носил на груди Чёрно-Красный Крест, передающийся по наследству, который его прапрадед получил за выигранное в земной игровой реальности сражение: крестоносцы победили сельджуков близ Гераклеи), но и на безусловное почитание масс обывателей.
Веснар прибыл минута в минуту, однако, как всегда, шумно и торжественно: его виману сопровождали три флайта с подразделением спецназа Службы и веер важных лиц, призванных подчеркнуть значение свершаемых им действий.
Был Веснар высок, атлетичен (спортивные фигуры были нынче в моде), красив и подчёркнуто небрежен. Впрочем, при встрече с владельцем одного из самых роскошных имений Царцаха выражение небрежности сошло с гладкого чела адмирала. Он был с ним на короткой ноге и к тому же понимал, какой высокий пост в Сенате занимает Само Совершенство.
Двое самых близких сановников попытались увязаться за Веснаром, но он оставил их в общей зале на первом этаже коттеджа.
Уселись в гостевом руме для особо приближённых лиц, на самом верху молельного минарета; башню возвёл ещё дед Самсунга, служитель суннитошиитской веры, и хотя в крови Самсунга текла по большей части кровь ирвейская, башню он, переселившись на окраину Царцаха, переделывать не стал, только изменил назначение. Рум после переделки представлял собой конус с прозрачными стенами и с минимумом деталей.
Сели в глубокие кресла с изменяющейся геометрией, не обращая внимания на толчею микрофантомов вокруг. Благодаря эффектам иной мерности пространства Царцаха, отличной от трёх, в воздухе то и дело проявлялись эльфы и либри – предметы в виде сочетаний геометрических фигур и существа, живущие только в определённых резонансах измерений.
Многие сапиенсы специально заводили вирт-животных, но Самсунг не любил ни кошек, ни собак, ни прочих кусак, и в его доме жили только эльфы и безобидные резонансы вроде орбов.