Щит судьбы

Дрейк Дэвид Аллен

По той же причине, как считал Эйд, предоставление секрета пороха Персии не представляет долгосрочной угрозы Риму. Расклад сил между империями и нациями никогда не определялся технологией изготовления оружия. Все дело в самом обществе.

Рим являлся космополитической империей, там много торговцев, купцов, ремесленников. И несмотря на всю помпу его официальной аристократии, это общество, открытое для талантов. По крайней мере в некоторой степени.

Персия — совсем другая. Империя ариев — это чисто феодальное общество. В ней нет населения Рима, она просто карлик в плане

промышленности и производства. Военное равенство, которое Персии удавалось поддерживать со своим западным соперником, поддерживалось исключительно благодаря навыкам и силе тяжелой конницы.

Если сюда ввести порох, то результат окажется диаметрально противоположным самым жутким страхам Феодоры. Как предрекал Эйд, через пятьдесят лет Персия совсем не сможет противостоять Риму.

Велисарий согласился с Эйдом и выступил на совещании, представив эту точку зрения. Он также настаивал, что поражение империи малва следует поставить перед всеми другими заботами.

Но Феодора…

Он покачал головой.

— Боюсь, она очень подозрительная женщина. — Хосров рассмеялся.

— Чушь, Велисарий. Все императоры подозрительные. Поверь мне. Говорю из опыта. Даже мои собственные братья…

Он остановился на полуслове.

— Это мы обсудим потом. А сейчас я должен официально обратиться с просьбой к Римской империи обеспечить нас пороховым оружием.

Император показал на юг.

— Как ты видишь, нам пока удается удерживать их там традиционным оружием. Но мне требуется сделать больше, Велисарий. — Он сжал кулак. — Я должен снять осаду!

Он вздохнул.

— Мы попытались сделать одну вылазку. В самом начале. Это было глупо. Я ругал тогда себя за это и ругаю до сих пор. Наших солдат порезали. Как только наши оказались в радиусе действия пушек, малва выстрелили из этого демонического оружия, которым ведут осаду. Но в тот раз они были заряжены не огромными каменными шарами, а множеством мелких камушков и кусочков железа.

Велисарий кивнул, понимая, о чем идет речь.

— Ими заполняются специальные канистры, — пояснил он.

— У наших не имелось ни одного шанса. Бойня была жуткая даже за то короткое время, пока я не приказал отступать.

Он вытер лицо, в жесте соединились грусть и упрек самому себе. Но это не отклонило Хосрова от цели.

— Я обязан снять осаду — в течение года, не больше. А для этого мне нужны собственные пушки. Конечно, укрепления малва не идут ни в какое сравнение со стенами Вавилона, но они все равно крепки, если против них просто пойдут люди. Только пушки в руках моих людей могут разбить их и позволить провести успешную контратаку.

Велисарий нахмурился:

— А почему ты говоришь, что обязан снять осаду — и еще в течение года?

Он немного развернул стул, чтобы смотреть на юг.

— Я не думаю, что малва ворвутся в Вавилон. По крайней мере пока не приведут силы, вдвое больше этих. И хотя малва и сильны, но не настольно.

Велисарий посмотрел на затопленные низины на западе.

— Да, вскоре у вас начнутся болезни, в особенности из-за болот. Но от болезней обычно гораздо серьезнее страдает осаждающий, чем осаждаемый.

Он повернулся назад,

посмотрел на восток, на огромные территории, занятые под сельское хозяйство внутри стен Вавилона, перед тем как добавить:

— Им придется уморить вас голодом. А это, как мне кажется, займет много лет. Даже если вы не можете выращивать все, что требуется, здесь, в Вавилоне, вы можете импортировать остальное. В конце концов, город не окружен. Мы пришли с севера и не встретили сопротивления. Я уверен: по реке к вам могут идти баржи.

Хосров махнул рукой.

— Меня не беспокоит Вавилон, полководец. Я удержу Вавилон, в этом у меня нет никаких сомнений. Но какой мне от этого толк, если я при этом потеряю остальную Персию?

Император снова вздохнул.

— Они удерживают меня здесь вместе с большей частью армии. И отправляют отряды грабить Месопотамию…

Он замолчал на мгновение и усмехнулся.

— Ну, на один отряд стало меньше — благодаря тебе. Но тем не менее остаются другие, разрушающие все, что только могут. А что еще хуже… — Он полувстал с трона, вытянул руку и показал на северо-восток. — Эта проклятая армия действует и в Восточной Персии. И там разбивает все силы, которые я отправляю против них!

Велисарий вопросительно приподнял брови. Хосров опять сел и кивнул с горечью.

— О, да. Они выигрывают у нас все сражения. — Мгновение он хмурился. Скорее на лице у него было удивление, а не злость.

— Странно на самом деле. Не могу сказать, что на меня большое впечатление произвело качество армии малва. По крайней мере, не здесь в Месопотамии. Могущественными их делают численность и порох. Это точно не умения командиров. Но на востоке, где у них мало порохового оружия, их силы сражаются на удивление хорошо.

— Я не удивлен, император. Там в основном собраны раджпуты под командованием Раны Шанги. Я лично с ним знаком. Раджпуты — одни из лучших в мире кавалеристов, а сам Рана Шанга определенно один из лучших в мире военачальников. А представитель малва, Дамодара, главнокомандующий той армией, как говорят, один из лучших представителей этой народности. Или лучший.

— Говорят? Кто? — Велисарий хитро улыбнулся.

— Рана Шанга.

— А… — персидский император крепко вцепился в подлокотники. Сделал глубокий вдох. — Это многое объясняет. И это показывает мое затруднительное положение. Я могу удержать войско малва здесь, в Вавилоне, но только за счет отказа в свободе маневров. Если я отступлю из Вавилона, то мне больше негде обосноваться, чтобы предотвратить захват армией малва всей Месопотамии. Но если я останусь…

— То малва поглотят все вокруг тебя. И в конце концов возьмут Фарс и все плато на востоке.

Хосров кивнул. Затем, заметив, что кубок в руках Велисария опустел, кивнул слугам, стоявшим в нескольких ярдах от них. Но Велисарий отказался от предложения.

— Больше не надо, спасибо. — Он поставил кубок на небольшой столик рядом со стулом. — Я отправлю указания в Рим, прикажу доставить в Вавилон пушки. И большой запас пороха. Это в моей власти. — Он выдохнул воздух. — Я также обращусь к императрице за разрешением обучить твоих солдат ими пользоваться.