Сбиться с пути
Шрифт:
Дженни села рядом с ним, в ее глазах сияли веселые искорки.
— Что случилось?
— Я получил хорошую взбучку. Полагаю, он тоже.
— Нет, я имею в виду, здесь написано «светлой памяти».
— Ох. Его отправили во Вьетнам. — Кейдж на минуту застыл, пристально рассматривая цветы. — Кажется, я больше не встречал его после того, как он закончил школу.
Дженни также безмолвно сидела, словно вслушиваясь в тишину.
— Он был охренительным баскетболистом, — не подумав, сказал Кейдж. Потом немедленно ссутулил
Дженни улыбнулась:
— Какая разница? Господь все равно слышит, каждый раз, когда ты так выражаешься. — Внезапно она сделала серьезное лицо и посмотрела на него, словно стараясь проникнуть в душу. — Ты же веришь в Бога, Кейдж?
— Да. — Несомненно, он говорил правду. Его лицо редко бывало таким серьезным. — И по-своему поклоняюсь Ему. Знаю, что люди говорят обо мне. Мои родители думают, что я безбожник.
— Я уверена, они так не думают.
Он с сомнением окинул ее взглядом:
— А что ты думаешь обо мне?
— Полагаю, ты типичный дитя проповедника.
Он запрокинул голову и рассмеялся:
— Слишком упрощенно, не так ли?
— Вовсе нет. Когда ты рос, то вел себя так, чтобы никто и никогда не подумал, будто ты пай-мальчик.
— Я вырос, однако по-прежнему не хочу быть пай-мальчиком.
— Ну, уж в этом тебя сложно упрекнуть. — Желая поддразнить его, Дженни ткнула указательным пальцем ему в ногу, однако немедленно отдернула руку назад. Его мышцы были напряжены, совсем как у Хола, и это слишком хорошо напомнило ей твердые, обтянутые джинсой мускулистые бедра, тершиеся об ее обнаженные ноги.
— Чтобы скрыть смущение, она спросила:
— Помнишь, как ты пытался заставить меня рассмеяться, когда я пела в хоре?
– Я? — с негодованием спросил он. — Никогда не делал ничего подобного.
— Конечно, делал. Строил мне рожи и подмигивал. Издалека, из самого последнего ряда, где обычно сидел с одной из своих девиц, ты же не будешь…
— Что значит «с одной из своих девиц»? Послушать тебя, так у меня их был целый гарем?
— А что, неправда? Не было? Нет?
Кейдж намеренно и со значением опустил глаза и лениво окинул взглядом все ее тело.
— Всегда найдется место для еще одной. Не хочешь заполнить заявку?
— Ох! — вскричала она, соскочив со своего места и уставившись на него с уморительной яростью, уперев руки в боки. — Мне кажется, тебе пора. У меня полно дел.
— Ага, и у меня тоже, — ответил он, вздыхая и поднимаясь. — Я только что подписал контракт на аренду сотни акров земли на месте старого ранчо Парсонов.
— Все хорошо? — Дженни знала совсем немного о его работе, в основном то, что она имела какое-то отношению к нефти, и что он считался успешным дельцом.
— Очень. Мы уже готовы начать бурить скважины.
— Поздравляю.
— Прибереги свои поздравления
— Кейдж? — внезапно окликнула Дженни.
— Да? — Он обернулся, крепкий и привлекательный, опаленный солнцем и ветрами, аморальный и опасный. Его большие пальцы были задвинуты за ремень. Ворот джинсовки поднят вверх, словно подпирая его массивную челюсть.
— Забыла спросить тебя, зачем ты заходил.
Он пожал плечами:
— Да просто так. Пока, Дженни.
— Пока.
Он на мгновение задержал на ней взгляд, потом надел очки и вышел на улицу.
Дженни пыталась повесить мокрую простыню на веревку, не давая сильному ветру вырвать ее у нее из рук. Простыни, которые она уже успела развесить, раздулись, как паруса, и развевались вокруг нее, как гигантские крылья.
Когда же она зажала последнюю прищепку и, удовлетворенная, потерла руки, ее уши внезапно различили страшный рев. Ужасное создание подкралось, скрываясь за сохнущим постельным бельем, и напало на нее. Оно схватило ее большими и сильными руками, не переставая издавать адские звуки.
Дженни тихо вскрикнула, однако ее испуганный писк оказался едва слышен в крепких объятиях сжимавшего ее монстра.
— Ага, испугалась? — прорычал ей в ухо все еще невидимый нападавший, прижимая ее еще ближе.
— Пусти меня.
— Скажи «пожалуйста».
— Пожалуйста!
Кейдж выпустил ее и, смеясь, уставился на простыню, наблюдая за усилиями Дженни выпутаться из складок. Чудесным образом простыня осталась висеть на месте, несмотря на то, что вся перекрутилась.
— Кейдж Хендрен, ты напугал меня до смерти.
— Да ладно, будет тебе, ты же знала, что это я.
— Только потому, что ты уже проделывал это прежде. — Она предпринимала отчаянные попытки убрать с лица свои растрепанные ветром волосы. Однако попытки эти казались столь же безнадежными, как и ее потуги не рассмеяться. Наконец Дженни больше не смогла противиться душившему ее смеху и расхохоталась вместе с ним. — Однажды… — Она прервала свою грозную речь и только погрозила пальцем.
Он сделал молниеносное движение рукой и зажал его в своем кулаке.
— Что? Что случится однажды, Дженни Флетчер?
— Однажды ты свое получишь.
Кейдж поднял ее палец и зажал зубами, плотоядно улыбаясь и делая вид, что сейчас укусит.
— Не загадывай заранее.
Один вид ее плоти, сжатой между его крепкими белыми зубами, взволновал ее, и Дженни подумала, как бы быстрее, не создавая ощущения неловкости, вызволить палец из его хватки. Наконец Кейдж отпустил ее руку, и она с опаской отступила, будто ненароком подошла к огню слишком близко, и осознала это лишь тогда, когда пламя обожгло ей пальцы.