Счастье волков

Афанасьев Александр Николаевич

– Меня зовут Мустафа Хикмет. Я хочу знать, как умер мой брат… – С этими словами он достал «глок» и направил его на меня. – И если ты солжешь, я тебя убью прямо сейчас…

Как умер Назим Хикмет? Хороший вопрос…

А еще лучше пистолет у бандита – в комнате полицейского участка.

Или он не бандит? Откуда я знаю, что он бандит – только из обмолвки комиссара Хикмета? Может, это было ругательство, а не профессия?

В любом случае выбора мне не оставалось.

Я заговорил. Я рассказал почти все, что знал, ну за исключением того,

что рассказывать было нельзя. Мустафа Хикмет во время рассказа едва сдерживался, темнел лицом. Потом он не выдержал.

– Хватит!

Я замолчал. Мустафа вскочил и нервно заходил по комнате, едва не сталкиваясь со стенами. Как слепой. Потом выкрикнул, ни к кому не обращаясь:

– Ублюдки! Вы же обещали!

– Твои друзья? Они националисты? Это они убили твоего брата, хотя обещали не делать этого?

– Заткнись!

…

– Заткнись.

Мустафа уставился на меня, что-то решая для себя, потом пистолет его опустился.

– Ты ведь из русской мафии, так?

– Допустим, – ответил я.

– И тебе не все равно, что произойдет с русскими в этом городе?

– Не все равно.

– Тогда слушай, русский. Я сейчас выведу тебя из участка и отпущу. Иди к своим в посольство и расскажи, что скоро произойдет в этом городе, да? Здесь есть террористы. Они собираются совершить теракт на стадионе во время игры «Спартак» – «Фенербахче». Скажи это своим, и пусть «Спартак» не приезжает, а тех, кто собирается это сделать, арестуют.

Я не поверил своим ушам.

– Ты серьезно?

– Вполне, русский. Этот план разрабатывался давно. Те, кто собирается это сделать, убили моего брата. Я только сейчас понял – они прослушивали наш телефон дома, потому что не доверяли мне и хотели убить моего брата. Я хочу убить их руками русских. Или мафии, мне все равно. Пусть они умрут, русский. Сделай это.

Я думал, как мне поступить. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Мустафа во мне усомнился. Иначе я могу получить пулю в голову прямо сейчас, чтобы никто не узнал о том, что он мне рассказал.

– Хорошо, – медленно сказал я, – но что ты дашь мне за то, что мы расправимся с твоими врагами?

Мустафа недоуменно уставился на меня.

– Разве это не твои люди, русский? Не твоя футбольная команда? Что ты хочешь?

Типично турецкий вопрос. Турок за свою футбольную команду убьет.

– Хочу знать, кто убил наших на теплоходе. Скажи мне. И этим ты оплатишь смерть своих врагов.

Мустафа смотрел на меня, раздумывая.

– Это они сделали.

– Кто?

– Исламисты. Проклятые бородачи.

– Мне нужны имена. Ты же их знаешь, так?

Мустафа нехорошо посмотрел на меня, и я подумал – пережал… п… ц. Но оказалось не так.

– Это исламисты. Заказчик – шейх Кораи.

Я снова не поверил своим ушам.

– Правоверный из Бирмингема?!

– Он самый. Только его уже выслали, он сейчас, кажется, в Тунисе.

– Он же васатист [34] .

–

Он лжец. Как и все его люди. Он сумел обмануть даже кое-кого из наших. Он собирает деньги за счет того, что его считают умеренным, и переправляет их на подготовку смертников. У него лагеря в Ливии, в Египте, в Йемене, в горах Радфан, Аллах знает где еще. Этот человек делает то, что он делает, потому что хочет, чтобы наступил конец света!

34

Аль-Васатыйя – умеренное движение, спонсируется Кувейтом.

– Зачем шейху было убивать наших людей?

– Не знаю, русский. Но думаю, чтобы освободить место для своих людей. Людей шейха Кораи все больше в Стамбуле, они собирают закят и переправляют его шейху. Теперь закята будет больше.

Я не поверил. Но кивнул.

– Имена?

– Главный у них здесь – Вахид Захар. Косит на умеренного.

Так и есть!

– Кто стрелял?

– Я не знаю точно, русский. При этом не присутствовал. Но думаю, Огюз.

– Кто это?

– Он все время с Захаром, они из одной деревни, там вся деревня – фанатик на фанатике. У Огюза большая семья на границе, думаю, он хоть сколько мог стрелков в город привезти. Дело-то нехитрое.

– Кто навел?

– Этого я не знаю, русский. Найдешь Захара – у него и спроси.

Я кивнул:

– Хорошо, Мустафа. Я проверю, и если это правда, то смерть своих врагов ты оплатил. Но только если это правда.

– Это правда, русский. И поторопись. Матч твоего футбольного клуба – послезавтра. Если ты их не остановишь – умрут сотни, может, и тысячи.

– Назови имена.

– Главный – Мурат Огеддир. Его группа. Еще Тургай Азатлык. Его задача собрать как можно больше болельщиков. Он готовит массовую драку.

– А полиция?

– Там тоже они.

Вот народ… у нас к матчам стадионы окружают, пропускают с металлоискателями, отбирают стеклянную тару, целый список запрещенного к проносу. Здесь…

– Я тебя понял.

– Иди за мной. Руки держи за спиной.

К моему удивлению, Мустафа Хикмет действительно вывел меня из участка. На выходе он просто показал какое-то удостоверение и сказал, что забирает меня по государственной необходимости. Удивительно, но это прокатило – без документов, безо всего, просто так забрал задержанного по делу об убийстве – и все. Ну и бардак…

Мы вышли на улицу, Мустафа показал на небольшой фургон «Форд».

– Садись.

Я подчинился. Мы поехали к берегу… фургон был маленький, с обычную легковушку.

– Назим… ты разговаривал с ним? – спросил Мустафа, управляя машиной. – Он тебе говорил что-то обо мне?

Я покачал головой.

– Назим… он был лучше меня, – задумчиво сказал Мустафа, – он был честным. Он всегда поступал правильно. Не то что я.

И тут мне в голову пришло… не знаю, как мне пришло в голову так рискнуть. Будь у меня время подумать – я бы не решился…