Щит
Шрифт:
– Он чувствует скан, – восторженно проговорила женщина и скрестила две руки вместе. Из носа и горла Кирилл полилась кровь. – Не сопротивляйся, мальчик, я только посмотрю.
– Ахр, – издал хриплый звук Кирилл и потерял сознание.
Мирана и Тамарт с удивлением смотрели, как тело парня окутывает прозрачный блестящий кокон.
Рука женщины дернулась, словно она держала поводок со взбесившейся собакой. От изумления у Мираны непроизвольно открылся рот.
– Закрой рот, подруга, – хлопнул ей по подбородку Рар, довольно улыбнувшись.
– Я
– По какому праву? Он не проявил магических способностей. То, что ты видела – это проявление психической воли, на такое способны обычные люди, – Рар с довольной улыбкой наблюдал за Мираной, Кирилл в это время очухался и крутил головой. Минута и парень как ни в чем не бывало стоял перед троицей людей, с удивлением на него смотревшими.
– Потрясающе, – пробормотала женщина, пытаясь дотронуться до лица Кирилла, тот отвел ее руку. – Он абсолютно нечитаем. Я не увидела в нем магических способностей, но это не значит, что их нет. И тебе не кажется странным, Тамарт, что в таком возрасте мальчик умеет ставить щит?
– Нет, не кажется, – лицо Тамарта только сейчас приобрело обычный оттенок.
– Ты пойдешь со мной, мальчик, – обратилась женщина к Кириллу.
– Ага, только шнурки поглажу.
Мирана удивленно посмотрела на парня.
– Полагаю, это значит – нет, Мирана. Мой ученик останется здесь.
Женщина покрылась багровым румянцем. Ей редко кто смел возражать. Что позволяет себе этот слабак Рар! Она не будет никого спрашивать, а просто заберет мальчишку с собой к императору. Мирана подняла вверх правую руку, Кирилл почувствовал, что его тело немеет и перестает подчиняться ему.
– Не сегодня, подруга, – спокойно произнес маг и ощущение сдавленности покинуло Кирилла.
– Но… как… как ты смог? – Мирана огромными от удивления глазами смотрела на мага.
Тамарт тоже не отрывал от него взгляда.
– Нам пора, – Рар подтолкнул Кирилл, они вместе скрылись в доме мага.
– Ты пожалеешь, Рар, – тихо прошипела женщина.
***
Как только Кирилл вошел в дом, его ноги подкосились. Старый маг легко подхватил паренька, донес до кресла.
– Не любишь показывать слабость перед другими, – без улыбки констатировал Рар.
– Научишь защищаться от таких, как она? – у Кирилла до сих пор адски болела голова.
– Научу, – кивнул маг.
– Я остаюсь, – пробормотал Кирилл и провалился в сон.
А старый маг сел в соседнее кресло и глубоко задумался. Предстоит нелегкий разговор с литом. Тамарт хоть и лишен магических сил, но далеко не дурак. Он не мог не заметить, как играючи справился с Мираной Рар.
Сколько стоило усилий в свое время создать магу образ слабого, практически лишенного Сил. Простившись со своим императором, в последний раз пожав его холодеющую руку, Рар ушел, не желая иметь ничего общего с новой династией варров.
Его император, его друг, сделал свой выбор. И Рар оставил дворец, променяв мантию мага на
Глава 5
Кирилл обнаружил себя на диване в знакомом ему кабинете. Каждую пятницу именно здесь он встречался с Лизой. Женщина сидела напротив за столом и что-то сосредоточенно писала. Наконец, она подняла голову и посмотрела на парня:
– Итак, Кирилл, – Лиза ободряюще улыбнулась, – в который уже раз ты рассказываешь о страшной старухе, которую видишь во сне. В этот раз ты запомнил, что она тебе говорила?
Кирилл помотал головой, девушка молча ждала ответа.
– Лиза, это был не сон.
– Ты снова не мог проснуться? Ты использовал выход?
Парень посмотрел на татуировку на сгибе кисти.
С десяти лет ему стали сниться кошмары, и часто в них присутствовала незнакомая старуха. Во сне он разговаривал с ней, а проснувшись, не помнил ни слова. И все же главный страх заключался не в этом. Иногда во сне он осознавал себя, но не мог проснуться. Лиза утверждала, что такое редко, но бывает.
В первый раз, когда это произошло, Кирилл, будучи десятилетним пацаном, впервые в жизни испытал настоящий страх. Он пытался сделать себе больно, откуда-то зная, что если во сне умереть или получить сильный удар, или испытать сильную боль, то можно проснуться, но ничего не выходило. В тот раз его разбудил трезвон будильника. В следующие разы он начал осознанно совершать какие-то действия во сне, реальность в них казалась ярче, красочнее, чем в жизни. Но каждый раз он наталкивался на закрытую дверь или закрытое окно. Либо встречал старуху. После таких сновидений Кирилл весь день чувствовал себя разбитым, как будто он не смыкал глаз.
Лиза предложила следующий выход – нарисовать на ладони черный круг, и когда он снова окажется во сне, нажимать на него, давая своему мозгу команду проснуться. Но в очередной раз, оказавшись во сне, он не увидел на ладони круга. То, что было нарисовано в реальной жизни, не отразилось в подсознании.
И тогда Елизавета Михайловна, взрослый человек, психолог, отвела парнишку к мастеру, который сделал Кириллу небольшую татуировку на запястье. Парню на тот момент было двенадцать лет. Как она объяснялась с воспитателями детского дома, он не знал. Но татуировка стала еще одной причиной ненависти к нему ровесников. Почему ему можно? По понятным причинам, татуировки были запрещены до совершеннолетия.
– Кирилл? – Лиза внимательно смотрела на него.
– Лиза, – парень вспомнил события недавнего прошлого. – Мы же оба знаем, что это сон.
Парень подошел к женщине, провел рукой по длинным волосам, ее силуэт стал расплывчатым. Через минуту Кирилл остался в комнате один. Он не спеша подошел к двери. Ожидаемо закрыта.
Парень развернулся в сторону окна. За стеклом непроглядная мгла. Кирилл дернул за ручку. Закрыто. Взял в руку стул, размахнулся и…
– Рано, – за спиной Кирилла стояла знакомая старуха, он видел ее отражение в оконном стекле.