Счастье?
Шрифт:
– Ладно, проехали, – мотнула она головой, но тут же спохватилась – разобравшись со шлюхами, Аня решила прояснить остальные беспокоящие ее вопросы. – Ты тогда мне объясни, чем ты так недоволен! – с прежним пылом воскликнула она. – Многие мечтают иметь такую жизнь! У тебя работа прекрасная, семья, ребенок – сын, между прочим! Ты же так сына хотел! Все тебя любят! Чего тебе не хватает?! Живи и радуйся!
Я молчал. Проще было бы объяснить, как устроен Интернет неандертальцу, не подозревающему о существовании электричества, чем привести обоснование
В офис я пришел с чувством облегчения, тем более что дедлайны по всем проектам у меня были закрыты. Несмотря на всю неуемность Веры, загрузить меня ей было нечем. Правда, ждал меня и сюрприз: я с удивлением обнаружил, что Саша умчалась в очередную командировку. Странно, что меня не предупредила. Хотя если бы она и предложила мне придумать повод поехать с ней, мне легче было бы придумать повод, почему я не могу. Может, так и лучше. Когда появится, наверное, сделает вид, что ничего не было. Затевать роман на работе – один из самых распространенных компромиссов, достаточно вспомнить, например, чем закончился мой эксперимент с Аней.
За этим размышлением я чуть не проспал звонок – Вера через ассистента вызывала к себе. Может, наконец хватилась своих стрингов? Надо отдать ей должное: всю неделю после того корпоратива она держалась молодцом и не позволила себе ни одного лишнего взгляда. Видимо, ей так алкоголь шляпу срывает. Без сомнения, русские пословицы воистину кладезь мудрости!
– У тебя «шенген» есть? – спросила Вера с порога.
– Есть, а что?
– В среду едем на «борд» в Женеву. Мы с тобой. – Мне показалось, это «мы» она произнесла с некоторым упором.
– Что готовить надо? – озабоченно нахмурив брови, поинтересовался я. В голове тем временем крутилось совсем другое: пить с ней не буду, скажу, что на антибиотиках, в номер не пущу, к ней ни за что не пойду!
Вернувшись от Веры с новой охапкой работы, я почувствовал внезапно возникшее невероятное и даже в некотором роде болезненное желание увидеть Олю. Порыскал по сайтам с проститутками, и у меня вдруг екнуло сердце (никогда не представлял, что это выражение следует понимать настолько буквально) – я вдруг наткнулся на ее фотографию, правда, под именем Надя. Может, не она? Или решила продолжить свою карьеру под новым сценическим псевдонимом? Позвонил. Попросил подойти к телефону. Ответили, что сейчас ее нет. Приезжайте, будет в среду. Вздохнув, я попросил записать меня первым в очереди на 14.00 и принялся за работу.
Ощущение, когда я звонил в дверь борделя, было сродни первому свиданию лет в пятнадцать. Тогда тоже в ушах зудели испуганные мыслишки – вдруг не придет? Сейчас те же назойливые создания крутились вокруг другого – а вдруг не она? На этот раз мрачные ожидания оправдались. Вместо Оли мне вывели высокую, аппетитно округлоформную и улыбчивую девушку, но, как мне показалось, с невероятно грустными глазами. Я разочарованно вздохнул:
– Но на сайте не ее фото!
Администраторша
– Ладно вам, лица-то на фото нет, а фигура – точь-в-точь. К тому же, – добавила она загадочно, – оставайтесь, Надя – такая мастерица, не пожалеете!
Я пожал плечами – уходить было уже неохота. Отчаянно хотелось набраться хоть каких-то положительных эмоций. Впереди маячила поездка с Верой.
– Ладно, – снова вздохнул я, – давайте попробуем.
Надя была старательно страстна, местами мне даже казалось, что вполне искренне. Да и ее грудь, почти как у Оли, представляла собой дополнительный возбуждающий фактор. Почти сразу после окончания первого круга наших физкультурных упражнений у нее вдруг зазвонил телефон. Она стремительно схватила трубку, взглянула на экран и умоляющим тоном зашептала:
– Пожалуйста, пожалуйста, мне очень надо ответить, это мой парень.
– Твой парень?
– Да, да, – прошептала она, кивая и одновременно нажимая на «ответить».
Пока я слушал вполне милый диалог влюбленной пары, она, знаками показывая, что скоро закончит, начала массировать мне плечи, потом грудь, потом опустилась еще ниже, не прекращая что-то щебетать, принялась своей впечатляющей грудью об меня тереться, получив ожидаемый результат, обеспечила меня средством индивидуальной защиты и, уже произнося «Пока, целую, зайка», влезла на меня сверху.
– А твой парень знает, что ты тут работаешь? – спросил я, развалившись на кровати после очередной маленькой смерти.
– Ты что! – замахала она руками. – Нет, конечно! Узнал бы – точно бы убил!
– И где же ты для него работаешь?
– Няней!
– Няней?! – расхохотался я. – Отличная формулировка, не подкопаешься!
– Конечно, я считаю, только так и надо, а то у нас некоторые девушки с мужьями, с детьми, и мужья знают, что они тут… работают! Даже после смены встречают!
Я вздохнул. Хорошо, что Аня этого не слышит, а то у нее появился бы очередной бронебойный аргумент насчет нашей с ней практически идеальной семьи.
На свой рейс в Женеву я еле успел – Надя заслужила включения в основной состав, правда, пока на испытательный срок. Надо будет устроить ей повторный просмотр. Как только мы уселись в самолете – в бизнес-классе народу почти не было, – Вера сразу попросила принести ей виски и, сделав два больших глотка, чуть наклонилась ко мне:
– Как тебе мои туфли?
– Элегантные! – вспомнил я самое подходящее слово.
– Как и я! – хмыкнула Вера. – Кстати, я тогда так устала, а потом совсем замоталась с этой работой – совсем забыла спросить, а тебе-то понравилось?
– Что понравилось?
Тут Вера сделала такое лицо, что я сразу кивнул:
– А, ты об этом! Очень! – Я мучительно соображал, а что же именно должно было мне понравиться – ее презентация для заседания «борда», новые туфли или наш состоявшийся в ее воображении секс.
– Ты бы меня хоть раздел! Да, и зачем мои трусики утащил, ты что, фетишист?