Сделай это
Шрифт:
Когда занятие закончилось, Эрик ждал меня снаружи.
— Доброе утро, Блисс. Могу я поговорить с тобой минутку?
Я растерянно моргнула.
— Конечно.
Он открыл дверь в театр и жестом показал идти за ним. Я следом прошла через занавес, и он махнул рукой на место рядом с Гарриком. Я осторожно села и недоуменно уставилась на них, не понимая, что случилось. А потом до меня дошло.
Он всё узнал.
Иначе, о чем бы он хотел поговорить с Гарриком и мной?
Боже мой.
Они выгонят меня с отделения? Из колледжа? По меньшей мере, возможно, я лишусь стипендии. Тогда как я оплачу обучение?
В ушах зашумело, и от серьёзности происходящего я почувствовала, будто проваливаюсь под землю. Гаррик, наверное, потеряет свою работу. Что он тогда будет делать? Он вернётся в Филадельфию, в Лондон или ещё куда-то, и я его больше никогда не увижу.
Я повернулась к нему, пытаясь передать взглядом своё раскаяние, но он ... улыбался?
— Блисс, — произнёс Эрик. — Должен признаться, я удивлён.
Воздух резко покинул мои лёгкие.
— С-сэр, я...
— Конечно же, ты хорошо показала себя в течение нескольких лет учёбы здесь, но я и понятия не имел, что ты способна на такое исполнение, которое показала во время прослушиваний.
Я всё ещё стискивала зубы и сдерживала дыхание от наступающего позора, что мне понадобилась минута, чтобы осознать, что так ничего и не произошло.
— Полагаю, ты всегда была немного в себе. Контролируемой. Осторожной. Машинальной — думаю, лучше всего подойдёт это слово. Но на этих прослушиваниях в тот момент ты жила. Ты чувствовала вместо того, чтобы думать. Я видел в тебе оттенки разных эмоций: силы и уязвимости, желания и отвращения, надежды и стыда, — и они были просто очаровательны. Не знаю, что ты делаешь или сделала, но, пожалуйста, продолжай. Ты гораздо лучше, когда становишься смелой.
Внезапно мои глаза встретились с глазами Гаррика. Знал ли он? Догадывался ли, что дело в нем? Что то, что происходит между нами, заставляет меня чувствовать так, как никогда раньше, и рисковать, на что не так давно я бы не решилась. Ночь с ним была, возможно, единственной спонтанной вещью в моей жизни.
— Спасибо, сэр.
— Всегда пожалуйста. Мне не терпится поработать с тобой. И говоря об этом, я бы хотел, чтобы ты пришла на повторные прослушивания в среду. Нам бы хотелось, чтобы ты почитала некоторые сцены с Ипполитом, чтобы мы могли получить большее представление о взаимоотношениях и том, как это выглядит на сцене.
— Конечно, я приду.
— Отлично. Кроме того, там будет Гаррик, чтобы ответить на все твои вопросы. Он будет ассистентом режиссёра этой постановки, поэтому, если тебе что-нибудь понадобится, ты сможешь обратиться к любому из нас.
Он легонько похлопал меня по плечу и удалился. Мы с Гарриком остались одни. Моё сердце по-прежнему нетерпеливо колотилось: либо из-за страха, что нас разоблачили, либо просто потому, что я сидела рядом с единственным парнем, которого хотела, но не могла иметь.
— Не помню, говорил это или нет, но я, правда, горжусь тобой, — сказал Гаррик.
— Спасибо.
Я по-прежнему пребывала в шоке от всего этого.
— Что ж, привыкай. Судя по тому, что я видел, думаю, тебе не придётся беспокоиться о режиссуре, если только сама этого не захочешь. Ты — актриса, Блисс, веришь ты этому или нет.
Я кивнула, обдумывая эту мысль.
— Ты больше не думала об этом? Чем бы тебе хотелось заняться после выпуска?
Я стала теребить на колене вылезшие из джинсов нитки.
— Не совсем...
— Ну, тогда, если захочешь поговорить об этом, ты знаешь, что всегда можешь прийти ко мне.
Я подняла одну бровь, не в состоянии выразить словами, насколько абсурдной казалась эта идея.
— Я серьёзно, — сказал он. — Ты ведёшь себя так, будто мы не можем быть друзьями.
Если бы это было возможно, моя бровь выгнулась бы ещё сильнее. Саму мысль стать с ним друзьями... было невозможно представить. Я не думала о том, как мои друзья выглядят в голом виде. Я не упрекала себя за то, что с друзьями нельзя спать.
Он тихонько рассмеялся и покачал головой.
— Ладно, ладно. Ну, может с друзьями я поторопился, но все же надеюсь, что ты придёшь ко мне, если тебе что-нибудь понадобится... всё, что угодно.
Скрытое сильное желание к нему отличалось от всех других влечений, которые я испытывала к нему раньше. Желание быть с ним всё ещё присутствовало, но я хотела большего. Мне хотелось свернуться в его объятиях, просто положить голову ему на грудь, почувствовать его тепло.
Да поможет мне Бог, но я хотела, чтобы мой учитель стал моим парнем.
15
Когда в среду я вошла со стороны зрительного зала, Эрик рылся в бумагах, что-то разыскивая.
— О, Блисс, ты, как всегда рано. Отлично. Кажется, я забыл свои записи, так что придётся подняться за ними в кабинет. Присаживайся с Гарриком и отдохни минутку.
Несмотря на то, что уже получила роль, я все равно сильно волновалась из-за повторного прослушивания. Что, если все ожидали от меня идеальной игры? Что, если моё прослушивание оказалось счастливой случайностью? Я смотрела, как Эрик выходил через дверь за кулисами, и задавалась вопросом... Что, если он передумает?
Я села на ряд ниже Гаррика, жалея, что не провела это время с актёрами в фойе, которые ждут и готовятся к своим повторным прослушиваниям. Когда он наклонился ко мне, я произнесла:
— Привет... друг.
Я бросила свои попытки не казаться нелепой, и вместо этого просто приняла это как должное.
Он рассмеялся, что я посчитала хорошим знаком. Определённо, могло быть и хуже.
— Не очень правдоподобно, но «пятёрка» тебе за попытку, — сказал он.
— У меня хороший учитель.