Сбой
Шрифт:
Знахарь уже хотел переключиться на следующего, но Марат, видимо, ничего не поняв, попытался его задержать.
— Ван Ваныч, а что именно-то изменилось? — спросил он. — Я как бы всё это и так знал.
— А ты поразмысли над всем этим, сынок, — обернулся на него старик. — Возьми в руки своё оружие и попытайся прочувствовать его так, будто оно живое. Присмотрись к пулям, которыми стреляешь. И ты увидишь, как сделать свой рабочий инструмент ещё мощнее.
— Ничего не понял, — хмыкнул «Душегуб».
— Да что непонятного? Просто взгляни на своё оружие, —
— Хотите сказать, я теперь могу напрямую управлять другими существами? — уточнила Мария.
— Не совсем, — ответил знахарь. — Чем слушаешь, вообще? Я же говорю, чужой разум — тропа твоя. Ходи по этой тропе и делай всё, что вздумается. Заражай врагов безумьем или вовсе отключай их навсегда. Или, быть может, тебе по душе сделать бомбу из их мозгов. Думай, Машуль, это твоя дорога. Там и правила твои.
— Хм, — нахмурилась «Милаха». — А можно я попрактикуюсь на курицах?
— Это вопрос к Кузьмичу, — старик снова изменился в лице, когда вспомнил про петуха.
Следующим на очереди оказался «Ключ».
— Федя, Федя, — глядя в глаза Разводному, вторил его имя знахарь. — Отца моего так звали.
— Так ты ж Иваныч, — усмехнулся «Ключ».
— Да? — удивился старик. — И вправду. Что-то память меня совсем подводит. А может, я не Иваныч вовсе?
— Да не, — не согласился Фёдор. — Ты точно Иван Иваныч. Отца твоего точно Иваном звали. А маму Раисой.
— Это ты сейчас с помощью способности выяснил? — хохотнул Борис. — Теперь ты умеешь читать родословную всех людей?
— Ахахах, — рассмеялся «Ключ». — Это я из личного дела Ван Ваныча знаю. У меня же исключительная память. Я всё помню.
— И то верно, — кивнул знахарь. — А ещё могёшь узнавать, как всё устроено, как было и как, вероятно случится. Ценный дар. Но этого настоящего солдату недостаточно. Что, если взять и изменить условия?
— Всмысле? — задумался Разводной. — Хочешь сказать, что есть возможность изменять события? Например в прошлом. Но это же…
— На кой чёрт тебе прошлой упало? — рявкнул Ван Ваныч. — Смотри в настоящее. И думай, как сейчас изменить будущее. Быть может, враг, который засел за деревом, засел не просто за деревом, а за трухлявым деревом? Ветерок на него подует и то БАЦ! Упадёт. Глядишь и прямо на самого врага упадёт. Только уже вовсе не трухлявым…
— Получается, я теперь могу изменять физические свойства объектов? — лицо Фёдора от улыбки, казалось, увеличилось вдвое. Но как это возможно?
— Аномальные зоны — это, — Ван
— Система, — ответил я.
— Вот! Точно, — знахарь будто прорычал. — А мы с вами эти… самые. Как их? Точно! Взломщики. Наши способности — это ключи, с помощью которых мы можем жить по установленным системой законам. Но также наши способности и отмычки, которыми мы можем нарушать любые установленные правила. Не стесняйтесь этого делать.
— Примерно так и сам астероид и говорил, — вспомнил я мой диалог с врагом, когда он рассказывал, что относиться к себе, как к системе.
После Разводного Ван Ваныч подошёл к Анжелике.
— Ох, дочка, глаза какие красивые у тебя. И… — он обвёл её взглядом с головы до ног. — Прям вся везде красавица.
— Спасибо, — смутилась Анжелика.
— И дар у тебя прекрасный, — продолжал знахарь. — Исцелять живых существ и запрещать им умирать даже в безвыходных ситуациях — это сила, которой могут похвастаться единицы. Но, к сожалению, новый способностей я открыть тебе не смог. Только лишь усилил существующий.
— Я теперь смогу лечить быстрее? — поинтересовалась девушка.
— Это ты сама узнаешь, — не стал Ван Ваныч углубляться. — Главное не забывай про своих энергетических двойников. Они ведь обладают тем же даром, что и ты.
После Анжелики подошла очередь стоявшего рядом с ней Петра.
— Воин, — уважительно покачав головой, произнёс Ван Ваныч. — Мастер холодного оружия. А как насчёт того, чтобы иногда забывать про законы физики?
— Какой ещё физики, Отец? — с недоумением посмотрел «Какадёр» на знахаря.
— Посмейся мне ещё, — нахмурился старик. — Человека, любящего играть со смертью при помощи сложнейших трюков, система наградила возможностью делать то, что другие не могут. Хочешь бегать по стенам? Вперёд. Желаешь перепрыгнуть пропасть? Не бойся. И твой меч будет всегда в твоей руке. Даже, если он находится далеко от тебя.
— А вот про последнее совсем непонятно, — хмыкнул «Пётр». — Как это понимать?
— Призови своё холодное оружие, если вдруг обронишь его, — подмигнул знахарь «Каскадёру». — И оно непременно вернётся к тебе.
— А вот теперь понял! — улыбнулся Пётр.
— С тобой тоже ничего не получилось, — переключился Ван Ваныч на Бориса. — Смог только усилить то, что ты умеешь.
— И на том спасибо, Ван Ваныч, — не стал «Мех» расстраиваться. — А нового мне и не надо было. Я ещё со старым не доконца разобрался.
— Тоже верно, — кивнул знахарь. — И не забывай, что система не любит тебя больше остальных. Ты для неё, как больнючая заноза.
— Это почему? — удивилась «Мех».
— А ты думаешь, почему в каждой аномальной зоне нет электричества? — подошёл старик к Борису почти вплотную и зачем-то начал шептать. — Она страсть, как его боится. Электричество для неё худшее из зол. Ненавидит она и его и тебя. И враги, которых твои молнии задевают, становятся слабее из-за этого.