Сделай это
Шрифт:
Не знаю, как я выглядела со стороны, когда он открыл дверь. Да и по сути не хотела знать. Но он почти мгновенно широко распахнул дверь, жестом приглашая меня войти и не задавая никаких вопросов. Я никогда раньше не была у него дома. Я должна была заметить все сама или же попросить его мне показать. Я должна была сказать хоть что-то, но у меня были готовы вырваться лишь рыдания, и мне пришлось приложить все усилия и внимание, чтобы удержать их внутри.
Но даже этого было недостаточно, когда он пальцами приподнял мой подбородок. Он произнес мое имя, и я увидела
Он забрал у меня из рук переноску с Гамлетом и обвил рукой за плечи. А потом повел по практически такому же коридору, как и мой, в гостиную, которая была совершенно другой. Она была заполнена книгами: одни стояли на полках, другие стопками лежали на полу. Мебель была простой, немного современной, но не настолько новой, поэтому я не сразу решилась опуститься на подушки черного дивана, схватив белую подушку и прижав ее к груди. А потом Гаррик сел возле меня и забрал у меня из рук мягкую подушку, заменив ее собой. Он усадил меня к себе на колени, баюкая как ребенка, вытирая слезы, поглаживая по волосам и спине.
— Он ненавидит меня, — наконец, выдавила я. Он не спрашивал, но его беспокойство все равно тронуло меня и сорвало прямо с губ эти слова.
— Кто, милая?
С моих губ слетели быстрые короткие вздохи, небольшие поскуливания, которые я, кажется, не могла контролировать.
— К-Кейд.
— Кейд не смог бы тебя ненавидеть, — сказал он.
— Но это так. Он ушел. Он даже не поговорил со мной.
Я разразилась новым приступом слез, и он просто притянул меня ближе к себе, спрятав мою голову у себя на груди под подбородком.
Какое-то время он позволял мне рыдать, бормоча различные успокаивающие слова. С тобой все будет в порядке, милая. Все образуется. Успокойся. Дыши глубже, Блисс. Я здесь. Все будет хорошо. Чтобы не произошло, мы все уладим. Все нормально, милая.
Он, должно быть, прошептал тысячи вариаций, но не останавливался, даже несмотря на то, что я его почти не слушала. Когда я, наконец, успокоилась, то поняла, что слишком устала, чтобы сделать хоть что-нибудь еще. Я бессильно лежала на нем, сосредоточившись на вдохах и выдохах, а он все равно держал меня. Наконец, сквозь туман в моей голове прорвался непонятный шум. Низкий раздраженный рокот.
Гамлет. Все это время она просидела в тесной сумке там, где я её оставила.
Осознав это, я села. Туман рассеялся за секунду.
— Прости, но мне нужно отнести её домой.
Я уже встала и потянулась к сумке, когда Гаррик взял меня за локти.
— Останься, милая. Ты расстроена. Я позабочусь о кошке.
Нет. Я не могла позволить ему сделать это, потому что тогда он увидит, что все вещи, которые я сегодня купила для Гамлета, все еще новые и неиспользованные.
— Нет, все в порядке. Мне действительно нужно идти. Я в норме, спасибо.
— Блисс, пожалуйста, поговори со мной.
Мое тело тянулось к нему против моей воли, снова желая его утешения,
— Я даже не знаю...
— Как насчет компромисса. Ты идешь домой и разбираешься с кошкой, а я попозже принесу ужин. Мы сможем поговорить, или просто посмотреть фильм, или все, что угодно, по твоему желанию. Я просто... Если ты вот так уйдешь, я сойду с ума от переживаний.
Спустя секунду я кивнула.
— Хорошо.
— Точно?
— Да. Только дай мне час, ладно?
Он улыбнулся, и я поняла... что влипла.
***
Я была совершенно уверена, моя новая кошка меня ненавидела.
Не то, чтобы я винила её после того, как надолго оставила её в сумке.
Но что бы я ни делала, она каждый раз рычала, как только я хоть на шаг приближалась к ней. Я оставила на кухне для нее еду, но она её проигнорировала. Я приготовила для нее туалет и поставила его в уборной. Затем отнесла её к нему и посадила внутрь, чтобы она хотя бы знала, где он находится. Но она зашипела и бросилась бежать, разбрасывая по дороге наполнитель. Когда она спряталась под диваном, только яркие, злые глаза были видны в темноте.
И почему я не сказала Гаррику, что мою кошку зовут Леди Макбет? Это имя ей подошло бы гораздо больше.
В остальное же время я пребывала наедине со своими мыслями, которые были столь же приятными, как вирус Эбола. Я убрала гостиную, а потом подумала о том, чтобы сбежать. Я прибралась в спальне, затем бросилась в ванную, уверенная, что меня сейчас вырвет, но нет. Я почти пожалела об этом, потому что могла сослаться на плохое самочувствие.
Прежде, чем у меня появилась возможность уговорить себя или отговорить от этого... раздался стук в дверь.
Мое сердце билось так, будто кто-то использовал его как батут. Я глубоко вдохнула. Я ничего ему не обещала. Он сказал, что мы сможем просто поговорить. Или посмотреть фильм. Или заняться всем, чем захочу. Ничего серьезного.
Когда я открыла дверь, Гаррик выглядел настолько радостным, что стало трудно бояться его присутствия.
— Я забыл спросить, что ты хочешь, поэтому взял пиццу, гамбургер и салат.
Он удерживал все вышеперечисленное в руках, и меня внезапно поразило, насколько сильно все-таки он мне нравился. Не только в романтическом плане. А вообще. Он был потрясающим.
Я улыбнулась.
— Пицца — это здорово.
Я отошла в сторону, и он прошел внутрь квартиры. И хотя несколько минут назад я сходила с ума, но было что-то естественное в том, что он находился здесь, у меня дома. Не то, чтобы я уже не нервничала, просто... он как будто принадлежал этому месту.
Мы прошли в мою кухню-гостиную, и он положил еду на маленький круглый кухонный островок, выступающий из стойки.
Я принялась готовить нам напитки и доставать тарелки, а когда мне уже не на что было отвлечься, я вытащила из-под кухонного островка один из барных стульев и села рядом с ним. Я положила кусочек пиццы себе на тарелку, а он открыл салат. Я сузила глаза.