Сборник эссе
Шрифт:
Одним словом — я знаю, что эти картины обладают теми качествами, которые и позволили нашему кино стать флагманом мировой культуры. Пришлите мне их, пожалуйста.
Искренне Ваш и прочая".
…Признаться, я всерьёз подумываю о том, чтобы соврать коллеге что-нибудь убедительное.
Слово о возмущинах, или Похвала скуке
Вернувшись из лесу, где Истинный Учитель Истины (то есть я) с группой молодых социотерапевтов праздновал майские и укрывался от т. н. общественных дискуссий — я немедленно приступил к работе. Её накопилось немало: пациенты образовали у дверей полуживую очередь, розарий поразила ржавчина, а секретарь
Впрочем, моё бесстрашие давно вошло в легенды, и я продолжу. В последнее время меня всё чаще атакуют социально активные люди со сбитым прицелом. Все их мысли заняты творящейся в мире Несправедливостью — но почему-то они борются с её самыми смешными и лёгкими разновидностями, напрочь игнорируя более увесистые.
Эти люди появляются у меня в приёмной и хвастаются тем, что а) вступились за справедливость — то есть надели на себя синее ведро и попротестовали против автомобилей с мигалками; б) вступились за справедливость — то есть защитили честь покойного И.В. Сталина от нападок главреда некоего женского журнала, притворяющегося мужским; в) вступились за справедливость — то есть нарисовали обидную картинку о К.А.Собчак.
Я обычно спрашиваю посетителей, какого эффекта они намерены достичь. Что улучшится в мире, если мигалконосцы будут высмеяны, редактор журнала обруган, а лицо со звучным родом занятий "сосалайт" К.А. Собчак получит от них дополнительный пиар? Посетители в ответ разочарованно обзывают меня «охранителем существующего порядка» — как будто именно мигалки, гламурные журналисты и Собчак служат существующему порядку главной опорой.
Последнее, как ни странно, не соответствует истине. Люди, о которых наш современник чаще всего читает в интернете или смотрит телепередачи, отнюдь не являются самыми важными людьми на свете. Фигура любого безымянного замминистра в нашем мире перевешивает всех светских львиц обоего пола вместе взятых, какие бы пошлые глупости те ни выдавали. А обычный украденный миллиард есть более серьёзное преступление, чем сотня мигалок.
Однако украденный миллиард, в силу своей убийственной серьёзности, сложности и скучности, не заводит машину возмущения больных. Люди, привыкшие мыслить в формате таблоида, способны реагировать лишь на те формы зла, которые громко дудят о себе и сигнализируют проблесковыми маячками. Это происходит оттого, что лишь на такие формы зла они могут отреагировать равноценно — ответным возмущенным дудением.
Эти разгневанные мужчины стали жертвами мутации, превратившей их в существ особого пола. Проф. Инъязов именует их «возмущинами», и это название ясно характеризует гендерную роль больных по жизни.
Коротко говоря, возмущина есть человек, демонстрирующий непреклонность и мужество перед лицом третьестепенной чепухи. Интуитивно он, как и всякий землянин, чувствует, сколько в мире совершается гнусных ошибок и злодеяний, как непомыта и непричесана ещё Земля и жизнь на ней — от глобальных бед до погасшего плафона, от расхищения больших денег где-то наверху до мелких спекуляций совсем рядом.
Однако осознание реальных масштабов задач, которые ставит перед возмущиною жизнь, повергает его в смятение. И он выбирает то, что считает «важным врагом себе по силам». То есть отважно открывает забрало перед комарами, возлагая роль глобального врага на явления, настолько несоответствующие масштабам разговоров о них, что их можно смело считать вымышленными.
Возмущина — это вывернутый наизнанку дон Кихот, вскачь атакующий игрушечных трансформеров. Мой персидский коллега Р.А.-Нассири предполагает, что юркие жужжащие
Важно другое: есть те, кто тратит драгоценное время своей жизни, гоняясь за этими пластмассками. При этом они не замечают, что против мигалок и плакатов со Сталиным в г. Москва борются те же персонажи, что защищают московского мэра в скучной войне за многомиллиардный генплан. Возмущинам отчего-то кажется, что мигалки и портреты важнее — хотя в социальном измерении они ведут себя как коренные жители США, продававшие землю за бусы.
…Космос настаивает: возмущины излечимы. При колхозе им. Баграмяна проводятся курсы групповой терапии, где больных приучают вести долгие скучные дискуссии на конкретные темы, читать огромные документы и делать выводы. Одновременно они проходят курс исцеления от скандалозависимости, проводя тренировочные акции гражданского неупоминания наиболее вздорных и раскрученных персонажей информационного пространства.
Эффект терапии поразителен: у возмущин снова отрастают первичные бытовые и деловые признаки, они бойко решают собственные проблемы и вступают в созидательные трудовые и гражданские объединения. Проф. Инъязов, ведущий курсы, плачет от умиления.
P.S. Одноразовое восприятие, индуцированное Внеземными Цивилизациями, сыграло с некоторыми Уважаемыми Читателями Злую Шутку. В связи с этим перед тем, как писать: "Так что же, Учитель, Вы призываете сидеть и молчать в тряпочку?", я призываю Читателей ещё раз внимательно перечесть написанное выше.
Robin не есть гуд
Конспиролог Рахман Аль-Насири и социотерапевт Авраам Болеслав Покой расставляют точки над кинематографом
Вчера ваш покорный слуга совершил очередную победу над собой и над всемирным заговором Тайных Обществ — посмотрел новый голливудский фильм «Робин Гуд». Я уже давно подозревал, что в наше подозрительное время такой неблагонадежный герой как Робин Гуд не может остаться неохваченным подозрительной волной переосмысления. Раньше Тайные Общества, власть которых еще недавно казалась уже почти установленной и неизбежной, могли позволить человечеству играться со старыми, неотформатированными до полной потери первоначального смысла героями. Теперь, когда их замыслы находятся в опасности, они уже не могут оставить Человечеству героя, который делал тайное явным, вскрывал заговоры и боролся с несправедливостью. Они должны были попытаться украсть его, опорочить или присвоить. Я ждал такой попытки, и я дождался.
Благодаря несправедливости Робин Гуд исключается из средневековой Матрицы
Нам известно несколько вариантов истории Робина Гуда: в одном варианте он — вольный йомен, несправедливо согнанный с земли, в другом — дворянин, несправедливо лишенный замка и имения. В любом случае ключом к пониманию подвигов Робина Гуда является противоборство справедливости и несправедливости. Несправедливость, совершенная по отношению к главному герою инициирует его героизм, определяет образ его действий и жизни. Благодаря этой несправедливости Робин Гуд исключается из обычной системы, из средневековой Матрицы, претерпевает лишения и становится несистемным защитником всех, кто от этой системы страдает. Все окружение Робина соответствует ему: крестьяне, несправедливо лишенные земли, честные рыцари, ограбленные рыцарями нечестными, несправедливо лишенный короны король, приятель-сарацин Назир и, наконец, освящающий всю эту компанию честный, но изрядно пьющий монах. Враги Робина также вполне конкретны: король-узурпатор, шериф-беспредельщик, поправший законы рыцарской чести рыцарь Гай Гизборн и придворные-заговорщики.