Счет
Шрифт:
Я фыркаю. Ханна – сама тактичность, как всегда. Я быстро просматриваю два оставшихся сообщения.
Гаррет: Элли будет жить в моей комнате.
Гаррет: Твой член остается в твоей комнате.
Боже, и почему все так озабочены моим членом?
И почему все это происходит прямо сейчас? Я с сожалением перевожу взгляд на диван. Пальцы Келли сейчас именно там, где хочется оказаться мне.
Я прочищаю горло, и обе девушки поворачиваются ко мне. Взгляд Мишель слегка
– Ненавижу так поступать, но вам, дамы, пора по домам, – объявляю я им.
Две пары глаз изумленно таращатся на меня.
– То есть? – вырывается у Келли.
– За дверью стоит нежданный гость, – с досадой объясняю я. – А значит, этот дом только что стал местом категории «12+».
Мишель усмехается.
– С каких пор тебя стало заботить, что кто-то увидит, как ты трахаешься?
И то верно. Обычно мне плевать, есть кто-то рядом или нет. В большинстве случаев я даже предпочитаю первый вариант. Но я не могу выставлять свое распутство напоказ подруге Ханны. Как и самой Ханне. И Грейс. Парням все равно. Они знают, что к чему. Но Гаррету и Логану совсем не понравится, если их девушки окажутся под моим тлетворным влиянием. Ступив на путь серьезных отношений, мои бывшие соратники превратились в монахов. И это печально, должен сказать.
– Эта гостья – большая неженка, – сухо отвечаю я. – И она, наверное, упадет в обморок, увидев нас втроем.
– Не упаду, – звучит со стороны двери раздраженный голос Элли.
Я раздражен не меньше нее. Эта барышня только что вошла в дом, как будто живет здесь. Ага, разбежалась.
Я сердито смотрю на нее.
– Я сказал тебе подождать снаружи.
– А я сказала тебе, что замерзла. – Она за словом в карман не полезет. И, похоже, ее совсем не волнует тот факт, что в этой комнате еще две абсолютно голых девушки.
Мои гостьи разглядывают Элли так, словно она какое-то пятнышко под микроскопом. Потом они морщат носики и отворачиваются, словно она, хм, и есть пятнышко под микроскопом. Обычно девчонки начинают тягаться друг с другом, когда я рядом, но, видимо, Мишель и Келли не видят в Элли конкурентку.
И я бы не стал их винить. На Элли черная дутая куртка, ботинки и митенки, светлые волосы выбиваются из-под красной вязаной шапочки. Стоит первая неделя ноября, еще даже не выпал снег, лишь легкий морозец – нет повода так укутываться. По крайней мере, если у тебя в порядке с головой. Но я начинаю подозревать, что у Элли с ней проблемы, потому что она дерзкой походкой входит в гостиную и плюхается в стоящее напротив дивана кресло.
Расстегивая куртку, Элли смотрит на моих гостий, а затем поворачивается ко мне.
– Можешь перенести свою маленькую вечеринку наверх. А я останусь тут, посмотрю кино.
– Или ты можешь подняться наверх, в комнату Гаррета, и посмотреть кино там, – язвительно отвечаю я. Но если честно, это уже не имеет никакого значения. Она уже убила все настроение, и мне вряд ли будет комфортно предаваться сексуальных утехам с двумя цыпочками, когда в доме еще и лучшая подруга Ханны.
Вздохнув, я поворачиваюсь к девушкам.
– Ну
Ни одна не возражает. Видимо, мисс Элли не только убила настроение, но и выжгла всю гребаную землю, а потом посыпала ее солью, чтобы изгнать похоть раз и навсегда.
Элли даже не замечает, как девчонки начинают одеваться. Она так занята тем, что снимает с себя многочисленные слои теплой одежды и навешивает их на подлокотник кресла. Без них, в черных легинсах и свободном полосатом топе она выглядит миниатюрнее. Затем Элли уютно устраивается в огромном мягком кресле.
Я провожаю Келли и Мишель к двери, где каждая из них страстно целует меня, и обе говорят, что будут ждать следующего раза, который я им задолжал. Они уходят, а мои губы распухли и член снова в полной готовности.
Я возвращаюсь в гостиную с хмурым выражением лица.
– Тебе понравилось? – спрашиваю я.
– Что понравилось?
– Обломать мне весь кайф.
Элли смеется.
– А почему ты не позвал Блонди и Блонди-Два наверх? Тебе необязательно было выставлять их только потому, что я здесь.
– Ты правда думаешь, что я мог бы трахаться, зная, что ты сидишь здесь, внизу?
В ответ раздается еще один смешок.
– Ты трахаешься при всех. Постоянно. Так какая разница, что я где-то в доме? – Она на мгновение задумывается. – Если только дело не в твоей комнате. Ханна говорила, что ты всегда делаешь это в гостиной. Почему? В твоей кровати клопы?
Я стискиваю зубы.
– Нет.
– Тогда почему ты не хочешь заниматься сексом у себя?
– Потому что… – я не договариваю фразу, а на моем лице снова появляется хмурое выражение. – Кстати, а почему ты здесь? В Бристоль-Хаусе случился пожар?
– Я прячусь. – Она говорит это так, как будто я должен что-то понимать. Потом оглядывает гостиную. – А где Такер? Гаррет сказал, что он будет дома.
– Уехал.
Элли выпячивает нижнюю губу.
– М-да, отстой. Он бы точно захотел посмотреть со мной кино. Но, думаю, придется тебе.
– Из-за тебя я остался без секса, а ты хочешь, чтобы мы вместе посмотрели кино?
– Поверь, ты последний человек, с которым мне бы хотелось провести время, но сейчас я переживаю кризис и, кроме тебя, здесь больше никого нет. Тебе придется составить мне компанию, Дин. Иначе я сделаю какую-нибудь глупость, и вся моя жизнь будет разрушена.
Теперь я начинаю припоминать, как Ханна говорила мне, что Элли учится на театральном. Ну да, все верно.
– Пожалуйста!
Она продолжает умоляюще смотреть на меня. А я никогда не мог устоять против огромных голубых глаз, особенно если они принадлежат милым блондинкам с внушительным бюстом.
– Ты победила, – сдаюсь я. – Я составлю тебе компанию.
Лицо Элли озаряется.
– Какое кино будем смотреть?
В горле комом застревает стон. Мой пятничный вечер так хорошо начинался, но теперь вместо секса втроем мне придется нянчиться с лучшей подругой девушки моего лучшего друга.