Сборник.Том 8
Шрифт:
— Хорошо. А вы что делаете на корабле без экипажа и пассажиров?
Старр решительно ответил:
— Я прибыл сюда, чтобы увидеться с вами, капитан Антон.
3. ДУЭЛЬ НА СЛОВАХ
Выражение лица Антона не изменилось.
— Ну вот вы и встретились со мной.
— Но не один на один, капитан. — Счастливчик медленно растянул губы в улыбке.
Антон быстро оглянулся. Свыше десяти его людей, в космических костюмах на разной стадии их снятия, набились в рубку и слушали с интересом.
— А ну, подонки, займитесь своими делами. Мне нужен полный отчет о состоянии корабля. И держите оружие наготове. На борту могут быть ещё люди, и, если кого-нибудь из вас поймают, как Динго, я вышвырну его в шлюз.
Началось медленное сдержанное передвижение наружу.
Голос Антона перешёл в крик:
— Быстро! Быстро! — Одно движение, и в руке его оказался бластер. — Стреляю при счёте три. Один… два…
Никого не осталось. Антон снова взглянул на Дэвида. Глаза его блестели, и воздух порывисто вырывался изо рта.
— Дисциплина — великое дело, — выдохнул он. — Они должны бояться меня. Бояться больше, чем пленения Земным флотом. Тогда у корабля один мозг и одна рука. Мой мозг и моя рука.
«Да, — подумал Счастливчик, — один мозг и одна рука. Но чьи? Твои?»
На лицо Антона вернулась улыбка, мальчишеская, дружеская и открытая.
— Теперь говорите, что вы хотели.
Дэвид пальцем указал на бластер капитана, всё ещё обнаженный и готовый к действию, и улыбнулся так же.
— Имеете желание пристрелить меня? Давайте, и покончим с этим.
Антон был потрясен.
— Великий космос! Вы хладнокровный человек. Я стреляю, когда хочу. Так мне больше нравится. Как ваше имя?
Бластер по-прежнему был нацелен на Счастливчика.
— Уильямс, капитан.
— Вы высокий человек, Уильямс. И кажетесь сильным. Но стоит мне нажать пальцем, — и вы мертвы. Я считаю это очень поучительным. Два человека и один бластер — в этом весь секрет власти. Вы когда-нибудь думали о власти, Уильямс?
— Иногда.
— Вам не кажется, что в ней единственный смысл жизни?
— Может быть.
— Я вижу, вам не терпится перейти к делу. Начнем. Почему вы здесь?
— Я слышал о пиратах.
— Мы люди астероидов, Уильямс. Никаких других названий.
— Это мне подходит. Я прилетел, чтобы присоединиться к людям астероидов.
— Вы мне льстите, но мой палец по-прежнему на курке бластера. Почему вы хотите присоединиться к нам?
— Все возможности на Земле закрыты, капитан. Человек, подобный мне, не может быть бухгалтером или инженером. Я мог бы даже управлять фабрикой или возглавлять собрания держателей акций. Не имеет значения. Всё это рутина. Я знал бы свою жизнь с начала до конца. Ни приключений, ни неопределённости.
— Вы философ, Уильямс. Продолжайте.
— Есть, конечно, колонии, но меня не привлекает жизнь фермера на Марсе или смотрителя чанов на Венере. Меня привлекает жизнь на астероидах. Вы живёте трудно и опасно. Тут человек может добиться власти, как вы. Вы сами сказали, что власть — единственный смысл жизни.
—
— Я не знал, что он пустой. Мне нужно было где-то спрятаться. Законное космическое путешествие стоит дорого, а билеты в пояс астероидов в наши дни не продают. Я знал, что этот корабль — часть картографической экспедиции. Дошли слухи, что он направляется к астероидам. Поэтому я ждал почти до старта. Когда все готовились к взлету, а люки ещё были открыты, мой приятель отвлек внимание часового. Я думал, что мы остановимся на Церере: она должна быть главной базой астероидной экспедиции. Мне казалось, что оттуда я доберусь до места без труда. Экипаж составят астрономы и математики. Забери у них очки — и они ослепнут. Направь на них бластер — и они умрут или испугаются. На Церере я мог бы связаться с пи… с людьми астероидов. Очень просто.
— Но на борту вас ждал сюрприз. Верно? — спросил Антон.
— Ещё бы. Никого на борту, и, прежде чем я это понял, корабль взлетел.
— А к чему бы это, Уильямс? Как вы считаете?
— Не знаю. Не могу понять.
— Ну что ж, посмотрим, не найдем ли разгадку вместе. — Он указал бластером на выход и резко сказал: — Пошли!
Глава пиратов вышел из рубки в длинный центральный коридор корабля. Из двери впереди вышло несколько человек. Они обменивались негромкими замечаниями, но все замолчали при виде Антона. Антон приказал:
— Подойдите.
Все приблизились. Один из них тыльной стороной руки вытер седые усы и сказал:
— Никого на борту, капитан.
— Хорошо. Что вы о нём думаете?
Пиратов было четверо. Но постепенно их количество росло, присоединялись всё новые. Голос Антона стал резким.
— Что вы думаете о корабле?
Вперёд протиснулся Динго. Он снял костюм, и теперь Дэвид мог разглядеть его. Широкий, тяжелый, руки слегка согнуты и свисают с мускулистых плеч. На пальцах пучки чёрных волос, шрам на верхней губе дергается. Он, не отрывая взгляда от Старра, ответил:
— Мне не нравится.
— Тебе не нравится корабль? — резко спросил Антон.
Динго колебался. Он расправил плечи, выпрямил руки.
— Воняет.
— Как это? Что ты хочешь сказать?
— Я мог бы разобрать его консервным ножом. Спросите остальных, они согласятся. Эта клетка скреплена зубочистками. Продержится не больше трёх месяцев.
Послышался одобрительный ропот. Человек с седыми усами добавил:
— Прошу прощения, капитан, но проводка местами держится только на изоляции. Плохая работа. Изоляция кое-где прогорела.
— Вся сварка сделана в спешке, — заметил другой. — Вот такие щели, — он показал толстый грязный палец.
— Как насчёт ремонта? — поинтересовался Антон.
Динго ответил:
— Потребуется целый год и ещё воскресенье. Не стоит труда. Да мы и не можем это сделать здесь. Придётся брать на одну из скал.
Антон повернулся к Дэвиду и вежливо объяснил:
— Мы всегда называем астероиды скалами, понимаете?
Счастливчик кивнул.
Антон продолжал: