Сделай мне ребенка

— Если с тобой занимаются не безудержным сексом, а всего лишь любовью — ваши отношения обречены.

Ляля

Пролог

За окном расцветала поздняя весна. Зеленая, душистая, солнечная. Город плавился от жары. Я только-только подготовила выжимку по интервью с клиенткой, когда завибрировал мобильный телефон. Над новым сообщением высветилось имя отправителя: «Лена».

Срочно позвони мне, как освободишься!!!

Хм, что у неё такого случилось, что оно не терпело отлагательств? Из всей нашей компании

Ленка была самой сдержанной и никогда бы не стала тратить восклицательные знаки по пустякам. Я набрала номер подруги, нервно вслушалась в гудки.

— Это катастрофа, — взвыла Ленка без приветствия. — Я беременна.

— Что, опять?! В смысле, ты уверена? Вы же предохранялись?

Ответом мне стал тягостный стон:

— Недостаточно хорошо…

— Лен, как можно предохраняться недостаточно?! — обомлела я. — Да не стенай ты, давай встретимся.

Тем апрельским днем я не догадывалась, что разговор с подругой послужит началом для истории, в которой будет вагон страсти и три десятка тестов на беременность.

Но обо всем по порядку.

Такой бар могла выбрать только эксцентричная Вика. Его название — «Склад» — примерно описывало вакханалию, которая творилась внутри. Грохотала музыка, воняло дешевым кальяном. За соседним столиком лизалась пьяная молодежь, причем девушка сидела на коленках у кавалера, а тот постанывал от удовольствия.

Короче говоря, жесть как она есть.

Нам ничего не оставалось, только поддержать выбор подруги. Склад так склад, хоть психбольница — не привередливые. Мы с Ленкой, в принципе, поддерживали все идеи Вики, потому что полгода назад её бросил мужчина мечты.

Ну, как бросил…

Если коротко, то она застукала его с какой-то потаскухой и выгнала из квартиры в одних трусах, а он перед уходом заявил, что отныне между ними нет ничего общего. Такой вот обиженный и ущемленный. Страдалец с хламидиозом, ага.

Вика заказала яблочный мартини, а я — виски-колу для себя и цитрусовый лимонад для вечной опаздывающей Лены. Та ворвалась в «Склад» всклоченная и замученная. Её кофта была застегнута криво, губная помада стерлась с верхней губы, а синяки под глазами красноречиво намекали, что воспитывать детей — тот ещё геморрой.

— В смысле отказываются спать? — ругалась Ленка с мобильным телефоном. — Лариса Дмитриевна, напоминаю, что это ваши внуки, поэтому и проблемы тоже ваши. До свидания! — Она нажала на «завершить вызов» и блаженно протянула: — Еле сбагрила детей свекрови. Так вот, девочки. Заявляю: у Миши ядовитые сперматозоиды. Они проедают любые презервативы! Меня вторую неделю тошнит, думаю, проверюсь-ка для успокоения. Успокоилась, блин.

И помахала перед нашими носами тестом с двумя полосками. Я аккуратно отвела руку Лены в сторонку, памятуя, что тесты показывают беременность не сами по себе, а после определенного ритуала. Думаю, не стоит напоминать, куда конкретно их макают?

— А я бы хотела малыша от Лешика, — покраснела Вика.

Она как заворожённая рассматривала полоски.

— Виктория, одумайтесь! — покачала головой

Лена. — Напомнить, чем грозит беременность? Это девять месяцев форменного ада, потому что ребенок ещё не родился, но уже норовит отбить тебе почки и мочевой пузырь. Про ужасающие роды тебе рассказать или не надо? А про жуткие растяжки ты забыла? И ради чего всё это? Ради малолетнего эгоиста, который требует то есть, то спать, то игрушек, то внимания, то…

На экране её телефона высветилось «Любимый муж», и Ленка произнесла в трубку максимально безучастным тоном:

— Михаил, мне плевать, что думает твоя мать по поводу наших детей. Я заслужила выходной.

Я наблюдала за подругой со снисходительной улыбкой. На самом деле, ей нравилась и беременность, и процесс воспитания — просто внутренний циник в Лене отрицал очевидное. Первого сына она долго планировала. Второй получился спонтанно, когда Ленка с Мишей праздновали окончание первой беременности. Ну а третьего малыша они хоть и заделали по глупости, но, разумеется, полюбят всем сердцем.

— Так вот, — продолжила Лена, тоскливо поглядывая на мой коктейль. — Если муж ещё раз прикоснется ко мне хоть пальцем — я выгоню его из дома вместе с мелкими дармоедами.

— Ленок, так вроде дети не пальцем делаются, — хихикнула Вика и пристально оглядела полупустой зал (ну правильно, кому придет в голову бухать в четверг вечером?) — Как-то здесь кисло. Ни одного достойного мужика.

— Ну, бармен ничего. — Ленка показала коктейльной трубочкой вправо.

Я проследила за её взглядом. Вот это да! Он был не просто ничего, а предел мечтаний. Молоденький, лет двадцати семи, но язык бы не повернулся назвать его зеленым. Было в нем что-то бунтарское. Из-под закатанных рукавов клетчатой рубашки выглядывали забитые татуировками руки. Легкий загар и трехдневная щетина, широкий разворот плеч, а ещё взъерошенные волосы — мне понравилось в бармене всё.

— Если я с кем-нибудь и соглашусь плодиться и размножаться, то только с каким-нибудь красавчиком типа него. — Махнула подбородком в сторону бармена, который так сексуально протирал барную стойку, что хотелось отдаться ему прямо на ней.

— Это можно организовать, — фыркнула Вика, тряхнув кудрями.

Высоченная — под два метра ростом, — длинноногая и невероятно худая. Вика олицетворяла собой чистый секс. До знакомства с Лешей мужчины штабелями падали к её ногам, да и сейчас многие готовы отдать всё за ночь с ней. Но Вика оставалась верна своему изменщику даже спустя полгода после разрыва.

Мы с Леной одобрительно переглянулись:

— Вика пустилась во все тяжкие?

— Наконец-то! Я думала, она никогда не забудет своего бабника.

— Вот что коктейль животворящий делает.

Тем временем наша подружка перегнулась через барную стойку и, настрочив что-то на салфетке, сунула ту бармену в нагрудный кармашек. После чего развернулась и направилась обратно к столику, виляя бедрами.

— Ну что, ты дала ему свой телефон? — улыбнулась я.

— Лучше, — хмыкнула Вика и залпом допила мартини. — Я дала ему твой номер, гномик.