Сефирэ
Шрифт:
– Хаос, Великое погружение!
Хаотические потоки, бешено извиваясь, окружили Сефирэ и полностью скрыли ее от глаз Мэйона, блокировав его удар. Черный кокон в форме шара стал неуязвим. Странный гул, до этого висевший в воздухе, стал почти не слышен на фоне шума, издаваемого волнами Хаоса - они пульсировали, разливаясь по всему залу. Скоро все было до предела наполнено ими, сам воздух стал Хаосом, сама жизнь обернулась им. Стало тяжело дышать. Мэйон упал. Поднявшийся ветер сбил его с ног, пыль превратилась в туман. А шум все нарастал, и
Через некоторое время от него отделилось что-то - приглядевшись, Мэйон понял, что это меч. Только теперь меч изменил свой цвет - он был полностью черным, такого всепоглощающе темного цвета, что казался дырой в пространстве, уводящей в никуда.
Меч завис в воздухе, и на мгновение все стихло. Лишь на мгновение, после чего шар взорвался ослепительными черными искрами.
И снова все стихло.
Блестящие искорки медленно проплывали в воздухе, чуть слышно звеня переливчатыми голосами. Все было настолько волшебным и необычным, что Мэйон сначала решил, что оказался в ином пространстве. Но нет, это все тот же зал, скрытый легкой дымкой. Концентрация Хаоса в воздухе не уменьшилась, напротив, достигнув своего максимума, она давила на все живое, что тут было. Мирель, будучи без сознания, ничего не чувствовала, а вот оборотня вжимало в пол, так что он не мог даже приподняться.
Там, где только что взорвался черный кокон, стояла Сефирэ. Она смотрела в никуда, не торопясь взять свой меч, призывно висевший перед ней.
– Дрянь, что ты сделала со мной?! Я не могу подняться!
– прорычал оборотень.
Сефирэ не взглянула на него, но давление уменьшилось. Тяжело дыша, Мэйон встал.
– Каким будет твое желание?
– голос Сефирэ изменился. Больше не было этих низких, чуть хрипящих ноток, только чистый звук. Нельзя было разобрать, высокий или низкий это голос - он менялся в каждом слове, каждом звуке, он был неуловим.
– Что ты несешь?
– рявкнул Мэйон и осекся. Глаза Сефирэ больше не были красными. Радужка окрасилась в непроницаемо черный цвет, сливаясь со зрачком, точно сам Хаос поселился в этом взгляде.
– Каким будет твое желание?
Оборотень отпрянул. Нет, это не Сефирэ, это кто-то другой!
– Вот как. Я поняла...
Женщина медленно обернулась. Она смотрела на Мэйона и одновременно в никуда - казалось, она всегда видит что-то еще, чего не видит никто.
– Она хочет убить тебя. Так просто...
– К-кто? Кто хочет убить меня?!
– оборотень еще на шаг отступил. Женщина внушала ему ужас.
– Сефирэ. Она жаждет мести.
– Тогда кто ты?!
Женщина чуть склонила голову набок и облизнула пересохшие губы.
– Я - та, что подчинила Хаос своей воле. Я - сила. Я - светоч, несущий тьму.
Женщина наклонила голову в другую сторону, размяв шею и чуть прикрыв глаза. Потом резко перевела взгляд на Мэйона.
– Я - Арахаль, смертный.
* * *
Мэйон
– Т-ты... Ты - Арахаль?! Не смеши меня!
– морда смеющегося оборотня выглядела так необычно, что женщина вновь склонила голову, с интересом приглядываясь к Мэйону.
– Попробуй, Сефирэ! Давай, попробуй убить меня своим мечом! Попытайся еще раз!
– Мэйон осклабился, готовясь принять удар и вновь растерзать эту нахальную девчонку. А потом, когда он закончит, можно будет убить и Мирель, и плевать, что там передавала эта Ракель...
– Меч?
– Арахаль приподняла бровь, изобразив легкое удивление.
– Мне не нужен меч, чтобы убить тебя, смертный. Ты настолько слаб, что даже не осознаешь этого.
Взгляд Арахаль был безразличен. Она сама была источником Хаоса и сама же поглощала его.
– Слаб?!
– зарычал Мэйон.
– Я - слаб?!
Не выдержав, он бросился на Арахаль. Женщина выставила вперед руку. Оборотень застыл, не в силах сдвинуться с места.
– Так много времени... потеряно...
– грусть прозвучала в голосе Арахаль. Она вдохнула, застыла, потом чуть заметно дунула в сторону Мэйона.
Оборотня не стало. Он просто исчез - его тело не рассыпалось на искры, богиня не вытягивала его сущность. Она просто стерла его из этого мира.
– Ты здесь? Амелия, ты здесь?
– Арахаль подняла глаза к потолку.
В воздухе появилась Ракель. Она, рыдая, кинулась к Арахаль, упала перед ней на колени и крепко обняла ее за ноги.
– Арахаль... Я так долго ждала тебя... Арахаль...
– всхлипывая, бормотала Ракель.
Арахаль в нерешительности протянула руку и осторожно погладила Ракель по голове.
– Не надо плакать, Амелия. Я недостойна этого. Маркозиус тоже плакал, когда я решила уйти, -взгляд Арахаль затуманился, а в голосе сквозила такая тоска, что Ракель заплакала еще сильнее.
– Больше пятидесяти тысяч лет... прошло, -всхлипывая, продолжала Ракель, уткнувшись лицом в колени Арахаль.
– А тебя все не было... Мне было так одиноко, так больно...
Арахаль сжала губы так, что они побелели.
– А я... Я теперь не Амелия, я Ракель... Мне больно слышать то имя, которое ты дала мне...
Арахаль упала на колени и обняла Ракель, крепко прижав ее к себе и поглаживая по голове.
– Прости... Прости, что оставила тебя тогда. У меня не было выбора. Но, Амелия, ты должна потерпеть еще... Я не возродилась окончательно. Сефирэ активировала меч, и на некоторое время я пробудилась...
– Что?! Ты снова уйдешь?!
– Ракель подняла заплаканное лицо, глядя в непроглядно черные глаза, точно такие же, как у нее самой.
– Да, Амелия... Я смотрю, ты все еще принимаешь мой облик, -Арахаль ласково погладила Ракель по щеке, утерев слезы на лице девушки.