Седьмой свиток
Шрифт:
Вокруг города повсюду были видны плантации эвкалиптов, высоких деревьев, обеспечивающих население дровами. Это было единственное топливо, доступное многим в бедной, раздираемой войной на части стране, которую многие столетия грабили армии захватчиков и где совсем еще недавно господствовала чуждая и малопонятная политическая доктрина.
После душного Найроби горный воздух казался прохладным и приятным. Ройан и ее спутник вышли из самолета и побрели по бетонной площадке к зданию аэропорта. Войдя внутрь, они не успели даже приблизиться к очереди на паспортный
— Сэр Николас!
Они обернулись и увидели высокую улыбающуюся женщину, шагающую к ним с грацией танцовщицы. На ней была традиционная юбка до земли, которая подчеркивала стремительность движений.
— Добро пожаловать в мою страну, Эфиопию. Я возеро Тессэ. — Она посмотрела с интересом на гостью. — А вы, должно быть, возеро Ройан.
Женщины пожали друг другу руки, и Николас моментально почувствовал возникшую между ними симпатию.
— Давайте паспорта, я улажу все формальности, а вы пока что отдохнете в зале для VIP-персон. Там вас ждет человек из британского посольства, сэр Николас. Уж и не знаю, откуда он выяснил, когда вы прилетаете.
В зале сидел только один человек, одетый в хорошо скроенный тропический костюм и желто-оранжево-синий полосатый галстук из Сандхерста. При виде прибывших человек немедленно поднялся и бросился к Николасу со словами:
— Ники, как дела? Как приятно снова встретиться с тобой! Прошло не меньше двенадцати лет, верно?
— Здорово, Джеффри. Я и не подозревал, что ты окажешься здесь.
— Военный атташе. Его превосходительство послал меня встречать вас, как только выяснил, что мы с тобой вместе учились в Сандхерсте.
Джеффри с интересом посмотрел на Ройан, и Николас с обреченным видом представил их друг другу.
— Джеффри Теннант. Будь с ним поосторожнее. Главный племенной бычок к северу от экватора. Все девушки ближе полумили к нему находятся в опасности.
— Но-но, зачем же так, — запротестовал Джеффри, хотя замечание Николаса явно польстило ему. — Пожалуйста, не верьте ни единому его слову, доктор Аль Симма. Он знаменитый врун и хитрец.
Джеффри отвел старого друга в сторону и вкратце обрисовал ситуацию в стране, особенно на границе.
— Его превосходительство немного обеспокоен. Ему не нравится, что вы собираетесь отправиться одни неизвестно куда. Вокруг полно неприятных людей. Но я сказал, что вы позаботитесь о себе.
Возеро Тессэ вернулась удивительно скоро.
— Я получила ваш багаж и уладила вопросы с таможней, в том числе касательно огнестрельного оружия и патронов. Вот ваше временное разрешение. Находясь в Эфиопии, вы должны все время иметь его при себе. Вот паспорта — на визах поставили штампы, все в полном порядке. Наш рейс к озеру Тана вылетает через час, так что мы прекрасно успеем зарегистрироваться.
— Если вам когда-нибудь понадобится работа, просто обратитесь ко мне, — восхитился ее организаторскими способностями Николас.
Джеффри Теннант проводил их до входа в зал отлета и на прощание снова пожал Николасу руку.
— Если я смогу чем-нибудь
— «Служи и победишь»? — спросила Ройан, когда они побрели к самолету.
— Девиз Сандхерста, — пояснил ее спутник.
— Как мило — Ники, — пробормотала она.
— Я всегда считал, что Николас звучит солиднее и благороднее, — заметил он.
— Да, но Ники — очень милое имя.
Самолет поднял их в горный, разреженный воздух для последнего перелета на север. Маленький воздушный кораблик сильно трясли и раскачивали ветра, дующие с гор.
Хотя они находились на высоте пятнадцать тысяч футов над уровнем моря, земля проплывала под крылом достаточно близко, чтобы разглядеть деревни и редкие очаги земледелия. Много столетий почву здесь обрабатывали примитивными способами и постоянно пасли скот, поэтому она выглядела бедной и истощенной. Из красной плоти земли то и дело выглядывали каменные кости скал.
Неожиданно перед путешественниками открылась гигантская трещина в плато, над которым они летели. Казалось, землю рассекли могучим ударом меча до самой середины.
— Река Аббай!
Тессэ наклонилась вперед и дотронулась до плеча Ройан.
Сначала край ущелья уходил вниз почти вертикально, постепенно превращаясь в склон крутизной градусов тридцать. Пустынные земли плато уступали место густым лесам. С высоты можно было различить похожие на канделябры гигантские евфорбии, поднимающиеся из густых джунглей. Местами склоны обвалились, и были видны лишь голые каменистые осыпи; кое-где выступали отдельные утесы самой причудливой формы — ветер, словно искусный скульптор, превратил их в людей и разных сказочных существ.
Обрыв шел вниз и вниз, и они долго летели над пустотой, пока не увидели на глубине мили, а то и больше, блестящую змею реки на дне сужающегося ущелья. В пятистах футах над водами Нила начинался второй обрыв. Внизу, между страшных, пугающе острых скал, река образовала темные заводи и длинные извилистые потеки на красном песчанике. В некоторых местах ширина ущелья достигала сорока миль, в других — только десять, но по всей длине великолепие и первозданная дикость оставались теми же. Человек не смог оставить здесь след.
— Скоро вы окажетесь там, внизу, — проговорила Тессэ с таким благоговением, что ее можно было с трудом расслышать.
Все молчали. Слова казались лишними перед лицом могущественных и беспощадных сил природы.
Почти с облегчением путники увидели, как стены ущелья постепенно сближаются, а — впереди растет высокая горная цепь на фоне голубого африканского неба, выше, чем летел их хрупкий самолетик.
Начали снижаться, и Тессэ указала направо:
— Озеро Тана.
Внизу простиралась водная гладь, усыпанная островами, на каждом из которых стоял монастырь или древняя церковь. Пролетая над водой в одном из последних разворотов при заходе на посадку, они видели священников, плывущих от острова к острову на традиционных лодочках из папируса.