Сэкетт
Шрифт:
Как-то вечером Кэп зашел в дом и уселся.
— Давай-давай, больше сиди над книжками, — сказал он, глаза угробишь.
— Мне надо учиться, Кэп.
— Это ты за своими братцами тянешься. С тех пор, как они выучились читать, на них просто удержу нет.
— Ну, они неплохо устроились.
— Это точно. Опять же женились.
Я сразу ничего не ответил, но в конце концов пробормотал:
— Ну, для этого дела нужны двое.
— Ты с Эйндж видишься?
— Сам знаешь, что нет.
— Здорово красивая девушка. Она тут не останется навечно. Я слышал,
— Бигелоу? Он в городе?
— Приехал несколько дней назад, пока ты был в горах. Пробыл всего несколько часов, но ухитрился познакомиться с Эйндж и заговорил ее. Он мужик красивый.
Можно много читать про этику и всякое такое, только человека оно не изменит. Я чувствовал, как у меня внутри нарастает злость. Подумать только, один из этих подлецов Бигелоу рядом с Эйндж… ну, сэр, от такого я мог стать злобным, как старый медведь.
По вечерам я выходил наружу и глядел на городские огни, но вниз, на улицы, выбирался нечасто. Да и время пришло мне совершить последнюю в этом сезоне поездку в горы. Я хотел вывезти оттуда еще одну партию золота, пока снег не лег. Конечно, там, на такой высоте, уже и сейчас снега до черта, но чутье мне подсказывало, что еще можно сделать одну поездку. По этому новому маршруту, когда не надо будет пробираться через озерный водосток, я смогу проехать и туда, и обратно.
— Собираюсь завтра поехать на шахту, — сказал я Кэпу. Постоял немного молча. — Знаешь, Эйндж надо бы взять в долю. Ее дед помер там, когда искал это золото… у него была карта, и один из этих мертвых испанцев был, видно, его родственником… или один из уцелевших.
— Я уже думал об этом. И все гадал, придешь ли и ты к такой мысли.
Я взял шляпу и сказал:
— Думаю, надо сходить к ней, поговорить.
— Сходи, — сказал Кэп. — Обязательно сходи.
В любом случае, мне надо было купить себе кой-чего — новую одежду и всякое такое. Теперь ведь у меня есть деньги.
Я повернулся к выходу — и остановился. В дверях стоял Эстебан Мендоса.
— Сеньор Телл! Я должен поговорить с вами.
Он вошел в комнату.
— Я работал возле своих фургонов, чинил упряжь, и пока я там сидел, стало совсем темно, а когда я все закончил, то погасил фонарь и посидел просто так, отдыхал в прохладе. За фургоном несколько человек, и они разговаривают. Они не знают, что я там, и я держусь очень тихо, потому что один из них говорит о вас. Он говорит, у вас есть золото, которое не россыпное золото, а из кварца, из жилы. Они считают, что шахта находится в горах.
— Кто были эти люди?
— Одного зовут Татхилл… они называют его Мистер. Другого зовут Бойд.
Кэп глянул на меня.
— Банкир и тот самый картежник из Лас-Вегаса.
— А остальные?
Мендоса пожал плечами.
— Я не знаю. Но я думаю, они собираются выследить вас и пойти за вами в горы, если вы соберетесь туда снова.
— Спасибо, Эстебан. Большое спасибо.
Он ушел, а я сел и задумался. Очень важно еще раз съездить в горы. Я не только хотел набрать достаточно золота, чтобы
Кэп теперь чувствовал себя хорошо, намного лучше, чем раньше. Он уже достаточно окреп, чтобы позаботиться о себе, да и друзей в городе у него хватает. И, само собой, Эстебан будет заглядывать к нему время от времени.
— Ты едешь повидаться с Эйндж? — спросил вдруг Кэп. — А то уже становится поздно.
Я вскочил в седло и поехал в город. Огни как будто светили ярче, чем прежде, во мне нарастало возбуждение.
Эйндж…
В кустах зашевелилась тень, и я придержал коня. Действительно, это был человек, и он следил за нашим лагерем.
Эстебан был прав.
Глава 12
В такую позднюю пору в магазине все еще было полно народу. Джо помахал мне рукой из-за прилавка — он там обслуживал покупателя, а я глянул в сторону другого прилавка, где работала Эйндж. Не знаю, может, она меня и заметила, но виду не подала.
Большинство людей в магазине, похоже, были из вновь прибывших, хотя попалось и несколько знакомых лиц.
— Мистер Сэкетт, если не ошибаюсь?
Я повернулся и увидел перед собой Татхилла. Красивый он человек был, никаких вопросов, высокий и отлично одетый, во всем из магазина.
— Как поживаете? — спросил я. — Не ожидал увидеть вас так далеко от дома. А что ж случилось с вашим банком?
— Я оставил его в хороших руках.
Оглянулся я на Эйндж, увидел, что она больше не занята, извинился и подошел к ней.
— Эйндж, — сказал я, — я хочу купить кой-какую одежду.
Ее глаза встретились с моими едва на мгновение.
— Пожалуйста.
Ну, заказал я, чего хотел, а этот Татхилл следил — стоял чуть в сторонке. Она принесла мне несколько рубашек, джинсы, носки и куртку из овчины.
— И две коробки патронов сорок четвертого калибра, — добавил я.
Она подняла на меня ледяные глаза, и лицо у нее окаменело. Резко повернулась, пошла к полке с боеприпасами, сняла две коробки, вернулась назад и швырнула их на прилавок передо мной.
— Эйндж, — сказал я, — мне надо поговорить с вами.
— Вы вывели меня из гор, и я очень благодарна, — сказала она, — но я не думаю…
— Эйндж, часть этого золота принадлежит вам. Ваш дедушка его искал, и, по-видимому, какой-то его предок первый его нашел. Так что вы должны получить долю.
— Что бы вы ни думали, все правильно. Так что нет нужды разговаривать.
Она отвернулась от меня с моими деньгами в руках и отсчитала сдачу.
— Эйндж, — сказал я, — у меня не было выхода, я вынужден был застрелить этих людей.
— Вынуждены? Более жестокого и бесчеловечного поступка я в жизни не видела! А я думала, вы такой благородный, такой хороший…
Она замолчала на полуслове и ушла от меня. А я остался стоять на месте. Когда я наконец повернулся, рядом со мной стоял Татхилл.