Щит
Шрифт:
— Русы — великие воины, — горячо втолковывал Куркуне, — с ними поход будет удачен. Как уже было при Олеге!
— Никто не хает русской удали, — возражал Ипаоса, — но и русы не всесильны. Разве сможет один человек справиться с тремя умелыми воинами? Так и здесь!..
Пора!
— Мой дружинник сможет! — громко произнес Серый, перебив очередного бея, решившего бессмысленно поразглагольствовать. — Притом, каждый!
— Да? — скептически усмехнулся вождь Суру Кулпеев. — Что ж, по дороге на Сход боги подарили мне отряд угров. Троих удалось взять живыми. Пусть твой боец победит их в схватке, и мое племя пойдет с тобой куда угодно.
— Ты издеваешься? — гневно воскликнул воевода.
— Не говори необдуманных слов, воевода русов, не говори. Один из них Термачу, внук дьюлы Тархоша. А остальные — из его ближней дружины. Они действительно ранены, но по-прежнему отличные бойцы.
— У меня есть предложение лучше, — усмехнулся Серый, — три воина по выбору Великого Схода. И любой кметь моей личной дружины.
— Нельзя ставить на кон жизнь воинов, не поставив свою, — веско сказал Батана, глядя в глаза Серому.
— Если умрет мой человек, умру и я, — ответил тот, не отводя взгляда.
В Большом Шатре установилась тишина. Такая же, как была в начале совета. Но теперь не из-за обычаев, а из-за ситуации. Беи смотрели на воеводу по-разному. Одни — безмерно уважая за смелость и решительность. Вторые — столь же безмерно презирая за самоуверенность и глупость. Равнодушных не осталось.
— Они будут драться пешими? — спросил Куркуте. Степной Лис желал хоть в малости помочь тому, кто поклялся в вечной дружбе на вершине Белого Старика…
Серый усмехнулся и сам захлопнул ловушку:
— Зачем же пешими? Воинам Степи непривычен пеший бой. Пусть это будет равное состязание. На конях. Но! — воевода поднял ладонь, останавливая зарождавшийся шум, — коней не калечить. Им еще нести нас сквозь Степь.
Тишина взорвалась. Говорили все. Разом. Понять, кто и что, было совершенно невозможно, но общий настрой… Теперь вожди жаждали наказания наглого руса. Теперь уже Батана повыше задрал руку, гул стих:
— Хорошо. Завтра будут скачки и состязания в стрельбе из лука. После этого состоится поединок. Если твой человек выиграет, трое из нас умрут. И все восемь племен пойдут за тобой. Кто скажет против?
— Они умрут не сразу, — уточнил воевода. — Только после похода.
Старый бей кивнул и, не дождавшись возражений, закончил:
— Решено.
«Интересная штука — спорт в печенежском понимании. Он немыслим без коня. Как и печенег. Кочевник не представляет другой жизни. Он садится в седло почти младенцем и покидает его уже мертвым. Чтобы добраться до соседнего шатра, степняк не идет пешком! Нет, истинный сын Степи взлетает в седло, не касаясь стремян, и вихрем пролетает жалкие десять метров, разделяющие пункты отправления и назначения. Степняк может спать в седле, есть в седле. Может и детей делать в седле. Видимо, для того, чтобы четвероногий боевой друг тоже участвовал в важном процессе. Рожают, правда, печенежские женщины в шатрах. Но и то не всегда.
Естественно, любые состязания немыслимы без коня. Серый не зря выбрал именно конный поединок. Иную победу степняки в жизни бы не посчитали честной.
Соревноваться печенеги любят. Особенно когда победитель становится первым батыром среди всех племен! А Большой Сход — большая, нет, огромная редкость… Неудивительно, что отлично знающие менталитет соплеменников, беи выделили несколько дней специально под состязания.
Дабы убедительнее показать кочевникам, насколько сильны предполагаемые союзники, наши участвовали во всех соревнованиях. Мы подумали, и Серый решил, что должно быть именно так. Простенькая
Впрочем, в скачках нам задачу упростили донельзя. Известнейшая в узких кочевых кругах будущего игра „задрать козла“, она же „козлодрание“, как выяснилось, была сильно упрощена грядущими поколениями. В Печенежской Степи она предстала перед нами в первозданном виде.
Сначала претенденты на звание самого быстрого поприща три скакали от старта до промежуточного финиша, где гулял и кушал травку привязанный к колышку козлик. Самый настоящий, причем живой и здоровый. Бедолага должен был подхватить уворачивающееся животное и привезти его обратно к старту. Живого. А остальные — догнать, отобрать и… Ну и так далее. Кто привез козла, тот сам такой. То есть, самый сильный, ловкий, смелый и сдавший норму на значок ГТО. Что, потомок, не знаешь, что такое „значок ГТО“? А тебе и не надо, это сугубо наши шутки. Причем, нападать могли и те, кто еще не проехал контрольную отметку. Правда, если бы им повезло, то все равно пришлось проезжать контрольную точку. С козлом в обнимку.
Особым шиком считается довезти козла живым. Что, на самом деле, не так просто, как может сначала показаться. Мало кому удается не сбросить скорость, одновременно удерживая перепуганное животное. И к острым копытам и рогам добавляются загребущие конечности остальных претендентов. Ведь как только лидера догоняют, бедную скотинку начинают дергать во все стороны десятки жадных рук. Иногда бывает, что к финишу козлик приходит в руках нескольких наездников. По частям. В таком случае, выигрыш присуждается головоносцу. А если голову умудрились по дороге потерять, то самым-самым объявляется тот, кто притащил наиболее крупный кусок.
В нашем случае такие правила позволяли избежать всеобщей свалки, больше похожей на лотерею. Не могу сказать что-либо против печенежских лошадок, не зря им китайцы приписывали „кровавый пот“, но супротив отборных „буденовцев“ предки „кабардинцев“ и прочих „калмыков“ не вытягивали. Наша тройка выскочила вперед со старта. Не став дожидаться отстающих соперников, погнали к „точке“. Там Бурей одним движением подхватил заметавшегося было козла и, приголубив кулаком промеж рогов, швырнул беспамятное животное поперек седла. Парни пришпорили коней, по широкой дуге обойдя хвост кавалькады. И всё. Оторвались от преследователей на полверсты, а козлик очнулся крайне вовремя, чтобы после приземления к ногам Большого Местного Босса (и Главного Судьи по совместительству) встать и жалобно заблеять. Босс удивленно потряс седой, но совсем даже не жиденькой бородкой и провозгласил Бурьку победителем. Лицо у Биг Босса сделалось такое, будто он сожрал лимон, закусывая вареной сгущенкой и запивая теплым пивом.
Со стрельбой процесс прошел намного интереснее. Стоит чучелко в человеческий рост, а метрах в ста проведена борозда, вдоль которой надо проскакать галопом, на ходу расстреливая боезапас в сторону цели. У кого в чучелке торчит больше стрел, тот и есть Робин Губ печенежского разлива. Думаю, ни взаправдашнему, ни киношному Локсли в „степном дерби“ ничего не светило. А вот Нискиня… Тут ведь самое важное — сколько стрел можешь держать в руках, стреляя на ходу. В колчан лазить некогда. Семь удержит любой печенежский подросток. Хороший воин — дюжину. Вот только в грабли нашего дитятки влезало полтора десятка. А стрелять Никита Борисыч умел не хуже любого другого. Что наглядно продемонстрировало похожее на дикобраза чучелко.