Сдвиг

Конд Дмитрий Сергеевич

– Я не могу вам сказать зачем этот человек понадобился Року, но он понадобился и то что кто-то прибегнув к помощи ассасинов пытался выкрасть его говорит о том, что это не плод моих фантазий. И вы, наконец, должны отбросить недоверие и страх, последовать путём, что вам уготовила Судьба. Или может стать слишком поздно.

– Ты уже много месяцев кормишь нас загадками. И все твои разговоры о судьбе и предназначении отдают бредом, - сказал Серый. – Ты или выкладываешь всё что знаешь или отправляешься ко всем чертям от нас подальше.

Мародеры

согласно уставились на колдуна, ожидая услышать хоть какое-то объяснение, их загадочной избранности, чуть ли не самим Создателем.

– Я уже несколько раз говорил вам, что мне известно не больше вашего.

Волосатый застонав, вышел из комнаты.

– Это становится смешным, - уронил Аза.

Жнец посчитав, что более его присутствие не требуется, удалился, чтобы не мозолить всем глаза, не добавив к сказанному ни слова.

Мародеры оставшись одни, устало сели за стол.

– Проклятый колдун так и собирается пользовать нас втёмную, - заметил Костун.

– Пусть, - заявил Серый. – Сейчас это по большому счёту не имеет значения, а рано или поздно мы всё узнаем и без него.

– Ты думаешь о словах Жнеца всерьёз? – опешила Мила, которая воспринимала ситуацию с ним не лучше, чем Волосатый.

– Доля правды в его словах есть, я в этом не сомневаюсь.

– Откуда такая уверенность? – поинтересовался Аза.

– Не знаю, что-то есть в воздухе, на грани восприятия. Что-то происходит и мы к этому причастны…

– Так, - протянул Аза. – И когда у тебя появились эти мысли? Постой дай угадаю, не тогда ли когда ты два месяца провалялся контуженным на коечке?

– Вам придётся с этим смириться…

– Скажи это Волосатому.

– Так или иначе, когда-нибудь всё станет предельно ясно, вот тогда каждый и сделает выбор, а пока неплохо бы мне обзавестись бронёй, грёбаный ты колдун, - без перехода сказал Серый, уставившись на Ведуна.

Тот только развёл руками.

– Твоей бронёй занимается Жнец, он на этом настоял.

Серый так тяжко вздохнул, что Мила даже поддавшись женским инстинктам погладила его, чтобы успокоить.

– Пойду трясти душу из него… Если она у него конечно есть, - обречённо сказал мародер и вышел.

Остальные решили передохнуть после трудного боя с ассасинами и разбрелись по комнатам.

Следующее утро застало мародеров в слегка помятом виде, когда Мила вошла в комнату, где спали мужчины, чуть не свалилась с ног от запаха перегара.

Волосатый всё списывал на горечь от поражения. Аза просто угрюмо маялся с головой опасаясь делать резкие движения. Серый только хватался за сердце, всем видом показывая, что он мол не причём и инициатором попойки как всегда был Волосатый. Костун громко храпел, Улитка посапывал. Остальные сумевшие подняться с утра давно прибывали за стойкой харчевни, где наверняка поглощали местное пиво в неумеренных количествах.

Чтобы пресечь упаднические настроения

связанные с глобальной неизвестностью и отсутствием цели, и между тем, чтобы не допустить очередной попойки, Мила выгнала всех во внутренний двор, где под её пристальными взглядами мародеры принимали холодный душ, окатывая себя ледяной водой из колодца.

После оздоровительных процедур все собрались за уже обеденным столом. И после того как все утолили голод, непринуждённый поначалу разговор о таких например пустяках, как вкусовые качества местных сортов пива, стал приобретать более насущные оттенки.

– Стоит подумать о том, куда держать путь дальше, - заметил Аза, искоса поглядывая на всех сразу.

– Никогда бы не подумал, что признаюсь в подобном, но я уже порядочно соскучился по берским зверушкам и даже, чего греха таить по тварюшкам Пустоши, - разоткровенничался Волосатый. – Где всё до боли знакомо и привычно. По мне так мы тут явно загостились…

– Делать нам действительно тут нечего, - поддержал Волосатого, Костун, - обязательство взятые нами перед Сильваном мы выполнили. Нас тут больше ничего не держит.

– Исчезнуть именно сейчас разумнее всего, - вставил Ведун, с задумчивыми глазами, поглядывая вокруг.

– Это ещё почему? – удивилась Мила.

– Ну, мы уйдём пока нас ещё считают легендами, проживи мы ещё чуть больше с сильванами они слишком бы привыкли к нам.

– Мы вроде как за славой не гнались, - заметил Серый.

Волосатый ехидно воззрился на друга.

– Ты уж точно каматозник ни зачем не гнался.

Серый мстительно прищурился на Волосатого, но промолчал.

– Через поколение мы полностью переселимся в легенды, причём не только сильванские, но и таарские, что немало важно. Думаю, всем южным княжествам нужно что-то подобное…

– Что? Легенда?

– Даже не легенда, а нечто большее. Для вас это была просто война, где вы сражались за себя и за друзей. Для ставерцев, это стало чем-то гораздо большим, тем что изменило их жизнь… Они не забудут свидетелями чего стали… Надо сказать вы умеете драться красиво. О вас сложат сказки и легенды. Кто знает, может именно эти воспоминания когда-нибудь объединят разобщённые княжества, и они перестанут быть лёгкой добычей для племён.

У Волосатого на мгновение мечтательно загорелись глаза, но потом он с раздражением сказал:

– Кончай гнать пургу Ведун. Нам надо думать о том, каким образом мы собираемся пройтись по землям Гролл-Таара, не потеряв там головы.

– Выбор вообще-то небогатый. В Гролл-Таар сунуться придётся так или иначе.

– Пока у меня не будет брони, я и шага не сделаю в том направлении, - заявил Серый.

– Думаю, Жнец не заставит тебя долго ждать, он и сам вроде торопится поскорее отправиться в путь, - сказал Ведун.

Жнец, который бесследно пропал, после памятного разговора и вправду объявившись на следующий день, стал торопить в дорогу.