Сдвиг
Шрифт:
Снимая с себя броню и лишнюю одежду Серый думал, что такое к чертям вообще происходит? В том, что он не знаком с сержантом, мародер был абсолютно уверен, значит посылать его по матери, ну никак не мог, тогда, зачем тот решил его прикончить? Замысловатое самоубийство?
Странный мир, в котором они жили, держался на нескольких непреложных истинах. Одна из них гласила – если мародер жив, значит он действующая машина для убийства. С ними предпочитали не связываться, потому, как искусство войны мародеры изучили в совершенстве. Серый и вовсе живая легенда, ветеран Войны Черепов, непобедимый боец ближнего боя и ни для кого это
Но загадки загадками, с ними мародер решил повременить до тех пор, пока не прибьёт распоясавшегося вертухая.
Тот был здоровым мужиком, видимо на пять лет старше Серого, выглядел впечатляюще, и взгляд имел холодный, что не нравилось мародеру. Слишком всё походило на подставу, только псих согласился бы выйти против него, свою мрачную славу Серый заслужил.
Когда мародер вошёл в импровизированный круг, все посторонние мысли исчезли.
Бой начался.
Первую минуту они нащупывали друг друга, проверяя кто на что способен. По-
мнению Серого, у сержанта даже одного шанса не могло заваляться в этой схватке – хорош, не более того. Мародер не собираясь затягивать фарс, примеривался для последнего удара, который отправит стража в сон надолго, как вдруг тот резко изменил темп и принялся теснить его.
Серый не верил глазам. Страж ускорился до таких скоростей, на которые обычный человек неспособен. Не будь мародер дай-фатом, то оказался бы просто размазан по стене под таким чудовищным натиском. Через мгновение у Серого не осталось другого выхода, как поддерживать заданный темп и ждать пока тот сломается.
Схватка превратилось умопомрачительное действо, все стояли, разинув рты.
Серый работал на пределе и даже старался ещё ускориться по мере возможностей, отбросив все мысли о том, что происходящее совершенно невозможно, в том числе. Но минуты шли за минутами, он стал уставать, а стражу хоть бы хны, тот вроде даже и не запыхался.
Дело принимало паршивый оборот и это поняли все, мародеры стали возмущённо кричать, что здесь замешано какое-то колдовство. Но схватку никто не прерывал, законы дуэли, то немногое в мире, что всё ещё оставалось священным.
Аза быстро перехватил взгляд Серого, тот ясно дал понять, что не простит, если друзья вмешаются.
В то, что замешано колдовство, Серый не верил - у него имелся надёжный амулет, который выявлял любые чары и будь у стража хотя бы завалящее заклинание или артефакт, он бы узнал. Присутствовало, правда, какое-то неясное ощущение на самой грани восприятия, того что его противник какой-то неправильный, но о том, чтобы подумать и разобраться в этом не могло быть и речи. Замедлись он лишь на мгновение и непременно умрёт.
Серый начал сдавать, пропуская удары. Глядя на охранника, он был готов поклясться, что тот даже не вспотел. Проклятый ублюдок.
Разум мародера обрёл абсолютную ясность окунувшись в холодный омут боевого транса, Серый плевать хотел откуда взялся этот хрен, но он знал что допусти тот малейшую ошибку и вынесут
Мародеры в баре возмущённо кричали, происходило что-то из ряда вон – не мог человек так долго держать такой невероятный темп боя, как до сих пор держался Серый, оставалось святым откровением. Всё выглядело, так что ещё несколько мгновений, и мародер получит тот самый удар, который его и прикончит, Серый с ног до головы уже покрылся кровью. На стражей направили стволы, бар наполнился запахом озона, приводилась в боевую готовность мета-броня, мародеры собирались поступиться законами и убить странного пришельца.
Но выстрелы не раздались, неожиданно охранник рухнул как подкошенный. Еле уловимое движение Серого направленное в горло заметили не многие.
Он ухмыльнулся. Ублюдок ошибся на пол движения и поплатился за это жизнью. Затем Серый рухнул на пол.
Неожиданность подстерегает нас за каждым углом, в Бере она сидит у тебя на плече… Постарайся не тормошить её.
Народная мудрость
Ог взвалил Серого на плечо и вся компания покинула бар.
Параноик Аза сказал остальным, чтобы держали ухо в остро. Мародеры мрачные как дождевые радиоактивные тучи посреди ясного воскресного утра, злобно косились по сторонам. То, что в баре случилось что-то из ряда вон, никто не сомневался. И все горели желанием поскорее выяснить, в чём дело, а для этого необходимо доставить Серого в безопасное место. А что может быть безопаснее собственного дома, который сверху до низу увешан защитными амулетами и печатями?
Расстояние до дома они преодолели гораздо быстрее, чем обычно.
Оргара решили оставить смотреть за Серым, дожидаться врача. Все остальные, бросились обратно в «Мародер».
Там их ждал Волосатый, оставшийся проследить за обстановкой.
– Где тело? – спросил Аза.
– Спрятал за баром. За оставшимися стражами послал следить пару наших. Чтеца позвали?
– Позвали, но пока этот мелкий говнюк припрётся, сюда может заявиться кто-нибудь. Лучше припрячем тело.
Кому какое дело, куда четверо мародеров тащат какой-то свёрток? Правильно – никому.
Ждать Чтеца они стали в одном из тёмных переулков, где мало кто ходил, тем более ночью, а луна уже давно ярко светила в небе. Централ хоть и никогда не спал, всё же ночью становился гораздо безлюднее.
– Ну, есть у кого-нибудь мысли обо всём случившемся? – нарушил Аза тишину.
– Может ублюдок тоже владеет тайнами дай-фатов?
– Бред, Серый единственный кого Мастер обучил. Да, и не похоже, чтобы тот использовал техники дай-фатов.
– Было похоже на то, что он обшырялся стимуляторами по самое ни хочу, - вставил Костун.
– Амулеты молчали, ведь сами проверяли, - сказал Волосатый.
– Ясно только то, что всё затевалось, чтобы прикончить Серого, вот только кому это понадобилось? Да ещё таким экзотическим способом? – сказал Костун.
– Не будь Серый тем, кто он есть, его прибили бы мгновенно, никто бы даже и пальцем не успел пошевелить. Так что это становится не таким уж бессмысленным покушением.
– Кому он мог насолить? – задался вопросом, Волосатый пнув труп стража.
– Не-е-е, не мог он, просто не успел бы, мы в последнее время из походов не вылезали, а в Централе находились всего ничего, да и он всё время находился на виду, – сказал Аза.