Седьмой
Шрифт:
Приземление, вернее, торможение о женские платья, развешанные на плечиках системы подачи автоматической химчистки, получилось очень даже ничего. В смысле, я не поцарапался и не убился об стену, а просто порвал или помял не один десяток чьих-то туалетов. Впрочем, такие мелочи меня интересовали мало – выпутавшись из горы шмотья, которую собрал в полете, я навелся на сигнал радиомаяка сверхближнего радиуса действия, пробежал через незапертую дверь и взлетел вверх по лестнице. А через два этажа вломился в небольшой частный гараж и нырнул в юркое «Фламинго» игривого розового цвета с наглухо затемненными стеклами.
Короткий – на три километра четыреста девятнадцать метров – перелет на этом чуде амеровского флаеростроения, и я совершил очередную
Угорь, занимающийся распространением контрабанды в столице и части ее пригородов, отнесся к делу предельно добросовестно, поэтому моя «тропинка» получилась на редкость замороченной и извилистой: на пути от посольского квартала до северо-западной окраины столицы я совершил двенадцать пересадок, восемь которых были не менее «веселыми», чем первая, и прошел четыре полные «очистки». Естественно, не роптал. Скорее, наоборот – убедившись, что даже упертые до невозможности сотрудники службы охраны посольства Империи Росс гарантированно потеряли мой след, я сошел с «тропы» за две пересадки до финишной прямой и отправился в гости…
[1] Нью-Вашингтон – столичная планета ССНА. Абу-Даби – Арабского Халифата. Новомосковск – Империи Росс.
[2] СУВД – система управления воздушным движением.
[3] В данном случае слово «Коротышка» не имеет никакого отношения к росту: так переводится итальянская фамилия Бассо.
[4] Комингс – дверной порог на судне.
[5] Амеры – жаргонное название граждан ССНА.
[6] МС – сокращение от «межсистемная связь».
[7] СКД – система контроля доступа.
Глава 5. Ланина Овельс Ти’Иллар
14 мая 2411 года по ЕГК
…Один из рядовых отстойников клана контрабандистов, в котором дядя Дэна когда-то занимал не самое незначительное место, встретил меня приглушенным пьяным мужским хохотом, истошным визгом какой-то истерички и звоном бьющейся посуды. Закрыв за собой створку окна мансарды и задернув засаленные занавески, я добралась до узкого и короткого топчана, оценила состояние белья, которым он был застелен, и не поверила своим глазам: оно было новым и абсолютно стерильным! Легла. Выполняя дальнейшие инструкции моего спасителя, нащупала правой рукой небольшую выемку в стене и вытащила из нее допотопный, но вполне рабочий «Глазок».
Подключиться к устройству, не требующему ни ввода логина, ни пароля, ни иного варианта идентификации личности, труда не составило, поэтому уже через пару мгновений я оказалась в системе. И отправилась в виртуальное путешествие. Начала, как водится, с периферии: продублировала на себя все имеющиеся «сторожки», «замкнула» на «Тень» все доступные камеры в радиусе километра от «Попутчицы» и оглядела все транспортные средства, которые нашла. Убедившись, что некоторый временной зазор для экстренного ухода у меня будет почти в любом случае, занялась самим зданием – уложила в памяти имплантата его поэтажный план с коммуникациями, энерговодами, входами/выходами, окнами и терминалами ЦСД. А когда закончила, «разложила на молекулы» СКН, провела еще десяток столь же замороченных проверок и, наконец, успокоилась. В смысле, «пробежалась» по внутренним камерам заведения и познакомилась как с обслуживающим персоналом, так и с каждым из сорока восьми гуляющих гостей. И в процессе «знакомства» увидела не самые «милые» стороны человеческого общества, оценила темпы потребления спиртного и синтетических наркотиков, невероятную широту вкусов аборигенов и простоту их мировосприятия.
