Седая девушка

Цзин-чжи Хэ

Да-чунь и Да-со наклоняются к Си-эр.

Да-чунь(как во сне). Да… Да, это Си-эр! (Пауза. Видит рану на ее руке.) Что это? (Достает полотенце, перевязывает руку, нежно зовет.) Си-эр!..

Да-со. Си-эр!

Си-эр стонет, приходит в себя. Открывает глаза. Видит Да-чуня, ловит его нежный взгляд и опускает веки.

Да-чунь(глядит

на Си-эр, затем осматривает пещеру; на глазах у него выступают слезы. Обращается к Да-со). Теперь все ясно! Ты, Да-со, ступай скорей и скажи дяде Чжао, что нужно задержать помещика Хуан Ши-жэня и немедленно сообщить об этом уездному управлению.

Да-со. Хорошо.

Да-чунь. Пусть моя мать и Чжан Эр-шэнь придут за Си-эр и принесут ей одежду.

Да-со. Ладно. (Быстро уходит.)

Да-чунь. Си-эр… (Она приходит в себя.) Мы пришли спасти тебя и отвести домой.

Си-эр. Что? Мне вернуться домой?.. (Отрицательно качает головой.)

Да-чунь(пылко). Си-эр, ты еще ничего не знаешь. На свете все переменилось. Ты помнишь, как дядя Чжао рассказывал нам о Красной армии? Так вот, она пришла к нам. Только теперь она называется Восьмой армией. Она пришла, и мы, бедняки, стали теперь настоящими, свободными людьми. Ты выйдешь отсюда, и мы отомстим за тебя!

Си-эр(помолчав, тихо спрашивает). Что переменилось? Все переменилось?.. Отомстить! Да, отомстить!..

Да-чунь снимает с себя куртку и накрывает Си-эр. Одной рукой он держит ребенка, другой помогает Си-эр. Они выходят из пещеры. Светает. Слышно пение птиц. Хор за сценой.

Солнце встало! Солнце встало! Бесконечен солнца свет. В темноте, в ночи проклятой Жили мы пять тысяч лет. Степи дикие растопчем, Горы, скалы разнесем, Все пещеры мы разрушим И спасем Си-эр! Спасем!

На горной тропинке показываются Да-со, тетушка Ван, Чжан Эр-шэнь, дядюшка Чжао.

Все. Где Си-эр? Где она?

Да-со. Вон там! Смотрите!

Все. Си-эр идет! Си-эр идет!

Все идут навстречу Си-эр. Увидев ее, все остолбенели. Пауза.

Все. Си-эр идет!

Тетушка Ван(подходит к Си-эр). Си-эр!..

Чжан Эр-шень. Си-эр! Си-эр!

Дядюшка Чжао. Си-эр!

Си-эр увидела своих близких. От волнения она не может произнести ни слова, наконец вскрикивает: «Дядя Чжао! Тетушка Ван! Чжан Эр-шень!» Падает на грудь тетушке Ван и горько плачет. У всех на глазах слезы. Тетушка Ван и Чжан Эр-шэнь расчесывают Си-эр волосы.

Дядюшка Чжао. Не плачьте, земляки! Ведь все хорошо. Теперь Си-эр спасена.

Завтра мы соберем общее собрание и дружно выступим против помещика Хуан Ши-жэня. Отомстим за Си-эр!

Народ (поет хором).

Больше не лейте слез, земляки! Старым порядкам — последний час! Новый порядок нас возродил, Наших сестер от гибели спас! Отомстим за наши обиды! Не один нас терзали век! Си-эр, что в горах одичала, Снова теперь человек! Надо снизить аренду, Вернуть запасы зерна! Мы раньше сгибались низко — Разгибается нынче спина!

Под звуки песни все уходят.

_{ЗАНАВЕС}

Картина пятнадцатая

На другой день. Рассвет. У входа в дом помещика Хуана. За сценой слышны звуки гонга. Голоса: «На собрание к воротам дома Хуан Ши-жэня! На собрание!» Одни из крестьян запевает, остальные подтягивают.

Народ.

Сколько крови ты выпил у нас? Сколько пота ты выгнал из нас? Сколько зерна отобрал ты у нас? Сколько денег ты отнял у нас? Сколько людей погубил ты у нас? Сколько лет угнетал ты нас? Мы старые счеты с тобой сведем! Полной уплаты за все мы ждем!

Поднимается задний занавес. У ворот дома Хуан Ши-жэня толпа крестьян. За столом сидят начальник района, Да-чунь, дядюшка Чжао. Вокруг собравшихся плотным кольцом стоят бойцы отряда самообороны с пиками, повязанными красными лентами, и мечами. У стола понуро стоит Хуан Ши-жэнь. Он в трауре. Му Жэнь-чжи, согнувшись, сидит на земле. Хуан Ши-жэнь только что кончил говорить, толпа в гневе подступает к нему.

Ли Шуань.

Почему на словах ты аренду снижаешь, Но, как прежде, велик твой доход?

Народ.

Почему на словах ты аренду снижаешь, Но, как прежде, велик твой доход?

Ли Шуань.

Почему ты землю у нас отбираешь, Усиливаешь свой гнет?

Народ.

Почему ты землю у нас отбираешь, Усиливаешь свой гнет?

2-й крестьянин.

Почему ты крестьян клеветой смущаешь, Обманываешь народ?