Сделай сам 2
Шрифт:
Нас же с отцом впереди ещё ждали горы проблем, связанных с забастовками на наших заводах, что случились в наше отсутствие, а также не меньшее количество невзгод, связанных с пробиванием казённых заказов, дабы не выделяться на общем фоне желающих погреть руки на начавшейся войне. Деньги-то всё равно будут потрачены очень немалые. Это к гадалке не ходи. И уж лучше пусть немалая их часть попадёт в наш карман, чем к каким-то там проходимцам. Ну и главная афёра этого года, конечно! Вырывание из рук французского капитала очень, прямо очень вкусных активов, что покуда зависли в статусе «ничьи», находясь под внешним управлением банкиров из-за огромных
К тому же, когда бы ещё, как не во времена войны, мне было продолжать пропихивать в армию всевозможную моторную технику! Особенно учитывая тот факт, что весной прошлого года нам в «смотрящие» пропихнули не кого иного, как великого князя Михаила Александровича. Последнего живого родного брата царя!
Нет, так-то я изначально понимал, что кому чужому столь великие в перспективе деньги Николай II в руки не отдаст. Интересы империи интересами империи, а свой личный карман он и есть свой личный карман. Ну, или хотя бы карман своей семьи.
Император ведь не мог не помнить те умопомрачительные суммы, кои я ему когда-то озвучивал. Пятьдесят миллионов рублей на постройку автомобильного завода и в десять раз больше на создание техники для отечественных сухопутных бронесил. Гигантские суммы, с какой стороны ни взгляни! Такие не могли не вызывать должного слюноотделения и даже пиетета у любого здравомыслящего человека.
И это я ещё не произносил вслух примерную цену полной автомобилизации хотя бы армии, не говоря уже о моторизации всего «народного хозяйства» страны! Не миллиарды! Десятки и даже сотни миллиардов рублей! Естественно, не сразу, а в перспективе ближайшего полувека.
А семья Романовых со всеми прочими близкими родственниками так-то выходила немалой. Голодных ртов всегда хватало.
Но даже я тогда предположить не мог, что нам с папа в «кураторы» или, скорее, даже в будущие «компаньоны» начнут пропихивать родного брата монарха. Тут, блин, уже никак нельзя было сказать — «Нет, нет, спасибо! Мы сами как-нибудь справимся без всяких сопливых князьков.».
Попрание чести императорской фамилии и всё такое наше дружное семейство Яковлевых могло бы и не пережить. Не в том плане, что нас пришли бы тут же резать на кусочки. Всяких разных «стреляющих штучек» к 1903 году у меня стало ещё больше, а пиетета перед царскими родственничками ещё меньше. Опыт опять же определённого толка уже имелся. Так что подобные резальщики очень быстро могли бы закончиться. Вот чисто физически взять и закончиться. Не дожидаясь 1918 года.
Но вот административный ресурс… В общем, начни вдруг люди такой величины вставлять палки в колёса выстраиваемой нами «промышленной машине», мы бы точно не сдюжили. Ведь размер этих самых «палок» мог доходить до габаритов баобабов. И никакие деньги не спасли бы нас от необходимости навсегда сваливать за бугор. Самодержавие, етить его колотить! Волюнтаризм, ё-моё! Знали большевики, с кого брать прямой пример, когда подгребали под себя всю власть в стране!
С чего же я вдруг взялся привередничать? Мол, последний живой родной брат самого императора меня не сильно-то устраивает в качестве «надзирателя» и «толкача» наших взглядов. Да потому что он… Как бы так выразиться поинтеллигентнее?
Во! Про него, конечно, нельзя было сказать, что его лицо совершенно не отягощал интеллект. Интеллект-то там как раз имелся и просматривался великолепно. Но наивняком тот представлялся мне откровенно
Вот знаете, словно девочка-припевочка из достойной семьи, что впервые в жизни увидела на заборе слово из трех букв, описывающее то, из чего этот самый забор постоянно и описывали. Представили себе? Вот! У него были точно такие же глаза! Всегда!
А ещё этот человек совершенно не желал о чём-нибудь заморачиваться. «Не мешайте мне жить спокойной жизнью!» — вот, наверное, какой девиз лучше всего отражал его отношение ко всему вокруг происходящему.
Как там когда-то в старом советском мультике водила грузовика дедушке Морозу говорил? «Темнота! Лета не знает!». Так вот. Михаил Александрович Романов являлся той самой темнотой. Только не знал он не одного лишь лета, а вообще окружающих его реалий.
Через многочисленные дворцовые интриги пройти уже успел, накушавшись ими досыта, а реалий страны — не знал! Вот вообще не знал настоящей жизни жителей Российской империи и обо всём судил по тому окружению, в котором рос все эти годы сам. А его хоть и старались воспитывать в определённой строгости, всё равно окружали теплотой и заботой, как самого любимого из всех детей.
И вот, имея такого человека во главе, нам с папа предстояло налаживать автомобильное и бронетанковое дело в стране. Уж лучше бы свой какой-нибудь аналог Тухачевского нашёлся б в императорской фамилии, в самом деле, нежели такое вот высокородное «счастье».
Потому и надо было нам поспешать в столицу, что без нашего пригляда и вечного битья по всяким шаловливым ручкам этот деятель мог наделать таких дел, которые потом не год и не два пришлось бы расхлёбывать всей стране. Недаром Николай II, когда «мучился брюшным тифом», аж очнулся и крикнул — «Нет, нет! Не подпускайте Мишу к моим делам! Он ведь там всё напутает!», после того, как ему предложили переложить часть забот на плечи брата. Уж кто-кто, а он точно знал, о чём говорил.
Глава 8
Вольноопределяющийся олигарх военного времени. Часть 1
Здравствуй, небо в облаках,
Здравствуй, юность в сапогах,
Пропади, моя тоска
Вот он я, привет, войска!
Н-да, это вам не это! Как же я сейчас начинаю понимать сию ёмкую и в своей сути очень глубокую фразу дикого прапорщика! Российская императорская армия это вам не Непобедимая и легендарная. Это, блин, полнейший караул какой-то!
Даже в артиллерии, куда, как меня заверяли, отбирали лучших из лучших, по большей части царило такое шапкозакидательство и нежелание учиться хоть чему-то новому, что очень-очень сильно хотелось начинать составлять свои собственные расстрельные списки. Вот прямо здесь и сейчас. Одно останавливало — некомплект по офицерам и унтер-офицерам в армии и так был, если не страшный, то слишком заметный. Четверть должностей первых и под треть вторых из года в год оставались вакантными по причине нехватки кадров.
При этом обер-офицеры, как и положено, были лихими на вид и молодцеватыми, нижние чины — старались выглядеть максимально тупо, дабы не смущать своим разумением собственных командиров. А всё вместе это приводило к тому, что никакой инициативы ни снизу, ни сверху, ни сбоку не существовало в принципе.
Те же дивизионные пушки уже вовсю производились с дальностью ведения огня под 8,5 километров и оснащались всем потребным для ведения огня с закрытых позиций, а на практике все в войсках продолжали стрелять исключительно прямой наводкой. То есть, как умели.