Сегмент власти
Шрифт:
ГЛАВА 3
На следующий день, придя на работу я увидел, как Зейналов в сопровождении конвоира заходил в кабинет к следователю Рамаренко. Вид у Зейналова был уставшим, будто бы он не спал всю ночь. Волосы взлохмачены, а под глазами темнеющие мешки. Движения его были заторможены, а взгляд рассеянный. Увидев меня, молодой следователь Рамаренко, помахал мне рукой и указав конвоиру на свой кабинет, направился в мою сторону. Я молча зашёл к себе в кабинет и уселся на кресло. Следом за мной, зашёл Рамаренко, с своей дурацкой
– Эх, Денис, – усмехнулся следователь, – От такого дела отказался.
– Обычное дело, – холодно ответил я, – Что может быть особенного в сбыте контрафактной продукции?
– Ах да, – Рамаренко скривил рот, – Ты же не в курсе, я и забыл. Зейналов то, наркосбытчиком оказался.
– Что? Какие еще наркотики? Какой к чёрту сбыт?
– Работать нужно уметь, – от Рамаренко так и несло высокомерием, – Сейчас вызвал его для предъявления окончательного обвинения, с учетом новых фактов.
– Какого чёрта?! Это он тебе сознался в этом?
– По правде говоря, вчера ночью от наших коллег с КРБ пришла аналитическая справка и материалы доследственной проверки. Там то и сказано, что в ходе проведенных оперативных мероприятий, был установлен факт сбыта наркотических веществ гражданином Зейналовым. Я допросил Зейналова и он во всём признался, даже в посредничестве при сбыте контрафактной продукции. Тебе он не сознался, а мне всё выложил, как на духу.
Я замер, пытаясь переварить полученную информацию. Если к контрафакту Зейналов имеет хоть какое-то отношение, то наркосбыт это было перебором. «Что они творят?!» – подумал я. Больше всего вопросов вызывает поступившая от КРБ информация, которая непосредственно касается Зейналова, каким-то образом засветившимся в ходе оперативной разработки сотрудников республиканской безопасности.
– Ладно, – оскалив в улыбке белые зубы, сказал Рамаренко, – Я пойду, а то дел много.
Поглощенный гневом, я не помню как, но очутился в кабинете начальника. Увидев меня, Дёмин поставил чашку на блюдце и отодвинул их в сторону.
– Ничего не хотите мне объяснить?!
– Здравствуй Денис. Я тоже рад тебя видеть. Присаживайся, – спокойным голос произнес Дёмин.
– Скажите мне, что Рамаренко шутит, – повысив голос произнёс я.
– К сожалению, нет. – уставшим голосом ответил Дёмин.
– Офигеть не встать! – воскликнул я. – В голове не укладывается! Как это, всего за одну ночь, Зейналов превратился в наркосбытчика?!
– От меня то ты что хочешь услышать? Имею ли я к этому отношение? Нет, не имею! Сам знаешь откуда растут ноги!
– И что мы вот так просто будем сидеть и смотреть, как ломается жизнь молодого парня? Надо же что-то делать!
– Денис, прошу тебя не лезь! Сам же знаешь нашу систему!!! Это огромный государственный механизм, в котором мы с тобой простые шестерёнки с указанным нам направлением вращения. Если какая-либо шестерёнка начинает тормозить или крутиться в обратном направлении, пытаясь поменять процесс, то эту шестерёнку стараются как можно быстрее демонтировать из механизма, и не обязательно
– Прозвучало, как угроза.
– Это не угроза, Денис, а всего лишь предостережение. Там наверху не нравится чрезмерная любопытность. Если я не заставлю тебя замолчать, то сначала полетит моя голова, а затем и твоя.
– Тогда я облегчу участь и Вам и всем остальным! – сказал я, кладя на стол своё служебное удостоверение. – Увольнение принимаете?!
– Неожиданно, – Дёмин кряхтя приподнялся со своего кресла и потянулся за удостоверением, – Хотя ты прав, так будет лучше… во всяком случае для тебя. С сегодняшнего дня ты уволен из органов полиции. Приказ получишь вечером, Эрика пришлёт на твою электронную почту.
– Я могу идти?
– Погоди, – Дёмин протянул руку, – Были бы другие обстоятельства…
– Ничего бы не изменилось Палыч, – сказал я, скрепляя прощание рукопожатием.
Выходя из кабинета Дёмина, меня встретила Эрика, которая со слезами на глазах бросилась и обняла меня.
– Опять ты подслушивала?
– Я нечаянно, – будто оправдываясь хныкнула Эрика – Ты правда уходишь?
– Да, так будет правильнее.
– Чем думаешь заняться? – успокаиваясь и отпуская меня, начала расспрашивать Эрика.
– Я давно уже готовил документы на адвоката. Полагаю, наступил тот самый момент.
– Чувствую, что и мне в скором времени нужно будет искать работу. Придётся освежить старые знания. Уйду обратно в больницу работать.
– Так у тебя медицинское образование есть что ли?
– Да. Родители в своё время подсуетились и отправили меня учиться в медицинский колледж. Некоторое время работала по профессии, в отделении хирургии, операционной медсестрой. А потом что-то как-то мне всё поднадоело, и я уволилась оттуда. Ну а потом уже пришла полицию, после прохождения ускоренных курсов делопроизводителя-архивариуса.
– Ты не пропадёшь, я уверен.
– Спасибо тебе Денис. До встречи, – Эрика снова обняла меня. Я обнял ее в ответ и попрощался.
***
На мой смартфон пришло уведомление о прибывшем такси. Ребята из отдела помогли мне за один подход вынести все мои вещи и погрузить в машину. Грузового места потребовалось много, поэтому заднее сиденье автомобиля было использование не по назначению. Увидев меня, дядь Лёня улыбнулся.
– Можете подождать несколько минут? Мне нужно вернуться в отдел. Кое-что забыл.
– Давай беги. Я здесь буду. Только переставлю машину, чтобы не мешать проезду. Вон как раз свободное место есть.
«Нужно переговорить с Зейналовым» – размышлял я, поднимаясь по лестнице. Что такого ему могли предложить, чтобы он признал вину по другим преступлениям?
Когда я вошёл в кабинет, Рамаренко что-то печатал на клавиатуре, а Зейналов сидел напротив него.
– Привет ещё раз, – постучав по дверному косяку из вежливости, я вошёл в кабинет, – Как дела?
– Что хотел? – надменно спросил Рамаренко.