Сёгун
Шрифт:
«А, – подумала Марико, – вот и еще одна улика легла точно на свое место. Ошиба? Вот и приманка для Затаки. И Торанага получил возможность при необходимости влиять на Оми, и оружие против Оноши с Харимой или даже Кийямы».
– Вы улыбаетесь, госпожа?
Марико так хотелось поделиться с Дзеко своей радостью, сказать ей: «Как ценна ваша информация для нашего хозяина! Как он должен отблагодарить вас! Вас саму теперь следовало бы сделать дайме! И как удивительно: Торанага слушал все это и делал вид, что ему неинтересно. Как он загадочен!»
Но Тода Марико-нох-Бунтаро
– Сожалею, но ваши сведения не взбодрили его.
– Да, то, что я сообщила, не улучшило его настроения – он был скучен и потерян. Печально, не так ли?
– О да, такая жалость.
– Да, – Дзеко шмыгнула носом, – еще одна новость, прежде чем я уйду, госпожа, чтобы заинтересовать вас и упрочить нашу дружбу. Возможно, Анджин-сан очень плодовит.
– Как?
– Кику-сан беременна.
– От Анджин-сана?
– Да. Или от господина Торанага. Может быть, и от Оми-сана. Все были с ней в соответствующий отрезок времени. Конечно, она предохранялась после Оми-сана, как обычно, но, как вы знаете, ни один метод не совершенен, ничего нельзя гарантировать, случаются и ошибки… Она забыла предохраняться после Анджин-сана, но не уверена, – это был тот самый день, когда из Анджиро приехал курьер, и она была взволнована и отъездом в Ёкосе, и покупкой контракта. Все это так понятно… – Дзеко подняла руки, очень огорченная. – После господина Торанага, по моим представлениям, она принимала меры. Мы обе жжем ладан и молимся, чтобы родился мальчик.
Марико рассматривала узор на своем веере.
– Кто? На кого вы думаете?
– Это сложно, госпожа. Не знаю. Я была бы рада вашему совету.
– Беременность надо прервать. Несомненно. Для нее нет никакого риска.
– Я согласна. К сожалению, Кику не соглашается.
– Что? Я поражена, Дзеко-сан! Конечно, она должна это сделать. Или надо сказать господину Торанаге. В конце концов, это случилось до того, как он…
– Может быть, это случилось до него, госпожа.
– Надо сказать господину Торанаге. Почему Кику-сан так непослушна и глупа?
– Карма, госпожа. Она хочет ребенка.
– Чьего ребенка?
– Этого она не сказала. Только – что это кто-то из них троих.
– У нее должно хватить ума прервать беременность и впредь быть осмотрительнее.
– Согласна. Я думаю, вам надо было знать, если… Пройдет еще много дней, прежде чем что-нибудь станет заметно или ей будут опасны неосторожные движения. Может быть, она еще передумает. В этом случае я не могу ее принуждать. Она больше не моя собственность, хотя я все время буду пытаться присматривать за ней. Было бы прекрасно, если бы ребенок оказался от господина Торанага. Но вдруг у него окажутся голубые глаза… Один совет, госпожа: скажите Анджин-сану, чтобы он не очень доверял Ураге-нох-Тадамаса, особенно в Нагасаки. Там – ни в коем случае. Этот человек в конце концов будет сохранять верность своему дяде, господину Хариме.
– Как вы узнали об этом, Дзеко-сан?
– Мужчинам необходимо делиться секретами, госпожа, вот почему они совсем не похожи на
Глава Пятьдесят Первая
В темноте, перед самым рассветом, решетка боковых ворот без малейшего звука поднялась, по узкому подъемному мосту через внутренний ров с водой бесшумно проскочили десять человек. Железная решетка захлопнулась за ними. На противоположном конце моста бдительные часовые умышленно повернулись спиной и позволили им беспрепятственно пройти. Все они были в темных кимоно и конических шляпах, все крепко держали в руках мечи: Нага, Ябу, Блэксорн, Урага-нох-Тадамаса и шестеро самураев. Вел всех Нага – через лабиринт поворотов, вверх и вниз по лестницам и редко используемым переходам. Где бы они ни встречали патрулей и часовых, всегда бывших начеку, Нага вынимал серебряный значок – и отряд проходил без остановок.
Хитрыми обходными путями он привел их к главным южным воротам – они были единственным путем через первый большой ров с водой. Здесь их ждал небольшой отряд самураев. Эти люди молча окружили группу Наги, закрыли ее со всех сторон, и все они вместе быстро перешли через мост. Их опять никто не окликнул. Они продолжили путь по слабо заметному спуску вниз, в сторону Первого Моста, держась так близко, как только можно, к теням факелов, которых так много было вокруг крепости. Перейдя мост, они повернули на юг и исчезли в лабиринте переулков, направляясь к морю.
Сразу за ограждением, окружающим «Эразмус» и пристань, сопровождавшие группу самураи остановились и сделали десятерым знак идти вперед, потом отдали честь, повернулись и исчезли в темноте. Нага прошел через все барьеры – на пристань они попали спокойно. Там оказалось еще больше факелов и охранников, чем обычно.
– Все готово? – спросил Ябу, снова принимая командование.
– Да, господин, – ответил старший из самураев.
– Анджин-сан, вы все поняли?
– Да, благодарю, Ябу-сан.
– Вам лучше поторопиться.
Блэксорн увидел своих самураев – они собрались на пустой площади, с одной стороны, – и махнул на них Ураге, как было условленно заранее. Глаза его не переставали, проверяя и перепроверяя, ощупывать корабль и когда он взбирался на него и когда, ликующий, стоял на юте. Небо все еще было темным, рассвета не чувствовалось. По всем приметам день ожидался хороший, волны – небольшие. Он оглянулся на пристань: Ябу и Нага, казалось, были поглощены разговором; Урага объяснял его вассалам, что надо делать. Потом барьеры снова раздвинули и на свободное место вышли Баккус Ван-Некк и остальные из его команды – все явно испуганные. Их окружали часовые – они не отказывали себе в удовольствии поиздеваться над ошеломленными людьми. Блэксорн подошел к планширу и окликнул их: