Сборник.Том 8
Шрифт:
Говоря это, Космический Рейнджер достал из кармана небольшую стеклянную пулю. Он открыл боковое углубление заборника и налил оттуда в пулю прозрачную вязкую жидкость.
— Теперь, — продолжил он, — если мы поместим яд в рот, дело пойдёт несколько по-другому. Яд будет поглощаться гораздо медленнее и действовать более постепенно. Макиан, — неожиданно окликнул он, — вот человек, который предал вас, использовал вашу ферму, чтобы организовать отравления и уничтожить фермерский синдикат. Свяжите ему руки.
И Космический
Макиан с криком долго сдерживаемого гнева бросился на Хеннеса. На мгновение гнев вернул ему утраченную юношескую силу, и сопротивление Хеннеса было тщетным.
Когда Макиан сделал шаг назад, Хеннес был привязан к стулу, руки его сведены сзади и закреплены наручниками.
Тяжело дыша, Макиан сказал:
— После разговора я с удовольствием разорву вас на куски собственными руками.
Космический Рейнджер обошёл стол и медленно приблизился к Хеннесу, держа перед собой в двух пальцах стеклянную пулю. Хеннес отпрянул. На другом конце стола отчаянно забился Бенсон, и Верзила пинком заставил его успокоиться.
Космический Рейнджер захватил нижнюю губу Хеннеса и оттянул её, обнажив зубы. Хеннес старался отвести голову, но Космический Рейнджер чуть сдавил пальцы, и Хеннес испустил сдавленный крик.
Космический Рейнджер опустил пульку в пространство между губой и зубами.
— Я думаю, пройдёт не менее десяти минут, прежде чем через полость рта вы усвоите достаточно яда, чтобы он начал действовать, — сказал он. — Если вы до того времени согласитесь говорить, я уберу яд, и вы сможете промыть рот. В противном случае яд начнет медленно действовать. Постепенно вам станет всё труднее и труднее дышать, и наконец, примерно через час, вы умрете от удушья. Но своей смертью вы ничего не добьетесь, потому что демонстрация будет очень наглядна для Бенсона, и мы получим от него всю правду.
На висках Хеннеса выступили капли пота. Он закашлялся.
Космический Рейнджер терпеливо ждал.
Хеннес закричал:
— Я буду говорить! Буду! Уберите его! Уберите!
Слова звучали неразборчиво, но его намерения и отчаянный ужас, исказивший лицо, были достаточно ясны.
— Хорошо! Вам лучше делать записи, доктор Сильвере.
Прошло три дня, прежде чем доктор Сильвере вновь увиделся с Дэвидом Старром. Он мало спал в эти дни и очень устал, но это не помешало ему с радостью приветствовать Дэвида. Верзила, всё это время не оставлявший доктора Сильверса, был также обрадован.
— Сработало, — сказал доктор Сильвере. — Вы, конечно, слышали об этом. Сработало удивительно хорошо.
— Знаю, — с улыбкой ответил Дэвид. — Космический Рейнджер мне всё рассказал.
— Значит, вы снова виделись с ним?
— Очень ненадолго.
— Он почти сразу исчез. Я упомянул о нём в своём докладе: мне пришлось это сделать. Но чувствую
— И я, — добавил Дэвид.
— Да, конечно. Ну, с этим покончено. Мы отыскали запасы яда и очистили астероиды. Не менее двух дюжин человек получат пожизненное заключение, и Бенсон в конце концов станет трудиться на общее благо. Его эксперименты над марсианской жизнью были в своём роде революционными. Может быть, результатом его открытия, при помощи которого он хотел захватить контроль над Землей, станет целая серия новых антибиотиков. Если бы несчастный глупец добивался научного признания, он был бы великим человеком. Хорошо, что признание Хеннеса остановило его.
Дэвид сказал:
— Это признание было заранее тщательно рассчитано. Космический Рейнджер всю предшествующую ночь работал над этим.
— Ну, я сомневаюсь, чтобы какой-нибудь человек смог противостоять угрозе отравления, которая встала перед Хеннесом. Что бы случилось, если бы на самом деле Хеннес был не виноват? Космический Рейнджер сильно рисковал.
— Вовсе нет. Никакого яда не было. Бенсон это знал. Думаете, Бенсон бы оставил в своей лаборатории образец яда, как очевидное доказательство против себя? Думаете, мы могли бы случайно отыскать этот яд?
— Но яд в пульке?
— …простой бесцветный желатин. Бенсон догадался об этом. Поэтому Космический Рейнджер и не пытался вырвать у него признание. Поэтому он приказал заткнуть ему рот, чтобы Бенсон не смог говорить. Хеннес тоже мог бы догадаться, если бы не страх.
— Ну пусть меня выбросят в космос! — пораженно воскликнул доктор Сильвере.
Он ещё долго потирал подбородок, даже когда наконец попрощался и отправился спать.
Дэвид повернулся к Верзиле.
— А что ты теперь будешь делать, Верзила?
Верзила ответил:
— Доктор Сильвере предложил мне постоянную работу в Совете. Но не думаю, что соглашусь на это.
— Почему?
— По правде говоря, мистер Старр, я предпочел бы отправиться туда же, куда и ты.
— Я отправляюсь на Землю, — сказал Дэвид.
Они были одни, но Верзила осторожно оглянулся, прежде чем заговорил.
— Мне кажется, что ты ещё побываешь во многих местах… Космический Рейнджер.
— Что?
— Конечно. Я узнал тебя в первое же мгновение, как только ты вошёл в дыме и огне. Поэтому я и не воспринял серьёзно обвинение в отравлении. — Лицо его расплылось в широкой улыбке.
— Ты понимаешь, о чём говоришь?
— Конечно. Лица твоего я не видел, не видел деталей костюма, но на Рейнджере были твои сапоги, и совпадали рост и телосложение.
— Совпадение.
— Может быть. Подробностей я не видел, но цвет сапог различил ясно. Ты единственный из известных мне фермеров, который согласился носить чёрно-белые сапоги.