Седна
Шрифт:
А «падающая звезда» продолжала лететь вниз, к поверхности, увеличиваясь в размерах. Ещё спустя несколько мгновений рядом с этим объектом появились ещё два, чуть меньше, но всё также нагоняющие волнение.
— Похоже, у нас крупные неприятности, — тихо проговорила Седна, не отрывая взгляда от неба и отходя на пару шагов назад.
— Что-то не так? — поинтересовалась Лилиан.
Вскоре стало ясно, что идёт «не так». Неопознанные объекты на небе оказались ничем иным, как тремя огромными космическими кораблями неизвестного класса и конструкции. По пустыне разлился жуткий гул приближающихся громадин, а самая большая из них, длиной
— Кто это?! — испуганно крикнула Лейла, держась за руку «матери». — Что это?!
— Точно сказать не могу, — покачала головой Седна. — Но могу предположить, что это шаркетты.
— Люди–акулы?! Господи… нам конец! Ведь они никогда не покидают планет на своих судах, кроме как во время военного времени! Боже! Боже!
— Прекрати истерику, чёрт тебя дери! Мы не в лучшем положении, но это ещё не полный абзац.
Корабли действительно напоминали акул. Огромные и серые, с плавниками–крыльями и раздвоенным хвостом–стабилизатором, они также имели и декоративную часть, по идее обязанную устрашать врага — нарисованной челюстью с огромными острыми зубами. У главной «акулы» из брюха ударили по земле десятки мощнейших прожекторов, явно что-то выискивая. Один из таких столпов света остановился на команде, стоящей рядом с «Рейдерами».
— А вот теперь полнейший абзац…
Здание заметно тряхнуло. Страшный гул всё не прекращался, и, возможно, именно благодаря ему Ник всё ещё оставался в целости и сохранности — безумный инквизитор в страхе сидел в углу, закрыв голову руками.
— Они прилетели, — всё повторял и повторял док. — Они прилетели… они прилетели…
— Да кто прилетел, мать твою?! — крикнул всё ещё связанный на стуле пилот. — Слушай, мне плевать, кто там прилетел. Просто развяжи меня и обещаю, ты получишь немалое вознаграждение.
— Они прилетели… они прилетели…
— Кто прилетел?!
— Они прилетели…
Неожиданно включились динамики громкоговорителей, подвешенных к потолку. Говорил командор, и, судя по голосу, он был встревожен, если не сказать хуже.
— Всем срочно покинуть объект! Они прилетели! Повторяю, всем начать немедленную эвакуацию, если не хотите почувствовать на себе действие «Акульего Молота!»
Инквизитор резко вскочил и, опрокинув на ходу операционный стол, выбежал прочь из помещения. Ещё некоторое время Ник слышал спешно удаляющиеся звуки шагов вперемешку с отчаянными криками о помощи, и когда они, наконец, полностью растворились в страшном шуме и гуле, пилот осознал, что остался один во всём подземелье. Один, обречённый на гибель.
А самым обидным было то, что у него даже не осталось возможности хотя бы попытаться спастись — верёвки, сковывающие Ника по рукам и ногам, не давали пошевелиться.
С потолка стала осыпаться штукатурка. Пилот опустил голову, собираясь с мыслями. Война научила его не мириться со своим поражением до самой смерти, и вот теперь, всего в дюйме от оной, он не чувствовал ничего, кроме разочарования: ведь он стал свидетелем уникального явления — ставшего разумным бортового компьютера. Нику хотелось бы сделать ещё многое. Разузнать всё о Шедоу, к примеру, или попытаться разобраться в своих чувствах к Седне…
— Тьфу, блин! — произнёс в пустоту Ник. — Какие, на хрен, чувства можно испытывать к роботу? Э–эй, ветеран
И, подтверждая свои слова, пилот с чувством собственного достоинства и лёгким ощущением гордыни поднял голову вверх. Обильный кусок штукатурки, отвалившись от потолка, больно ударил Ника по носу, и тот, обидевшись на судьбу, вновь опустил взгляд в пол.
— Господь, ты тут? — усмехнувшись, спросил пилот. — Это я, твой слуга и вечный раб Ник Рэмми. Помнишь меня? Ты ещё выручал меня много раз во время сражений. Или это был не ты? Нет? А кто тогда?.. Что, серьёзно? Моё мастерство! Спасибо… это, конечно, лестно, но сейчас не надо ко мне подлизываться, ладно? Не люблю я такое, уж извиняй. Кстати, что за «они»? Кто прилетел-то? Почему стены трясутся, и уши закладывает от ужасного шума? Не знаешь? Как так? Ты же вездесущий. А–а-а, не хочешь говорить, хочешь устроить сюрприз? Блин, прости, что обламываю, но сюрприза я увидеть не успею — меня, похоже, завалит обломками. Не завалит? Почему? Потому что ты меня спасёшь? Серьёзно? Ну, тогда можешь начинать, а то мне не терпится вырваться на свободу.
Ник разговаривал сам с собой несколько долгих минут. Он рассказал голым стенам о своих подвигах, поведал лежащему на боку операционному столу о превратностях судьбы, заставившей его пережить собственную смерть, а также признался стулу, на котором сидел, о своём отношении к нынешней федерации. Неодушевлённые предметы молча и стоически выслушали рассказчика, но отвечать не стали: видимо, не сочли целесообразным разговаривать с живым человеком.
— Держись, я уже рядом.
Пилот, наверное, подпрыгнул бы до потолка от неожиданно заговорившего в его голове голоса, но сделать ему это помешали путы на руках и ногах.
— Господь?.. — робко предположил Ник.
— Нет, балбес, это я — Седна! Держись, говорю, сейчас я тебя вытащу…
Ник моментально собрался с мыслями и отогнал от себя депрессивно–сумасшедшее состояние. Всего через несколько секунд дверь с грохотом вылетела из петель — вовремя подоспевшая спасительница слегка не рассчитала собственных сил. Она подбежала к связанному пилоту, крепко его обняла и мигом разрезала верёвки острыми как бритва ногтями.
— Что-то ты не торопилась, — потирая затёкшие запястья, шутливо заметил Ник.
— Уж простите, ваше высочество, не велите казнить, — в саркастическом книксене ответила девушка. — Готов сматываться?
В этот момент тряхнуло сильнее, чем раньше. Потолок над дверным проходом обрушился, полностью его завалив, и не оставляя беглецам ни единого шанса на спасение.
— Чёртов Мёрфи со своими законами! — выругался пилот, со злостью сжав кулаки.
— Отныне нам не страшны подобные преграды, — заверила Ника Седна. — Мы выберемся отсюда. Но ты должен довериться мне, ясно? Когда будем в безопасности, я всё тебе расскажу.
— Валяй. Терять-то уже нечего.
— Во–первых, не сопротивляйся.
— Не сопротивляться чему? — насторожился Ник и тут же получил ответ: девушка положила на его плечи свои механически руки и приблизилась своими губами к его лицу. Она не выглядела робкой, словно школьница, в первый раз целующаяся со своим одноклассником. Напротив, её уверенность внушала надежду и оптимизм, подбадривала и наставляла на дальнейшие действия. Пилот, вспомнив слова о доверии, обхватил Седну за талию и поддался поцелую.