Сборник.Том 2
Шрифт:
— Проводи нас в переговорную, — сказал ему Дэниел.
Робот молча поклонился и хотел идти.
— Погоди, бой, — сказал Бейли. — Как тебя зовут? Робот повернулся к Бейли лицом и чётко произнёс:
— У меня нет имени, господин. Мой серийный номер, — робот указал металлическим пальцем себе на плечо, — АСХ-2745.
Дэниел и Бейли последовали за ним в большую комнату, которую Бейли узнал — вчера здесь сидел на стуле Грюер. Там их ждал другой робот — с бесконечным терпением машины, не знающей, что такое скука. Первый робот поклонился
Пока он откланивался, Бейли сравнивал наплечные знаки обоих роботов. Золотые и серебряные квадратики на них располагались по-разному. Шесть на шесть квадратов, составляющих шахматную доску, дают 2 36различных комбинаций, то есть 70 миллиардов. Более чем достаточно.
— Видно, на всё есть свой робот, — сказал Бейли. — Один провожает сюда, другой отвечает за связь.
— У солярианских роботов очень узкая специализация, партнер Элайдж.
— Понятно почему, раз их так много. — Второй робот, если не считать наплечного знака и каких-то позитронных различий в пористом платино-иридиевом мозгу, был близнецом первого. Бейли спросил его:
— Твой серийный номер?
— АСС-1129, господин.
— Я буду звать тебя просто бой. Я хочу поговорить с госпожой Глэдией Дельмар, вдовой Рикэна Дельмара. Дэниел, как узнать её адрес, чтобы легче было найти?
— Не думаю, что нужна ещё какая-то информация, — мягко ответил Дэниел. — Если позволите, я спрошу робота…
— Лучше я сам. Итак, бой, ты знаешь, как вызвать эту даму?
— Да, господин. У меня есть номера всех господ. — Робот не вкладывал гордости в свой ответ — он просто констатировал факт, как если бы сказал: «Я сделан из металла, господин».
— Неудивительно, партнер Элайдж, — вставил Дэниел. — В память следует заложить всего около десяти тысяч номеров, а это немного.
Бейли кивнул.
— А другой Глэдии Дельмар, случайно, нет? Как бы не ошибиться.
— Господин? — недоуменно переспросил робот.
— Я думаю, робот не понял вашего вопроса, — сказал Дэниел. — Мне кажется, на Солярии не встречаются одинаковые имена. Они регистрируются при рождении, и человеку не дают имени, которое в данное время занято другим.
— Что ж — век живи, век учись, — сказал Бейли. — Тогда, бой, скажи мне, что надо делать — дай номер, или как там это называется, и можешь идти.
После заметной паузы робот спросил:
— Господин сам желает произвести вызов?
— Ну да.
Дэниел легонько тронул Бейли за рукав.
— Одну минуту, партнер Элайдж.
— Ну что ещё?
— Мне кажется, роботу будет проще. Это его специализация.
— Уж конечно, у него это получится лучше, чем у меня, — буркнул Бейли. — Я могу и напутать. И всё же, — Бейли твёрдо посмотрел на непроницаемого Дэниела, — я предпочитаю сделать вызов сам. Я здесь приказываю или нет?
— Приказываете вы, партнер Элайдж, и ваши приказы будут выполняться, если позволит Первый Закон. И всё же, с вашего разрешения, я хотел бы поделиться
— Ну хорошо — ведь мой прямой приказ приводит в действие Второй Закон, так или нет?
— Верно. Но сопутствующее повышение потенциала вызывает у робота «неприятные ощущения». Это редкий случай: соляриане почти никогда не вмешиваются в повседневную деятельность роботов. Во-первых, никто не захочет исполнять обязанности робота, во-вторых, в этом нет необходимости.
— Вы что, Дэниел, хотите сказать, что робот обижается, если я делаю работу за него?
— Как вам известно, партнер Элайдж, понятие «обида» в том смысле, какой вкладывают в него люди, к роботу неприменимо.
— Что же тогда?
— Насколько я могу судить, то, что испытывает при этом робот, так же отрицательно действует на него, как обида на человека.
— Но я-то не солярианин. Я землянин и не люблю, когда роботы делают что-то за меня.
— Я рекомендовал бы вам принять во внимание, что такое отношение к роботам может быть расценено нашими хозяевами как неуважение, поскольку в подобном обществе должны существовать более или менее твердые установки на то, как следует обращаться с роботами и как не следует. Если мы будем обижать наших хозяев, вряд ли это облегчит нашу задачу.
— Ладно, — сказал Бейли. — Пусть робот делает своё дело.
Хотя он уступил, инцидент принес определённую пользу. Поучительно было узнать, до чего бессовестно роботизировано общество. Если уж роботы существуют, от них так просто не отделаешься, и человек, пожелавший избавиться от них хотя бы на время, обнаруживает, что это ему не удастся.
Прикрыв глаза, Бейли смотрел, как робот идёт к стене. Пусть социологи на Земле разбираются и делают свои выводы. Он тоже кое-что выяснил — для себя.
Половина стены скользнула вбок, и открылась контрольная панель, которая была бы впору электростанции обширного городского сектора.
Бейли страдал по своей трубке. Его предупредили, что курение на Солярии — вопиющее нарушение приличий, и даже не позволили взять трубку с собой. Бейли вздохнул. Иногда бывает так приятно стиснуть в зубах чубук и ощутить в руке теплую чашечку.
Робот орудовал быстро, ловко переключая различные реле и подбирая нужные силовые поля.
— Сначала абонента запрашивают, будет ли он отвечать на вызов, — объяснил Дэниел. — Ответ, разумеется, принимает робот. Если абонент на месте и согласен ответить, устанавливается двусторонняя связь.