Seduction
Шрифт:
– Я получил известие, что отец скрывается недалеко отсюда.
========== 7.1. I’ve let it go. ==========
“The world revolves,
I’ve let it go.”
– Кэролайн, - раздается ласковый голос Элизабет, вырывая девушку из беспокойного сна.
Та садится на кровати, протирая глаза. На секунду после пробуждения, еще не вспомнив произошедшего, она почувствовала себя счастливой. Почувствовала себя сильной и здоровой, готовой встретить новый день. Но, заметив серые стены вокруг, вспомнила,
– Доброе утро, - говорит Элизабет, раскладывая в изножье кровати богато украшенное золотистое платье.
– Доброе утро, - натянуто улыбается Кэролайн, хоть утро для нее совсем не доброе.
– Тебе нужно принять ванну. В ближайшее время ты выйдешь отсюда.
– Зачем? – осторожно спрашивает Кэролайн, пытаясь скрыть волнение от мысли, что выйдет за пределы этой комнаты. – Нет, - вдруг похолодевшим голосом произносит она. – Я не хочу продолжать наших уроков!
Элизабет лишь приподнимает бровь, отвечая спокойствием на вспышку страха.
– Ваши уроки?
– Маргарет.
– С ней все прекрасно. Она не помнит о произошедшем.
Кэролайн все никак не может успокоиться, не сводя глаз с Элизабет.
– Господин Никлаус покидает замок сегодня ночью, - говорит служанка. – Он хочет провести последний день здесь с тобой.
– Последний день, - эхом повторяет Кэролайн. – Что он сделает со мной после захода солнца?
– Я не знаю, - ровно отвечает женщина. – Может, если ваш день вместе пройдет хорошо… - она запинается на мгновение. – Его отец все ближе, и Лорду нужно как можно скорее уехать.
Несколько минут в комнате висит тяжелая тишина.
– Почему он преследует сына? – наконец тихо спрашивает Кэролайн.
– Я не могу сказать.
– Но ты знаешь?
– Я не буду говорить.
– Но ты рассказывала мне о его жизни, прежде чем… - Кэролайн замолкает, и невысказанные слова висят между ними в воздухе.
– Я напрасно говорила тебе все эти глупости, - спокойно откликается Элизабет. – Тебе нужно спросить у него, если хочешь знать что-то, что так близко его сердцу.
Кэролайн понимающе кивает.
***
После того как она приняла ванну, Элизабет и Маргарет зашли к ней в комнату, чтобы помочь надеть новое платье. Кэролайн неловко в присутствии Маргарет, но та, как оказалось, действительно не помнит ничего из произошедшего. В полном молчании Кэролайн может услышать сердцебиение горничной и едва подавляет в себе желание коснуться ладонью ее груди, чтобы почувствовать под пальцами бьющееся сердце. Кажется, она даже слышит, как кровь течет по ее венам, вызывая жажду.
Элизабет предупреждающе сжимает запястье Кэролайн, словно поняв, о чем та думает. Нерешительно улыбнувшись в ответ, девушка закрывает глаза и глубоко вздыхает, пытаясь усмирить почти взявший над ней власть инстинкт.
–
Ожерелье так туго, что почти впивается в кожу, и Кэролайн рассеянно проводит пальцами по синим камням.
– А что случится, если я сниму его?
– Ничего, если снимешь ночью. Но к заре тебе придется найти укрытие, в противном случае солнечные лучи сожгут твою плоть.
Кэролайн кивает, опечаленная. Она так любит солнце, а теперь придется обманывать природу, чтобы просто выйти из дому днем.
***
Как ни странно, именно на природе Клаус и захотел провести последний день здесь.
Он усаживает ее на лошадь темной масти и везет куда-то сквозь поля. Трава вокруг местами пожелтела, выжженная ярким солнцем, но полевые цветы, усыпавшие луга, радуют глаз. Легкий ветер сейчас теребит ее волосы, но Кэролайн знает, что к закату он начнет неприятно холодить кожу.
– Почему я не могу сесть на другую лошадь? – спросила Кэролайн, прежде чем покинуть дом.
Она заметила, что коней у него четверо, почему же они должны делить одного?
– А как ты поедешь на ней в одиночку? – улыбается Клаус.
– Также как и ты, - холодно откликается девушка, недовольная глупым вопросом.
– Мне кажется, тебе будет неудобно из-за длинного платья, - поясняет мужчина, игнорируя ее тон.
Откровенно говоря, комфорт Кэролайн волновал его в последнюю очередь. При других обстоятельствах он бы позволил ей выбрать для себе лошадь самой, но мужчина почти уверен – если сейчас посадить ее отдельно, она просто галопом от него ускачет.
К счастью для него, она не запротестовала, когда он помог ей забраться на коня и сел сзади.
Большая часть путешествия прошла в молчании. Иногда Кэролайн прислонялась к его груди, но стоило ей заметить это, как она сразу же отклонялась. А после, устав, снова откидывалась назад. Клаус даже начал считать, сколько секунд успевает пройти, прежде чем девушка замечает свою оплошность и поспешно выпрямляется.
– А Элизабет служит тебе по собственной воле? – внезапно спрашивает Кэролайн.
– Да, - честно отвечает он. – Полагаю, поверить в это трудно?
– Она говорит о тебе только хорошее, - спокойно произносит девушка. – Нет, не трудно поверить, что она служит тебе по своей воле, трудно поверить, что ты дал ей свободу выбора – именно то, что ты не желаешь дать мне.
Он не может ничего сказать ей в ответ.
========== 7.2. I’ve let it go. “Leaving” ==========
– Зачем ты привел меня сюда? – спрашивает Кэролайн, как только они остановились и Клаус помог ей спуститься с лошади.