Как это выглядело в реальности? Да очень просто! Мужчины пили, нюхали и кололи все, что попадалось под руку, заедали это «счастье» тем, что было в меню, и подминали все, что подминалось. Да-да, именно подминали, причем без всяких стимуляторов, многочасовых прелюдий и всего того, что помогало моим соотечественникам справляться с отсутствием желания! А так как сотрудницы
Алгоритм поведения другой стороны, этих самых «красавиц», был чуть сложнее, но тоже не особо оригинальным: они ели и пили приблизительно в том же режиме, что и их клиенты. Но при этом решали не две, а три стратегические задачи – заставляли мужчин покупать спиртное, синтетику и дорогую еду, старались напоить их вусмерть еще до начала выполнения «горизонтальных» обязанностей и делали всё, чтобы получить как можно больше «лишних» кредитов. Причем «всё» – в буквальном смысле этого слова: танцевали на столах голышом, носились на четвереньках по полу, чтобы рассмешить или впечатлить потенциальных партнеров, изображали вулканическую страсть на любых горизонтальных поверхностях или улетали с «кавалерами» неизвестно куда!
Несмотря на крайнюю неприглядность наблюдаемых картин, следующих часа полтора-два я честно пыталась разобраться, какие черты характера местных женщин вызывают в мужчинах ТАКОЕ желание, как оно в принципе может возникать к незнакомой личности без квалификационной полоски и почему оно не пропадает сразу же после сброса сексуального напряжения. Само собой, разбиралась добросовестно, используя наши учебные пособия с предельно четкими описаниями нюансов психологии мужчин, методов пробуждения в них первоначального интереса, инициации сексуального возбуждения, его поддержания и сохранения уровня эмоционального насыщения после близости. Увы, в этом безумном мире расписанные по шагам инструкции, некогда позволившие Тэххеру преодолеть демографическую яму «глубиной» почти в двести лет, казались бредом сумасшедшего: для того, чтобы подарить друг другу близость, аборигенам не требовались ни глубочайшее уважение, ни эмоциональная подстройка, ни стимуляторы, ни прелюдии – им хватало ОДНОГО взгляда! Или прикосновения! Или поощряющей улыбки личности, внешний вид которой у любого нормального теххерца вызвал бы тошноту! Или спиртного! Мало того, эти парочки дарили друг другу близость не по одному разу, а до тех пор, пока хватало сил. А некоторые не одной местной «прелестнице», а сразу двум-трем! Точнее, не сразу, а по-очереди!
Нестыковок с имеющимся у меня багажом знаний было так много, что в какой-то момент я поняла, что без помощи Дэна в этом не разберусь, и сдалась – закрыла пособие и файл, в который записывала первоначальные выводы, немного поколебалась и занялась сбором материала для будущих рефератов. Точнее, и материалов, и, что куда более важно, доказательств. Дабы после возвращения с практики было чем шокировать преподавателей и однокурсниц. А чтобы было не так скучно, придумывала смешные названия для каждой отдельной темы: «Нецензурная брань как основа для застольных комплиментов», «Особенности ведения дуэли в состоянии сильнейшей алкогольной интоксикации», «Сексуальные практики представителей социального дна Республики Эррат, находящихся в стесненных финансовых условиях» и так далее. К сожалению, некоторое однообразие поведенческих реакций рассматриваемого контингента начало надоедать даже при таком прогрессивном подходе к поглощению новых знаний. В результате часам к четырем утра я устала и отключилась от «Глазка». А уже к половине пятого почувствовала, что меня колотит от неопределенности.
Я попробовала загнать себя в медитативный транс, но обнаружила, что даже там, в трансе, пытаюсь найти веские причины для того, чтобы через «Попутчицу» подключиться к Сети и поискать новости о Дэниеле Ромме. Начала тренироваться, но вскоре сообразила, что перестану дергаться только в том случае, если загоняю себя до обморока. В какой-то момент додумалась до использования снотворного, но обозвала себя дурой и задвинула эту мысль куда подальше. А через несколько мгновений вдруг увидела перед глазами загоревшуюся пиктограмму ДС и еле удержалась от восторженного вопля!