Щелкун
Шрифт:
Он взял Щелкуна с прилавка и просунул палец между слегка раздвинутыми челюстями. Потом провел пальцем по коренным зубам в глубине рта и мысленно услышал крик юноши: "Кусай меня! Кусай меня! Ку-у-у-у-с-ай меня!" Вроде бы на задних зубах все еще сохранилась бурая ржавчина от крови парня? Хогэн подумал, что видит что-то в глубине, но это, может быть, всего лишь тень.
–
Хогэн кивнул.
– Да.
– "И, - подумал он, - у мальчика все еще есть отец. Сейчас я держу в руках причину этого. Вопрос только в том, прошли ли маленькие оранжевые ножки весь этот путь сюда потому, что здесь был их дом, или.., потому, что они каким-то образом узнали то, что знал Скутер? Что рано или поздно человек, торгующий своим товаром, всегда возвращается к месту, где он однажды побывал, так же как убийца навещает место своего преступления?" - Ну что ж, если он вам нужен, можете забирать, - сказала она. На мгновение ее лицо обрело торжественное выражение, а затем она рассмеялась.
– Черт побери, я, наверное, выбросила бы его, только совсем про него забыла. К тому же он сломан.
Хогэн повернул ключ, торчащий из десны. Сделал два оборота. Ключ щелкал при этом, словно закручивая пружину, а затем начал впустую проворачиваться в своем гнезде. Сломан. Ну конечно, сломан. И будет сломан до тех пор, пока Щелкун не решит, что по какой-то причинена некоторое время ему не захочется быть сломанным. И вопрос заключается не в том, как он вернулся в лавку, и даже не в том - зачем. Он ждал возвращения его, Уильяма И. Хогэна. Ждал "сервера с наклейкой".
Вопрос был в следующем: чего он хочет?
Хогэн ткнул пальцем в белую стальную усмешку и прошептал:
– Кусай меня - ты этого хочешь?
Зубы неподвижно стояли на своих щегольских оранжевых ножках и усмехались.
– Похоже, им не хочется разговаривать, - заметила миссис Скутер.
– В самом деле, - согласился Хогэн и внезапно подумал о парне. Мистер Брайан Адаме из Ниоткуда, США. Сейчас много такой молодежи. Да и взрослых тоже: несутся по шоссейным дорогам, как перекати-поле, всегда готовые
И сын.
Будет неплохо, если у Джека окажется на письменном столе Щелкун Джамбо. На всякий случай, вдруг что-нибудь случится. На всякий случай.
– Спасибо, что вы сберегли его для меня, - сказал Хогэн, осторожно поднимая Щелкуна за ноги.
– Моему мальчику он очень понравится, хотя и сломан.
– Благодарите Скута, не меня. Вам нужен пакет?
– Она усмехнулась.
– На этот раз я дам вам полиэтиленовый пакет - никаких дыр, полная гарантия. Хогэн отрицательно покачал головой и осторожно опустил Щелкуна в карман спортивного пальто.
– Я понесу его так, - ответил он и усмехнулся в ответ.
– Пусть будет под рукой.
– Как хотите.
– Когда он повернулся и направился к двери, она крикнула ему вслед: - Заезжайте снова! Я готовлю отличный куриный салат!
– Не сомневаюсь в этом и обязательно заеду, - отозвался Хогэн. Он вышел на крыльцо, спустился по ступенькам и на мгновение остановился, улыбаясь жарким лучам летнего солнца. Он чувствовал себя очень хорошо - вот уже многие дни чувствовал себя хорошо. Ему пришла в голову мысль, что так и должно быть.
Слева, в своей клетке, волк, поразительный койот из Миннесоты, встал, просунул морду через решетку и гавкнул. Хогэн почувствовал, как Джамбо шевельнулся в кармане и один раз щелкнул. Звук был негромким, но Хогэн услышал его... Он похлопал по карману.
– Успокойся, приятель, - тихо произнес он.
Быстрым шагом он пересек двор, сел за руль своего нового "шевроле" и направился в Лос-Анджелес. Он обещал Лите и Джеку вернуться домой к семи, самое позднее - к восьми и старался сдержать слово.