Щит героя
Шрифт:
– В школе и дома тоже...
– Ругают?
– Да как сказать. Вообще-то не ругают, но воздействуют.
– Хочешь сбежать? В Австралию или на БАМ?
– Не-е. Серьезно. Приехать к тебе можно, поговорить бы надо.
– Пожалуйста, приезжай. В воскресенье с утра давай. И Вадька дома будет. Договорились?
– Договорились. Только отцу своему не говори, ладно?
– Секреты, что ли?
– Какие там секреты, просто ты ему, он матери... А у нее сердце...
Другой разговор.
– Алексей? Здравствуй, Алеша. Это я.
– Здравствуй,
– Я тоже давненько тебя не слышал. Как дела?
– Обыкновенно. Должен был в командировку ехать, но все лопнуло. Залесского помнишь? Так он сам решил ехать. Кому не охота на три месяца в Бельгию закатиться? Но на каком он языке объясняться будет, не могу понять...
– Это хорошо...
– Что именно?
– Личный у меня интерес, Алешка. Хорошо, что ты не уезжаешь сейчас. Ты мне нужен.
– По каким тэу?
– Технические условия будут поставлены не по телефону. В воскресенье утречком не можешь ко мне приехать?
– Куда к тебе?
– Домой.
– Если это удобно, почему не могу? Могу. Даже интересно.
– Хорошо. Спасибо и запиши адрес...
Когда утром в воскресенье Игорь вышел из дому, направляясь к автобусу, навстречу ему попался незнакомый молодой мужчина в коротком кожаном пальто, с упакованными в целлофан гвоздиками.
– Этот корпус третий?
– спросил он у Игоря.
– Третий.
– А двадцать пятая квартира в каком подъезде будет?
Двадцать пятая квартира была их квартирой. Мужчину Игорь никогда прежде не видел и посмотрел на него внимательнее. Чем-то - может, открытостью лица, а может, сдержанно-модной экипировкой - он ему понравился, но тем не менее, не выдавая своей причастности к двадцать пятой квартире, Игорь сказал коротко:
– Средний подъезд, третий этаж, - и отправился дальше.
Через час с небольшим он был у Тани. И Таня и ее муж Вадим, которого Игорь увидел впервые, приняли парня приветливо. Сначала он, как говорится, больше бекал и мекал, но в конце концов, преодолев смущение, довольно связно объяснил, что в школе цейтнот и самому из этого цейтнота ему ни за что не выбраться и вот просьба:
– Помогите нахвататься по физике.
– А заниматься будешь?
– спросил Вадим.
– Так куда деваться, придется, - сказал Игорь.
Тогда Таня и Вадим подвергли его перекрестному допросу с пристрастием, допрос этот продолжался с полчаса, после чего Вадим заключил:
– Умственные способности у тебя, парень, впорне нормальные, но ералаш и туман в голове просто великолепные.
– Тут он достал с полки какую-то книгу в затейливом переплете и спросил: - Видел когда-нибудь этот труд?
– Не видел.
– Перевод с английского. Не учебник, а книга для любознательных. Формул мало, все задачи в конце каждой главы имеют не только ответы, но и подробные, с разъяснениями решения. Возьми с собой. Читай. Только каждый день читай! В следующее воскресенье Татьяна тебя спросит, чего не понял, объяснит, потом мы с тобой порешаем задачи.
Ребята оставляли Игоря у себя, предлагали взять его на стадион, а пока есть время, послушать
Хотя он ни разу не вспомнил мужчину с гвоздиками, любопытство не исчезло и тихонечко нашептывало Игорю: надо ехать, надо ехать, надо...
Дома он застал полный сбор: мать, Ирина, Валерий Васильевич и тот самый - с гвоздиками, как мысленно назвал его Игорь, - сидели перед телевизором. Цветы стояли в вазе.
– Знакомьтесь, - сказала мать и показала глазами на гостя.
– Алексей.
– Игорь.
– А я тебя сразу узнал.
– Я тоже. Вы у меня утром спросили...
– Можно "ты"... Мы ведь теперь вроде родственники...
Только тут до Игоря дошло: Алексей - сын Валерия Васильевича. Вот почему еще утром ему показалось, что он кого-то напоминает.
– Слушай, Игорь, я из-за тебя задержался, поговорить надо, - сказал Алексей, - если не возражаешь, выйдем.
Они перешли в другую комнату, и Алексей начал прямо с дела:
– Отец просил меня с тобой позаниматься. Говорит, надо натаскать к экзаменам. Я не против, а ты?
Игорь слушал только что обретенного родственника без энтузиазма, старался найти в нем что-нибудь неприятное, отталкивающее, но не находил. Алексей ему скорее нравился. Простой, приветливый...
– Ты не смотри на меня волком, - сказал Алеша.
– В конце концов, кто из нас пострадавший?
– Как пострадавший?
– не понял Игорь.
– А очень просто: отец ушел от моей матери к твоей, кому же быть в обиде? Скорее уж мне, чем тебе...
– Между прочим, я его не просил!
– обозлился Игорь.
– Я тоже. Это их дело! И мы не в том возрасте, чтобы не понимать, почему люди расходятся, пережениваются...
– А тебе сколько?
– спросил Игорь.
– Много. Двадцать один.
– И что ты делаешь?
– Кончил техникум, кончил курсы английского, работаю на монтаже электронно-вычислительных машин.
– А в институт почему не поступил?
– По моим школьным успехам не то что в институт, в техникум только по-пластунски можно было проползти.
Игорь хмыкнул:
– Как же ты меня учить будешь?
– Теперь я жутко умный стал. Теперь я запросто бы в институт поступил.
– И, захватывая инициативу разговора, сказал: - Я, когда в техникум попал, на первом же занятии по математике - потешный старичок у нас преподавал, сухой, как листик, и бородка козлиная - подумал: в жизни мне не кончить, гонит, только брызги летят, ничего не понимаю. Потом стою в коридоре, подходит ко мне этот козлик и говорит: "Вы, молодой человек, не отчаивайтесь, главное, поверить в свои способности".
– "А может, я полный дуб?" - говорю. "Хотите, мы это сейчас установим?" - это он. "А можете?" - "Вполне, - говорит, - могу". И задает задачу: два разведчика подошли к реке, мост взорван, река глубокая. У берега плотик. На плотике два пацана. Плотик выдерживает или одного разведчика, или двух пацанов. Ясно? Смогли ли солдаты переправиться на другой берег и если да, то как?